Страница 67 из 99
Глава 35
Robyn
— Может, мне не стоит приходить? Ты сказал, что это только для семьи, я не хочу мешать. — Я прикусываю нижнюю губу и смотрю на Энцо, лежащего рядом со мной.
Позже сегодня мы вылетаем на остров его семьи, потому что завтра там женятся Лука и Иззи. Прошло почти три месяца с тех пор, как Энцо впервые повез меня в поместье своего отца на семейный ужин, и с тех пор мы были там пару раз, но я все еще не чувствую себя комфортно, нарушая их семейную свадьбу.
— Ангел, — Энцо бледнеет и проводит пальцем по моей щеке. — Ты только что сама сказала, что это только для семьи. Ты моя семья, ангел, ты вся моя гребаная жизнь. Если ты не хочешь идти, тогда все в порядке, мы не пойдем. Но если это из-за того, что ты волнуешься, тебе не стоит. Поверь мне, Иззи оторвала бы мне гребаные яйца, если бы я оказался на этом острове без тебя, как и все остальные члены семьи. Я начинаю думать, что ты нравишься им больше, чем я, хотя я бы ни в малейшей степени не стал их винить.
— Мм-хмм, теперь, когда я знаю твою семью, мне кажется, что у меня ее никогда не было.
— Ну, теперь ты понимаешь, — бормочет он и притягивает меня к себе. Я зарываюсь головой ему в грудь и перекидываю ногу через его ногу, когда он целует мои волосы и обнимает меня.
— Расскажи мне об острове.
— Ничего рассказывать, я там никогда не был. — Он говорит это так небрежно, но в его тоне есть что-то, чего я не могу понять.
— Что ты имеешь в виду? — Я поднимаю голову, чтобы посмотреть на него сверху вниз, и он прикусывает внутреннюю сторону щеки, пристально глядя на меня.
— Моя мама умерла, рожая меня. Остров был подарком ей от моего отца, семья ездила туда каждый год, это была их традиция. Но после ее смерти мой отец не смог вернуться без нее, поэтому, очевидно, Лука и Марко тоже не поехали. Впервые за двадцать два года мой отец и Марко вернутся туда. Лука привез туда Иззи во время их медового месяца, и это был первый раз, когда наша семья воспользовалась островом с тех пор, как я убил ее. — Он выглядит таким искренним, как будто действительно верит, что несет ответственность за смерть своей матери, и это разбивает мне сердце.
— Энцо, малыш, — мягко говорю я. — Ты не убивал свою маму, и я уверена, что твоя семья тоже так не думает. Ты не можешь считать себя ответственным.
Он смотрит на меня так, словно у меня выросла вторая голова, и мое сердце разрывается прямо посередине, когда он говорит дальше.
— Конечно, знают. А если нет, то должны знать. Я — причина, по которой они потеряли ее, если бы не я, им не пришлось бы расти без нее. Им не пришлось бы испытывать ту боль, которую они испытали, потеряв ее, — боль, которую мне никогда не приходилось испытывать, потому что я не знал ее. Луке не пришлось бы жениться — дважды — без своей мамы, а Марко не пришлось бы десять лет мучиться без ее совета.
— Могу я спросить тебя кое, о чем? — Спрашиваю я, глядя на него сверху вниз, и он смотрит на меня снизу-вверх только с любовью.
— Все, что угодно. Всегда.
— Если бы у нас были дети, если бы у нас был ребенок и что-то случилось со мной во время родов, ты бы обвинил нашего ребенка в моей смерти? Ты бы хотел, чтобы наш сын или дочь винили себя в моей смерти?
Он тяжело сглатывает, обдумывая мои слова, и я вижу, как понимание горит в его глазах.
— Черт возьми, ангел, — хрипит он и сжимает меня в объятиях.
— Ты не можешь продолжать жить с чувством вины за смерть своей матери. Это был несчастный случай, трагический и несправедливый несчастный случай. Это была не твоя вина, и тебе нужно избавиться от чувства вины, — мягко говорю я. Я хочу донести до него свою точку зрения, но я также не хочу давить на него. Временами он может быть похож на дикое и неукротимое животное, поэтому мне приходится действовать осторожно.
— Что, черт возьми, я делал без тебя? — шепчет он, и я издаю хриплый смешок.
Внезапно он садится и переворачивает меня на спину, пристально глядя на меня сверху вниз.
— Я серьезно, ангел. Понятия не имею, что бы я без тебя делал. Я чувствую, что ты нужна мне просто для дыхания, ты так сильно изменила мою жизнь, что я никогда не смог бы выжить без тебя. Ты мой якорь в хаосе, который течет по моим венам. Ты приносишь мне умиротворение, которого я никогда не испытывал, пока не встретил тебя. Черт возьми, я даже не знал, что это чувство существует. Ты — моя гребаная жизнь, Робин. Ты держишь мою душу в своих руках, ты единственный человек на земле, у которого есть сила уничтожить меня. — Он быстро целует меня в губы и выходит из комнаты, чтобы приготовить завтрак, даже не дав мне возможности ответить.
Оставляя меня с мыслью, что если я его якорь, то он мой маяк в шторме, ведущий меня в безопасное место.
Окей, я знал, что у Романо есть деньги.
Это было очевидно по чрезвычайно огромному особняку, который они называют семейным поместьем, или по пентхаусам, которые у них есть в центре Нью-Йорка, и по модным черным карточкам, которые они носят.
Но столько денег? Частный самолет с их фамильным гербом на сиденьях доставит нас на этот остров? Остров, который, вероятно, самое красивое место, которое я когда-либо видела. Я думаю, будет справедливо сказать, что мы с моим парнем находимся на очень разных уровнях, когда дело доходит до наших банковских счетов.
С того момента, как мы покинули квартиру, это был настоящий чертов вихрь роскоши, и я не могу не задаться вопросом, какого черта Энцо делает с обычной женщиной, которая владеет книжным магазином, у которой нет семьи и даже горстки друзей, когда он мог буквально заполучить любую женщину, которую хотел.
У него в постели каждую ночь могла быть другая модель, так какого черта он делает со мной?
Я попыталась озвучить этот вопрос, когда мы были в самолете, но он просто посмотрел на меня с озадаченным выражением лица и сказал. — Какого черта мне хотеть кого-то еще, когда есть ты?
На этом для него тема закрыта. Дальнейших обсуждений нет.
Мой телефон жужжит сообщением, и я достаю его, чтобы найти сообщение от Иззи.
Иззи: У меня раньше никогда не было подруги,
хочешь помочь мне подготовиться к завтрашней свадьбе?
Ты уверена?
Я уже чувствую, что навязываюсь на твою семейную свадьбу.
Иззи: Девочка, ты — семья.
Мы с Лукой заключили пари, что вы, ребята,
поженитесь до конца года. Лука думает,
ты продержишься до следующего года, так что,
если ты сможешь побыстрее окольцевать Энцо,
я буду любить тебя вечно! Будь у меня в комнате в 9 утра.