Страница 296 из 302
Исходя из вводных, в штабе была выработана комплексная «луковая» система обороны с минимальным участием конницы, опирающаяся на слои — предполья. Выбору то и не было, а обширные речные системы Сейма, Дона, Оки, Воронежа и Десны являлись идеальными средствами переброса и сосредоточения войск и ресурсов. Речная логистика ключевая точка, ибо соотношению численности тыловых служб и военных первой линии у нас, мягко говоря, слегка неправильное. Историческая военная наука гласит, что чем больше тыловиков приходится на солдат первой линии, тем эффективней воюет армия. Например, средневековые армии имеют соотношение один к одному, римские легионы два к одному, в современной России на одного солдата, непосредственно участвующего в военных действиях, в среднем приходится пять военнослужащих боевого, тылового и технического обеспечения. В США десять. Если взять максимально близкую нам ситуацию: тыловые службы Ахалтекинской экспедиции генерала Скобелева приобрели шестнадцать тысяч верблюдов и наняли порядка двадцати тысяч тыловиков для снабжения одиннадцати тысяч человек с тремя тысячами лошадей и 97 орудиями. Учитывая, что из войска реально воевало половина, имеем цифру в пять тыловиков, на стрелка. У нас же, внимание, 0.3 и без особого снижения боеспособности. Чтобы достичь столь внушительной цифры пришлось потрудиться, устроить массу промежуточных складов хранения и кардинальным образом перекроив систему полкового обучения. Тыловые подразделения были кардинально оптимизированы и механизированы, объединены в сетецентричную структуру, а их работа заключалась в организации процесов, тогда как основную работу, по-прежнему, осуществляли солдаты.
Глубинная, пятая линия обороны располагалась по Оке, Зуше, а также по самой хорде и второстепенных линиях узкоколейки, подходящих к ней. Резервные подразделения могли быть переправлены штабом на угрожаемое направление в течении суток и усилены бронепоездами. Для оперативного сопровождения поддерживалась сеть наблюдателей на высотах, а к поездам прикрепляли лёгкие дельтапланы, курсирующие со скоростью движения состава. Естественно, доводить до крайности никто не собирался, но функционирование линии поддерживали, благо не так уж много ресурсов на неё уходило, попутно линия ещё и полицейские функции исполняла, отслеживая татей и нарушителей границы.
Четвёртая линия обороны проходила по пограничным башням, число которых выросло до тридцать двух. Сами они, по большей части, располагались по берегам рек, в местах пересечения ключевых дорог, близ городов. К девяти подвели лежнёвки-узкоколейки, большая часть была обеспечена телеграфной связью или связью со штабом напрямую. В угрожаемый период численность гарнизонов усиливалась резервистами на сто процентов, до шести тысяч. Разделенные пространствами башни не могли ощутимо влиять на стратегическую обстановку, тому же тюмену для блокирования гарнизона достаточно оставить тысячу-другую, но как оперативное оружие, средство ослабления армии вторжения, средство наблюдения и разведки они были хороши. Главное же, на башни опирались линии снабжения четвертой и пятой линий, которые и должны, по задумке князя, принять на себя главные удары.
Третья линия, резервная, проходила по средним и крупным рекам. Донская флотилия контролировала реку на всём протяжении, от Сари-цына до верховьев и реку Воронеж. Окская, курсировала по Оке до Коломны включительно, Зуше и более мелким рекам, попутно снабжая промежуточные склады и пограничные башни. Южную флотилию, патрулирующую Сейм и Десну питала в верхнем течении ветка зубчатой дороги, идущая на восток от шахты Губкина, а в среднем башни, стоящие на реках Свопа и Тускарь. Помимо хорды и второстепенных дорог бассейны Оки, Дона и Днепра связывали волоки и стандартизированные каналы: Легощь-Туровец, Упа-Дон через Иван-озеро, а вскоре, будет закончена система малых каналов Неручь-Снова-Снапа.
Перебросить суда на угрожаемое направление больших проблем уже не составляло. Кроме пароходов и барж-катамаранов в состав флотилий вошли буксиры, катера с бомбомётами, картечницами Норденфельда и ракетными установками, минные роты, роты кирасир, роты обслуживающие наплавные мосты, химические роты и речные стрелки. Последнее решение было реализовано оригинально, в форме пневматического «линкора». Баржи-катамараны с стрелками не имели собственного движителя и буксировались в район боевых действий. Установленная на судне ПГС с поршневыми насосами обеспечивала воздухом артиллерийскую установку и батарею стрелков. Подобно пушкам линкора, стволы ружей стояли в пять рядов, а бойцы стреляли, сидя, каждый на своём ярусе, выдавая адский суммарный залп на дармовом воздухе. Учитывая малое время перезарядки пневматики, шквал пуль сметёт нукеров как тараканов. Линкор умел сплавляться по течению, для маневрирования на судне стояли паровые инжекторы, а благодаря наличию лебёдки, мог и подниматься вверх, на заводном якоре ибо принёт состоял пневмокатер.
По рекам работали и драги с гидромониторами. За осень-лето они не только русла почистили, размыли главные броды на Дону, Оке, Сейме и Воронеже. Даже если полки князя разобьют, попасть на другой берег монголам будет ой как не просто. Химические роты получили из Резервного банка и дикое количество гадости. Сорок кубов хлора это много или мало? Как бы больше двухсот двадцати тонн, его маленько под давлением качнули. Немцы во время первой мировой выпустили вдвое меньше газа за пять минут, на фронте шириной в шесть километров. Газ распространился на глубину до восьми километров, потери были сумасшедшие — пятнадцать тысяч человек. Если ветер в нужную сторону дует, весь тюмен на перерождение уйдёт. А сорок кубов сернистого ангидрида? При содержании свыше 0,05 % в воздухе, при воздействии в течение двух минут наступает смерть. Ксилол? Испаряется медленно, незначительной концентрации хватит чтобы опылить противника до состояния невменяемости. Не считая штатных газов. Наработанных десятками кубов эфира, адамсита и СR, он же дибензоксазепин, обходящийся бюджету немногим дороже черёмухи, но действующий гораздо сильнее, от восьми до двадцати раз, по разным параметрам. Про минирование мест переправ и резервы главного штаба я помолчу.
Вторую линию обороны образовывали пехотные полки (сформировано пять, шестой набирали в Медногорске) и Гуляй-города, вынесенные на дневной переход от границ княжества или башен. Проект сей довели до логического конца, обеспечив наполнение — резервисты, артиллерия и конница, которая, будучи прикрыта, была способна действовать глубоко, стягивая на городок значительные силы неприятеле. Однако, если Гуляй-города планировались как малоподвижные или вовсе, неподвижные точки обороны, то полки закладывали как мобильные формирования. Оперативная глубина каждого составляла тридцать пять-сорок километров. Именно столько дековильки имела в резерве тыловая служба. Денег на военные дороги в княжестве не жалели. Отличались они малой колеей — 350 мм и небольшим весом составных элементов пути с высокой долей металла. Действуя без всяких машин, четыреста человек могли собрать дорогу, за сутки, если трасса уже разведана и малость подготовлена, и до двух по голой степи. Невероятная скорость обеспечена самой конструкцией пути и разного рода LEGO-ряжами, а также вариациями моста Бейли[i] — сие сборный на болтах переносной панельный мост, состоящий из модульных стальных компонентов, весил в разы меньше своего прототипа. Колея то копеечная, по факту собирали квадратные стальные фермы, что перекидывали через небольшие овраги, речки, ручьи силами личного состава. Сам паровоз неказист, несколько баллонов[ii] с воздухом или роторный стирлинг-компрессор с питанием от газа, перевозимого в тех же баллонах. Для транспортировки путей тыловики задействовали лодки с моторами, роту механических собак и сто десять, лошадей. Воздух не особо эффективен, однако на небольших расстояниях решал все задачи полка и, главное, был чрезвычайно стоек к «Буратинам». Для начала движения достаточно было открыть или закрыть кран подачи воздуха. Военные декавильки в обязательном порядке снабжались зубчатыми рейками и лебёдками, превращающими их в разновидность монорэка, с углами подъёма до 55 %. Сочленённые вагоны могли перевозить грузы до тонны, с копейками, закрывая потребности полка. Декавильки третьего и второго пехотных полков удлинены за счёт резервов штаба (там хранилось до трёхсот километров дорог), а для прочих полков хранились на складах подскока. Естественно, трассы для декавилек заранее разведывали, элементы ряжей, мостов Бейли завозили и прятали в местах их вероятной укладки. Частью военные декавильки пустили на южное направление, требовалось наладить снабжение пограничных башен на границах Брянского и Карачаевского княжеств.