Страница 15 из 68
Открываю рот, чтобы ответить что-то вразумительное, но меня перебивает Кира.
- Бабуль, пожалуйста…
- Что ты меня затыкаешь? Дай поговорить с зятьком.
Кира шумно выдыхает и прикладывает ладонь ко лбу. Потом издает глухой смешок.
- Это какой-то абсурд… мы еще ничего не обсудили между собой, а вы уже напали.
- Да кто ж напал? Успокойся. Мы не покусаем твоего Эмиля.
Чувствую, как краснею.
Неловко — ад. Нет, все-таки Мадина была права, не надо было мне так резко врываться. Знал же, что кончится не очень. Ну, если вспомнить все то, что Кира рассказывала про свою маму.
Она, кстати, криво ухмыляется, не поднимая глаз, и вонзает вилку в кусок мяса…а как будто бы мне в горло.
Сука-а-а-а…
- Так, ладно, – говорит Кира, а потом встает, – Уже поздно.
- Еще только восемь!
- Уже поздно, – добавляет голосу нажима, перебивая Карину, – Эмиль сегодня рано встал, у него было подписание важного контракта.
Херь собачья, но ладно. Я смотрю на Киру, которая на меня ноль внимания. Она улыбается и кивает.
- Потом он поехал сюда и…устал. Если честно, то я тоже. Мы пойдем наверх.
В следующее мгновение от ее уверенности не остается ровным счетом ничего. Она пугливо бросает взгляд на деда. Ясно. Мне могут не разрешить спать с ней в одной постели? Внутри встает какой-то глупый протест, но я его давлю. Все-таки это его дом.
Алексей замирает над тарелкой, молча гипнотизирует взглядом куски мяса, но потом коротко кивает. Кажется, за долю секунды его раздумий, я постарел на пару лет…
Кира ощутимо выдыхает сама, потом опускает на меня взгляд и шипит.
- Пошли.
Я снова бешусь. Нельзя помягче?! Невооруженным взглядом видно, как она «рада» меня видеть, и такое ее поведение уж точно не способствует улучшению моих отношений с ее семьей! Ты дура, что ли?! Очень хочется спросить, но я проглатываю. Окей. Все-таки она на нервах. Ничего страшного.
Встаю, потом смотрю на Евдокию Семеновну и киваю.
- Спасибо большое за вкусный ужин, Евдокия Семеновна. И за теплый прием.
Она усмехается.
- А ты шутник.
Не понял. Пару раз моргаю, она поясняет.
- Я про теплый прием. Его таким едва ли можно назвать.
Ааа. Дошло. Киваю и на мгновение замолкаю, чтобы собраться с мыслями, но потом смотрю ей в глаза и уверенно говорю.
- Я все понимаю. Наши с Кирой отношения…начались неправильно, но это не значит…
- Значит, – перебивает ее мама.
Резко, сухо, грубо. Тоже поднимает на меня глаза и буквально сжигает ими дотла.
- Это значит очень многое, Эмиль.
Произносит мои имя, а звучит, как самое отвратительное ругательство. Мда-а-а…пожалуй, это самый жесткий человек, с которым я когда-либо встречался. Даже бизнесмены в моем мире позавидовали бы такой ее стойкости и силе. Охренеть, конечно…
Я теряюсь буквально на миг. Она имеет право на свое абсолютное неприятие, и в этом есть моя вина. Да, это так. Это так…
Надо быть искренним. Просто. Быть. Искренним.
Откашливаюсь и говорю не то, что должен сказать, а то, что есть в моем сердце прямо сейчас.
- Мое появление в вашем доме было…резким. Я повел себя грубо, я знаю и понимаю, почему вы боитесь доверить мне своего ребенка, но клянусь, что Кира со мной всегда будет в безопасности. Я…
- Господи, ну хватит уже! – рычит Кира, потом хватает меня за руку и тянет за собой, – Всем спокойной ночи!
Это снова бесит. Чего она так дергается?! Я же хочу, как лучше, твою мать!
Стоп. Не ори только. Не ори…
Мы поднимаемся в тишине. За долгие мгновения напряжения удается немного погасить свои порывы, а когда мы попадаем в ее спальню, то я даже умудряюсь вывалить неловкую шутку.
- Так вот где росла моя будущая жена?
Это был стратегически неверный выбор слов, смысла, да и вообще, похоже, жизни. Кира резко поворачивается на меня, а потом буквально в два шага преодолевает расстояние и припирает меня к стенке.
- Ты считаешь, что это до хрена смешно?! Сволочь! Приперся в мой дом, вынудил врать моей маме, чтобы она твою задницу не изрешетила, а теперь еще и бравируешь этим?!
Ее глаза пылают, как у самой настоящей валькирии! А я сказать ничего не могу…
Засмотрелся…и внутри все горит, как на вулкане.
Кира тяжело дышит, продолжает вкручивать в меня свои черные глаза, и это предел. Мой личный. Сразу оживают все те образы, когда она была такой. Только обнаженной…
Твою мать.
Мурашки по телу, сердце наотмашь.
Твою мать!
- Эмиль, – понижает голос до шепота, – Если ты думаешь, что я сама не сделаю того, чем угрожала мама — ты ошибаешься. Не беси меня лучше, ага?
Нет. Я совершенно точно хотел бы взбесить тебя еще сильнее, но это…нет, это что-то странное. Какой-то бред. Наверно, просто адреналин так отпускает.
Придаю лицу максимально отстраненное выражение лица, потом чуть отталкиваю ее от себя и поджимаю губы.
- Мило.
Она устало вздыхает и отходит к кровати, на которую садится и говорит тихо.
- Ложись спать.
- А как же разговор? Мы разве не за этим здесь? Чтобы обсудить все «между собой»? – хмыкаю, сам себя по морде готов отхлестать.
Что ты творишь?! Для разговора ты сейчас сам едва ли в форме — это первое, второе — даже если и да, его лучше проводить не здесь. Скандала захотелось? Настропалить ее родственников еще сильнее? Зачем? Проще будет обсудить все наедине. Действительно наедине. В Москве — вообще наилучший вариант развития событий, потому что отступаться я не собираюсь. Она выйдет за меня. Мой ребенок будет расти в нормальной семье, а не с одним родителем три дня, с другим четыре, потом наоборот. Я готов предложить ей вполне комфортные условия, но она, конечно, закатит истерику. Не нужны нам зрители, для чего? Я не боюсь, что они помешают моим планам, но не хочу, чтобы лишний раз переживали. Кира со мной действительно в безопасности. Я за нее теперь отвечаю, а я привык отвечать головой.
Кира издает смешок, потом шумно выдыхает в раскрытые ладони, а потом откидывает волосы назад и прикрывает глаза.
- Господи, какой же бред…
- Я…
- Ты же все равно не отстанешь. Ты будешь давить-давить-давить, пока я не сломаюсь. Дальше, что в ход пойдет? Угрозы ребенком?
Сука!
Я моментально вспыхиваю, а мое «спокойное» лицо стекает куда-то на пол. Делаю на нее шаг и рычу.
- Кто кому еще ребенком угрожал?!
Но она не реагирует. Молчит пару мгновений, глядя перед собой, а потом переводит взгляд на меня и…в нем столько какого-то обжигающего, пустого разочарования, что, наверно, этот взгляд я буду помнить до конца своих дней.
- Ладно.
Чуть хмурюсь, тихо переспрашиваю.
- Ладно?
- Я согласна, – жмет плечами, а потом отворачивается, – Мы поженимся, а теперь хватит об этом. Я хочу спать.
Она молча встает, снимает с себя кофту и залезает под одеяло. Я все так же стою и смотрю на ее макушку.
Неприятно.
Получил что хотел? Определенно да. И да, я люблю получать, что я хочу, но…не так, сука! Что-то в этом во всем огромным пластом на плечи давит и дыхание перебивает.
Сука, какого хрена?! Угомонись.
Расстегиваю рубашку, снимаю ее. Про себя говорю:
Она драматизирует. Она просто драматизирует! Завтра мы поедем обратно в Москву, там я изложу ей все свои предложения, и Кира поймет, что это не конец света. Все будет гуд.
Ровно.
Снимаю брюки, все вешаю на небольшой стульчик с розовой, бархатной спинкой, а потом поворачиваюсь к кровати лицом. Тут больше лечь негде, поэтому…
Да, я только поэтому. И рад я исключительно из-за того, что получил желаемое.