Страница 1 из 343
Глава 1 - Телепат
Шшш…
Дождь лил как из ведра. Капли стучали по лобовому стеклу, заливая сумеречный покров неба. Прохожие под зонтами торопились по своим делам, в шуме воды то и дело слышался шорох колёс, такси медленно продвигалось по проспекту в окружении разнообразных звуков.
По радио передали прогноз: «Гроза с ливнем началась вчера и продолжается до сих пор. В этом месяце средняя норма осадков превысила максимальное значение, впервые за всю историю. На дорогах скапливается вода, просим жителей города соблюдать осторожность».
— Там что, авария впереди? — водитель всмотрелся сквозь мутную завесу на дорогу. Дослушав прогноз, он раздражённо бросил: — Когда закончится этот дождь? Тут и без него постоянно пробки… — Затем, обернувшись, обратился к пассажиру на заднем сиденье: — Вам же в полицейский участок?
Свинцовые тучи заволокли солнце, отчего в машине висел полумрак.
Пассажир пошевелился. Он сидел, опустив голову и положив сцепленные ладони на колени. На нём были чёрные джинсы и кожаные ботинки, армейские берцы простого кроя, на которых блестели капли воды.
Мужчина с самого начала поездки не произнёс ни слова, пункт назначения был указан в приложении для вызова такси. Сев в машину, он ненадолго вздремнул, но только что проснулся, и теперь сидел, словно поглощённый темнотой, даже глаз нельзя было разглядеть из-за спадающих со лба волос. Он словно слился воедино с сумраком. Через зеркало заднего вида водитель мог разглядеть лишь его бледный худой подбородок.
Спустя несколько секунд с заднего сиденья прилетело бесцветное:
— Веди свою машину.
Но пробка и не думала заканчиваться.
Водитель понял, что ему попался необщительный пассажир. Парень явно испытывал куда больший интерес к продолжению сна, чем к разговорам ни о чём. Больше не проронив ни слова, водитель в душе тихонько подивился: «В такое время ехать в участок… Хе, проштрафился?»
***
Тем временем в Юнъаньском полицейском участке отделения города Хуанань.
На стене красовалась фраза «Со всей строгостью блюсти закон, с энтузиазмом исполнять служебные обязанности», по середине которой вместили государственный герб. Но даже столь высокопарные слова не могли утихомирить разразившийся в участке скандал. Двое участковых, держа под руки мужчину лет сорока с хвостиком, вели его по коридору в допросную.
— Не дёргайся!
Но мужчина не собирался подчиняться, то и дело вырывался, а когда попытки не возымели действия, намертво ухватился за дверную ручку, не желая заходить в кабинет, хотя полицейские уже почти втащили его внутрь. При этом мужчина не переставая голосил:
— Вы не имеете права задерживать меня без доказательств! Кто так дела расследует? Отпустите, я буду жаловаться!
Мужчина был одет в серую рабочую робу, карманы которой больше походили на квадратные заплатки. Кроссовки, впрочем, выглядели довольно новыми. В карих мутноватых глазах отражалась жизнь простого обывателя.
Новый участковый, Цзи Минжуй, вошёл в кабинет, заодно подтолкнув мужчину вперёд.
— Нет доказательств?! — Цзи Минжуй подвинул стул, дождался, пока мужчину усадят и тот перестанет вскакивать, затем достал прозрачный пакет для вещдоков и бросил его на стол.
В пакете лежал старенький серебристый мобильник.
— Когда ты грабил чужую квартиру, обронил в гостиной свой телефон. Это называется — нет доказательств?!
Громкие возмущения мужчины прервались.
— Или хочешь сказать, что это не твоё? Значит, в мире есть ещё один человек, который хранит в телефоне фото твоей жены и называет её «жёнушка»?
Мужчина окончательно затих.
Цзи Минжуй продолжил допрос:
— Где спрятал украденное?
***
Полчаса спустя.
Из соседнего кабинета зашла женщина в форме.
— Ну и шумная попалась заявительница. Его соседка, тётушка Ван, целый день плачет, что эта деревянная статуэтка — их семейная реликвия, очень важна для неё, и просит нас поскорее её найти. До сих пор не заговорил?
Цзи Минжуй обладал высоким ростом, да и сам по себе выглядел довольно крупным парнем с густыми бровями и большими глазами. В этом году он только выпустился из полицейской академии, стал участковым, погрузился с головой в бесконечные конфликты и ссоры между соседями. Лишь после выпуска он обнаружил, что служба в полицейском участке вовсе не подразумевает раскрытие каких-то сложных дел. Больше напоминает работу примирителем сторон: сегодня в одном подъезде собрались разводиться, завтра в другом доме жена избила любовницу мужа…
Цзи Минжуй глубоко вздохнул. Никто не ожидал, что с этой деревянной статуэткой им придётся столько провозиться.
— Нет. Всё увиливает от ответа, мямлит, что забыл. Как можно забыть, где спрятал украденное?! Я сегодня договорился с другом сходить поужинать, но, похоже, придётся просто купить ему ведёрко лапши быстрого приготовления, когда он заедет за мной. И вообще, у него такой характер, что с него станется надеть это ведёрко мне на голову.
Девушка-офицер выглянула в окно, где разразилась настоящая буря, и подумала, что в такую погоду приглашать друга на ужин, по меньшей мере, странно.
Допрос всё продолжался.
Соседка подозреваемого, тётушка Ван, в процессе не выдержала, толкнула дверь и ворвалась в допросную, присоединившись к сражению, отчего в комнате воцарился полнейший кавардак. Бранящиеся старики нисколько не уступали молодёжи, и хотя до настоящей драки дело не дошло, в выражениях они не стеснялись.
От криков у Цзи Минжуя, выступающего стороной-примирителем, чуть не опухла голова. Он как раз пытался утихомирить тётушку Ван, когда кто-то постучал в стекло двери допросной и позвал его:
— Минжуй, к тебе там парень пришёл, говорит, твой друг. — Помолчав, коллега добавил: — Зовут Чи Цин.
Цзи Минжуй не мог разорваться, поэтому, не оборачиваясь, ответил:
— Это мой друг. Скажи, чтобы шёл сюда.
Из-за воцарившегося беспорядка никто не заметил, как через несколько минут кое-кто, сложив зонт, появился в коридоре участка. Опустив вниз кончик прозрачного зонтика на длинной ручке, он прошёл к допросной в уже насухо вытертых от дождевой воды кожаных ботинках, что навевало на мысль о маниакальной чистоплотности. Затем рука в чёрной перчатке толкнула дверь.
Перчатка плотно сидела на длинных тонких пальцах, отчего они казались ещё красивее.
Если бы в участке было хоть немного потише, не заметить эту руку оказалось бы непросто, даже наоборот — она собрала бы на себе все взгляды. Всё-таки в повседневной жизни мало кто, выходя из дома, специально надевает перчатки.
Чи Цину пришлось простоять в пробке почти целый час, а когда он толкнул дверь допросной, тётушка Ван как раз вошла во вкус чистейшей брани на местном диалекте.
— Ах ты…!
Мужчина в рабочей робе огрызался:
— Думаешь, раз я не местный, то не понимаю, что ты меня оскорбляешь?!
Цзи Минжуй одёрнул:
— А тебе слова не давали, ты ещё имеешь совесть огрызаться, а? Хоть понимаешь, насколько серьёзное преступление совершил? Зачем украл у соседей фамильную статуэтку? Знаешь, из чего эта статуэтка… — Примиритель Цзи Минжуй, находясь на стороне пострадавшей, парой фраз заткнул мужчину и повернулся к тётушке. — Кстати, из чего она сделана?
А про себя подумал: «Лучше бы из какого-нибудь дорогостоящего материала, чтобы припугнуть преступника».
Тётушка Ван торопливо ответила:
— Из собственноручно срубленного в горах дерева. Ох, она прошла уже через три поколения!
Спустя секунду неловкого молчания Цзи Минжуй кивнул обвиняемому:
— Слышал? Деревяшку передавали через три поколения. — Он постучал пальцем по столу. — Такое невозможно измерить деньгами. Отвечай, где ты её спрятал?!