Страница 9 из 66
Глава 7
Кэлли
Это не мой дом. Я безучастно смотрела, как женщины смеялись и ели, словно находились на какой-то вечеринке, — для них все это было ново, нормально и приносило счастье.
Что. Нахрен. За. Бред.
Пришелец пытался успокоить меня, когда положил на кровать, которую сделал для меня на этой встрече для людей. Будто мягкий мини-трон. Он даже устроил нас под тентом, чтобы находиться в тени. Смутно, но я все же замечала, что мы были одни из немногих, кто имел такую роскошь… другие, кажется, держались на расстоянии и пеклись под… солнцами, — да, во множественном числе.
Мое внимание захватил хвост Задеона, гладящий подушку, на которой покоилась моя голова.
— Почему ты не хочешь говорить со мной? — спросил Задеон
Вот так прямолинейно.
Мой голос был безжизненным, безэмоциональным и одновременно осуждающим:
— Это не дом.
— Я говорил, что отвезу тебя домой, и сделаю это, — заверил Задеон. — Тебе понравится наш дом. Я буду…
Я ощутила, как в моей груди вспыхнуло пламя.
— Я думала, ты имеешь в виду мой дом!
Похоже, такая вероятность вообще не посещала его голову.
— Ты сказала, что тебя там никто не ждет. Теперь у тебя есть я. Сейчас мы вместе, — Задеон взволнованно сделал акцент на последних словах. — Значит, мой дом — твой дом.
А ведь он казался мне милым.
Я была неправа.
Задеон был сумасшедшим.
Но что я могла сделать?
Ничего.
Я абсолютно ничего не контролировала.
Поэтому я снова замкнулась в себе.
Задеон пытался поговорить со мной, но я так и не сумела собраться с духом, чтобы хоть что-то ответить.
Время от времени он мельком смотрел на меня, будто беспокоился…, впрочем, он и должен был волноваться, так как любезно сам себя назначил моим охранником. Задеон постоянно наблюдал, — хотя это больше походило на предостерегающие взгляды, — чтобы никто не подошел ко мне слишком близко.
Его хвост ясно давал понять, что Задеон действительно беспокоился.
А я?
Я просто смотрела на всех.
Пыталась игнорировать Задеона, смеющихся женщин, других инопланетян, и вообще ни о чем не думать.
Задеон
Я убью их.
Если самцы не заберут женщин, то я убью их.
Я, конечно, видел их, но не мог разобрать, о чем они говорили.
А потом я заметил, что моя женщина плачет.
Мой хвост вылетел за край палатки… и я обратил внимание на разлетающиеся брызги с кончика хвоста. Как интересно. Я мог вырабатывать токсин, даже когда находился так близко к ней.
Впрочем, Кэлли это не повредит. Так утверждал тот же самый инстинкт, на который я сильно полагался в сражениях. Благодаря ему я заранее знал движения противника, заранее определял лучшие места для своих ударов, поэтому и был так уверен, что мое тело, а вернее именно эта особенность моего тела, никак не повлияет на мою пару.
Никогда не навредит Кэлли.
Зато я мог с легкостью причинять боль другим.
— Уходите, — зарычал я, пригвоздив каждую из присутствующих здесь женщин взглядом.
«Интересно, мою пару мог бы порадовать вид истекающих кровью женщин?»
На мгновение я задержал дыхание, размышляя.
Они все убежали.
— Сейчас я подниму тебя, — предупредил я Кэлли, потому что после всего, что она пережила, по моему мнению, в течение некоторого времени ее нужно будет предупреждать обо всех моих действиях.
Но она исцелится.
Моя женщина сильная. Я вспоминал об этом каждый раз, когда смотрел на шрамы на ее лице.
Это ее боевая раскраска «я многое прошла и выстояла».
Кэлли столько пережила. Может, она не понимала этого сейчас, но она со всем справится.
Она больше не останется одна в темноте. Так как рядом с ней всегда буду я.
Моя душа беспокоилась о ней. Это началось, как только я впервые ее обнял. Держа ее на руках сейчас, я больше не волновался, в конце концов я не хотел требовать от Кэлли больше, чем она могла дать… главное, что она успокаивалась, когда я обнимал ее.
Я прижимал ее к себе, что-то тихо бормоча.
Возможно, я стиснул ее слишком сильно, потому что Кэлли дернулась и положила ладони на мои плечи.
Когда ее и моя кожа соприкоснулись, Кэлли напряглась.
Она резко убрала руки, взамен расположив их на моем костюме.
Но было слишком поздно, я уже ощутил этот запах.
«Страх».
Кэлли боялась дотронуться до меня.
Но не к моему костюму. Нет, она не опасалась прикасаться к костюму или к мужчине. К любому другому мужчине.
Нет… все было… из-за меня. Ее отталкивала именно моя кожа.
Когда я впервые получил удар тройного шара с шипами «утренней звезды мака», то думал, что никогда не смогу справиться с той болью. По сей день мне приходилось сдерживать дрожь каждый раз, когда кто-то из противников выкатывал оружие на ринг. Мне казалось, что ожидание агонии, которая последует за ударом, было самым страшным.
Но я ошибался.
Самые страшные удары оказались те, которых ты не ожидал.
«Моя пара не просто боялась прикосновений».
«Моя вторая половинка боялась прикосновений к моей коже».
Глава 8
Кэлли
Что-то в моем пришельце изменилось. Он продолжал разговаривать со мной, но его голос утратил ту ласковость… то успокоительное, утешающее влияние, которое я так жаждала ощутить.
«И я это заметила».
Я чувствовала, как что-то неприятное свернулось в моей груди.
— Что случилось? — спросила я.
Задеон выглядел таким удивленным, что я наконец-то ответила.
Какой-то отдаленной своей частью я начала испытывать отвращение к самой себе. Огромное отвращение.
Но он не успел ответить.
Задеон резко повернул голову… и я проследила за его взглядом, заметив, как небо… потемнело.
Сначала я решила, что надвигается гроза.
Но когда Задеон со мной на руках подошел к выходу из палатки, то я услышала грохот топающих ног.
Все бежали.
Все бежали отсюда.
Почему все…
Далее все произошло так быстро.
Появились крылатые люди. Я цеплялась за Задеона, как маленькая коала, но они набросились на него, разлучая нас… после этого я уже не понимала, что происходило вокруг.
Я слышала крики. Какие-то принадлежали мне. Но большинство принадлежали крылатым людям.
А некоторые — Задеону.
Они убивали его.
Избивали, били током и в итоге убили.
Их было так много…
Когда их руки потянулись ко мне, я без конца мысленно повторяла только одно:
— Я больше не хочу жить. Не хочу. Не могу…
* * *
— Ты в порядке, ты в порядке, они не причинили тебе вреда, ты в порядке, — бормотала я, пытаясь успокоиться.
Я раскачивалась взад и вперед, стараясь не слушать их голоса.
Но они были слишком громкими, чтобы их игнорировать.
Я находилась на корабле в окружении других женщин… большинство из которых выглядели такими же потрясенными, как и я. Они молчали и были испуганными.
Зато двое пришельцев о чем-то болтали.
Когда они произнесли имя Задеона, я перестала раскачиваться.
Я перестала дышать.
Мое сердце заколотилось быстрее. Как будто оно узнало его имя и было уверенно, что Задеон принадлежал мне.