Страница 100 из 178
— Я думал, ты догадываешься, что он мальчик, — тихо вымолвил Данил в свое неубедительное оправдание. — Разве я не говорил тебе, что подарил ему на день рождения игрушечную машинку?
Таня швырнула в него палочкой от своего мороженого, еще сильнее обидевшись.
— Ты прекрасно знал, что я считала твоего друга девочкой, и молчал, издеваясь надо мной. И что, что ты подарил ему машинку? Девочки разве не могут играть с машинками? Даже я игралась с твоими в детстве.
— А то, что мы играли в супергероев? — продолжил Данил, крутя в руках ее палочку. — Я же говорил тебе, как мы играли — я был Бэтменом, а он Суперменом.
Таня нахмурилась еще сильнее.
— Ты и со мной в это играл! — возмущенно выпалила она. — Ты прошлым летом заставлял меня быть Капитаном Америка, когда ты был Железным Человеком!
— Слу-у-ушай… — задумчиво протянул он. — А ты точно девочка?
— Ты напрашиваешься! — угрожающее прошипела Таня, демонстративно задирая подбородок и отворачиваясь в сторону.
— Ладно, если серьезно, — начал Данил, все еще немного посмеиваясь. — Я правда хочу познакомить тебя с ним. Он приедет сюда чуть позже.
Несмотря на раздражение, волнение в глазах Данила заставило Таню тоже почувствовать себя немного взволнованной из-за предстоящей встречи. Она улыбнулась ему и сказала:
— Хорошо. Я все равно давно хотела с ним познакомиться. Надеюсь, мы поладим.
— Вы точно поладите, — уверенно заявил Данил. — Я в этом уверен. Вы же мои друзья.
Но его предсказание не сбылось.
Леша отказался с ней знакомиться или встречаться, вместо этого он спрятался в спальне своего лучшего друга. Данил был разочарован, а Таня лишь просто пожала плечами и отмахнулась. Ей было совершенно безразлично — познакомятся ли они с Орленком или же нет.
До тех пор, пока Данил будет в жизни Тани, ей будет все равно, если его драгоценный Орленок так и не захочет стать ее другом. Главное, что у нее был Данил, а остальное ей было неважно…
*****
POV Даня
— Громов, черт возьми, с тобой что?
Голос Орлова был резким и сердитым, когда он смотрел на меня.
Я, к слову, не понимал, почему тот злится. Это же не из него выжали все соки и не ему отбили каждый кусочек тела. Мало того, что этот придурок отыгрался на мне за мое желание примирить их с Рябининым, силком затащив меня в свой подвал, так еще и злился не пойми на что.
— Думаю, ты хочешь еще немного потренироваться, мой дорогой друг, — сказал мне Леха с пугающей улыбкой, теперь вздумав отыгрываться на мне, за мое поддразнивание его хмурого настроения.
Потренироваться я хотел?
Да сдохнуть я хотел, как устал и физически, и морально.
И пока я здесь дышал как загнанная лошадь с пульсом как у мыши — я искренне недоумевал, откуда в нем было столько силы и запала.
Этот же придурок уже получил все необходимые ему физические нагрузки после выхода с Рябининым из дома и после того, как спустил мое тело по лестнице в подвал, где хорошенько отметил меня за все прошлые, а то и будущие обиды.
Не спорю, в какой-то степения это заслужил, но не настолько же… И чем больше проходило времени, тем больше я в одном убеждался — я больше не хотел сталкиваться с этим дерьмом и становиться живой отбивной.
— Еще раз спрашиваю — с тобой что? — хмуро повторил Орлов.
— А что со мной? — угрюмо спросил я, поднимаясь и осторожно сажая свою ушибленную задницу на скамейку.
Леха скрестил руки на груди, встав над душой.
— Громов, — угрожающие процедил он.
— Я правда не понимаю, о чем ты говоришь, ясно? — раздраженно буркнул я в ответ.
— Мы дружим с тобой почти пятнадцать лет. Может, я и веду себя с тобой как конченный мудак, но это не значит, что мне нет до тебя дела.
Я ошарашенно уставился на него.
— А теперь скажи, — нетерпеливо прорычал друг. — Что, блять, с тобой творится?
Сжав челюсти, я опустил взгляд на сцепленные руки и пробурчал:
— Ничего.
— Не ври. Тебя что-то беспокоит. Догадываешься, почему я это знаю?
— Неа, — честно ответил я и покачал тяжелой головой.
— Ты держишься слишком близко ко мне.
Я дважды моргнул, с недоумением осмысливая его слова, а затем поднял взгляд.
— Чего? — спросил я со смешком.
— Это правда, — Орлов серьезным тоном пресек мой смех. — Когда тебя что-то беспокоит, ты пытаешься держаться поближе ко мне. Когда мы были детьми и у тебя было хреновое настроение — ты играл на пианино, а если к нему не было доступа, то ты старался держаться рядом со мной. И ты снова это делаешь. И это, мать твою, раздражает.
— Может, это из-за того что я волнуюсь за тебя? — язвительно ответил я. — Потому что ты только что выписался из больницы? Потому что у тебя был очередной приступ?
— Это было больше недели назад, — спокойно, но твердо парировал Орлов. — Сейчас же я в порядке.
— Поэтому ты смысл в раковину свои таблетки?
— Я же сказал тебе, что устал жить в гребаном тумане из-за их действия. Перестань накручивать себя, со мной всё нормально.
— Я всё равно беспокоюсь за тебя, — с тяжелым вздохом вымолвил я.
— Это из-за нее? — неожиданно спросил Орлов.
— Из-за нее? — попытался я прикинуться дурачком. Как гласила одна непреложная истина: быть умным — это вовремя притворится тупым.
Но Леха слишком хорошо знал меня и этот ход.
— Не прокатит, — огрызнулся он. — Что случилось?
— Ничего, — снова отрицал я с ободряющей улыбкой. — Я же сказал тебе, что ни-че-го.
— Дань, ты совершенно не умеешь врать. Так что давай выкладывай. И перестань улыбаться.
Я не ответил.
Хоть и сбросил с себямаску, перестав притворяться счастливым и довольным жизнью. Маску клоуна…
Если быть честным с самим собой, то мне уже осточертело притворяться, что со мной было все в порядке, хотя на самом деле это было совсем не так. Я устал притворяться, что у меня всё схвачено, когда я уже не знал, что делать.
Таня не отвечала на мои звонки.
Она не отвечала на миллионы моих сообщений.
Я пиздец как облажался, не придя на “Бал голубых роз”. Я настолько замотался с Лешей, Ксюхой и всеми проблемами, что забыл об этом чертовом балу и обещании, которое дал Принцессе. А я ведь знал, что обещания значили для Тани.
И я уже сбился со счета, сколько раз приходил к ней домой, чтобы узнать, не вернулась ли она из Японии, но дом был пуст, если не считать домработниц, снующих по дому, и охранников, разгуливающих по территории. Мне очень нужно было поговорить с ней и попытаться всё объяснить. Если она мне это позволит, хотя зная ее характер…
Она обиделась на меня, а значит — я был в полной и беспросветной заднице.
— Если не хочешь говорить, то вали домой, — тихо сказал друг, выждав какое-то время.
Я покачал головой и так же тихо ответил.
— Я тебя не брошу.
— Я в порядке, Дань. А вот ты — нет.
— Лех… — я снова покачал головой.
— Тебе по-любому есть чем сейчас заняться, — перебил он меня, намекая на решении моих проблем. — Иди. Увидимся завтра в универе.
Набрав полную грудь кислорода, я посмотрел на него секунду, две, а затем кивнул и поднялся на ноги.
Я сделал два шага по лестнице, остановился и обернулся. Леха пристально смотрел на меня. Суровое выражение исчезло с его лица и теперь его лицо было просто озадаченным. Я стиснул челюсти. Мне не хотелось давать Орлову лишний повод для беспокойства, когда тот должен был беспокоиться о себе.