Порог Магии

Глава 2 Часть 1

Утро выдалось необычно холодным для этого времени года. Камаэль стоял у окна своей хижины, наблюдая, как первые лучи солнца медленно рассеивают туман над Эльмвудом. Прошла неделя с тех пор, как он принял решение отправиться в столицу, неделя лихорадочных приготовлений и бессонных ночей.

Ритуал Отражения показал ему многое, но оставил ещё больше вопросов. Он видел свои сильные и слабые стороны, понимал, что достиг предела того, чему мог научиться в этой маленькой деревне. Чтобы стать по-настоящему сильным, чтобы однажды защитить тех, кто ему дорог, ему нужно было большее. Ему нужна была Королевская Академия Магии.

Камаэль провёл рукой по лезвию своего кинжала, ощущая пульсацию магической энергии внутри артефакта. Оружие, созданное им самим с помощью его редкой способности к магии созидания, стало частью его сущности, продолжением его воли. Это был его первый серьёзный магический артефакт, доказательство того, что он не обычный маг первого класса. Хотя формально он всё ещё принадлежал к первому классу, его способность эффективнее использовать ману и особенно его талант к созидательной магии давали ему значительное преимущество перед другими магами его уровня.

"Пора двигаться дальше," сказал он сам себе с уверенной улыбкой. "Я не могу вечно прятаться в этой деревне."

Стук в дверь прервал его размышления.

— Камаэль? Ты готов? — голос Сорена звучал приглушённо через деревянную дверь.

— Да, входи, — ответил он, отворачиваясь от окна. — Только не говори, что Элдрин снова изменил своё мнение и хочет, чтобы я остался ещё на год для "завершения обучения".

Сорен вошёл, его обычно весёлое лицо было серьёзным, даже мрачным.

— Нет, но он хочет поговорить с тобой перед отъездом, — сказал он. — Он ждёт в своей хижине. И... Мирта тоже хочет попрощаться. Она испекла твои любимые пироги с яблоками.

Камаэль улыбнулся. Мирта, жена Сорена, всегда относилась к нему как к ещё одному сыну, хотя её собственному, Торену, было всего пять лет.

— Скажи ей, что я зайду перед отъездом, — сказал он. — Не могу же я уйти, не попробовав её пирогов в последний раз.

Он взял свой рюкзак, уже упакованный накануне, и закрепил кинжал на поясе. Он также проверил свой кошелёк с мана-кристаллами – небольшими прозрачными камнями, заряженными магической энергией, которые служили валютой в Вельдоре. У него было несколько полностью заряженных кристаллов и несколько пустых, которые он мог заполнить своей собственной маной в случае необходимости – ещё одно преимущество его необычной эффективности в использовании магии.

— Я знаю, что он скажет, — произнёс Камаэль с лёгкой усмешкой, направляясь к двери. — Что я не готов, что мне нужно больше тренироваться, что столица подождёт. Старик никогда не меняется.

— Он беспокоится о тебе, — ответил Сорен, следуя за ним. — Мы все беспокоимся. Идти в столицу одному...

— Я принял решение, — твёрдо сказал Камаэль, его голос не оставлял места для сомнений. — Я благодарен Элдрину за всё, чему он меня научил, но теперь я должен найти свой собственный путь. В Академии я смогу развить свои способности к созидательной магии, может быть даже достичь пятого или шестого класса. Только тогда я смогу по-настоящему защитить тех, кто мне дорог.

Сорен вздохнул, но не стал спорить. Он знал своего друга достаточно хорошо, чтобы понимать: когда Камаэль что-то решил, его невозможно переубедить.

— Ты всегда был упрямым, — сказал он с лёгкой улыбкой. — Но это одна из причин, почему ты так выделяешься среди магов первого класса. Большинству требуются годы, чтобы научиться создавать даже простейшие артефакты, а ты делаешь это с такой лёгкостью.

Камаэль пожал плечами, но в глубине души он гордился своими способностями. Три года непрерывных тренировок, бессонных ночей над древними фолиантами, опасных экспериментов с магическими формулами. Всё это позволило ему развить свой врождённый талант к созидательной магии и эффективному использованию маны.

— Знаешь, — сказал он, когда они шли по деревне, — иногда я думаю, что Элдрин сам не понимает, насколько он хороший учитель. Он всегда недоволен моим прогрессом, но за три года он научил меня большему, чем многие маги узнают за десятилетие.

— Это его способ мотивировать тебя, — ответил Сорен. — Он никогда не признается, но он гордится тобой. Я видел, как он хвастался твоими успехами перед другими магами, когда думал, что никто не слышит.

Камаэль рассмеялся, представив своего сурового наставника, тайно гордящегося своим учеником.

Они вышли из хижины и направились к жилищу Элдрина. Утренний воздух был свежим и чистым, наполненным ароматами трав и цветов. Деревня только начинала просыпаться — дым поднимался из нескольких труб, слышались голоса и звуки открывающихся дверей.

По пути они остановились у дома Сорена и Мирты. Маленький Торен выбежал им навстречу, его лицо сияло от возбуждения.

— Камаэль! Камаэль! — кричал он, подбегая. — Ты правда уезжаешь? Ты будешь сражаться с драконами? Привезёшь мне драконью чешую?

Камаэль подхватил мальчика на руки и подбросил в воздух, вызвав восторженный визг.

— Не думаю, что в столице много драконов, малыш, — сказал он, опуская ребёнка. — Но я обещаю привезти тебе что-нибудь интересное. Может быть, магическую игрушку из Академии.

Глаза Торена расширились от восторга.

— Правда? Настоящую магическую игрушку?

— Настоящую, — подтвердил Камаэль. — Если будешь слушаться родителей и продолжать учиться читать.

Мирта вышла из дома, вытирая руки о фартук. Её круглое, доброе лицо было печальным, но она старалась улыбаться.

— Значит, ты всё-таки уезжаешь, — сказала она, обнимая Камаэля. — Я надеялась, что ты передумаешь.

— Мне нужно идти, Мирта, — мягко сказал он. — Но я буду писать и, возможно, приеду на праздник урожая.

— Ты должен, — строго сказала она. — Иначе я лично приеду в столицу и притащу тебя за ухо, как тогда, когда ты и Сорен украли все мои пироги для "магического эксперимента".

Камаэль рассмеялся, вспоминая тот случай. Им было по пятнадцать, и они решили проверить, можно ли использовать пищу как проводник для магической энергии. Эксперимент закончился взрывом теста и двумя неделями мытья посуды в качестве наказания.

— Это был важный научный эксперимент, — сказал он с притворной серьёзностью. — Мы доказали, что яблочная начинка проводит ману лучше, чем вишнёвая.

— И что взрослые не оценивают важность науки, — добавил Сорен, подмигивая жене.

Мирта покачала головой, но не смогла сдержать улыбку.

— Вот, — сказала она, передавая Камаэлю завёрнутый в ткань свёрток. — Твои любимые пироги. И немного сушёных фруктов и орехов на дорогу.

— Спасибо, Мирта, — искренне сказал Камаэль, принимая подарок. — Я буду скучать по твоей стряпне.

— И по моему ворчанию, — добавила она с улыбкой.

— И по твоему ворчанию, — согласился он, снова обнимая её.

Попрощавшись с Миртой и Тореном, они продолжили путь к хижине Элдрина. Старый маг ждал их у входа в свою хижину, его лицо было серьёзным, но спокойным. Одетый в свою обычную тёмно-синюю мантию с серебряной вышивкой — знаком мага седьмого класса — он выглядел внушительно, несмотря на свой возраст.

— Ты действительно решил идти один? — спросил он без предисловий, когда они подошли.

— Да, учитель, — ответил Камаэль, встречая его взгляд без колебаний. — Я ценю всё, что вы для меня сделали, но я должен продолжить этот путь самостоятельно.

Элдрин долго смотрел на него, словно оценивая его решимость, затем медленно кивнул.

— Я не могу тебя остановить, — сказал он наконец. — Но я могу дать тебе совет. Столица — опасное место, особенно сейчас, когда политическая ситуация нестабильна. Будь осторожен, кому доверяешь.