На грани миров

Я открыла дверь и обнаружила пожилого джентльмена. Ему, должно быть, было за семьдесят, и на его лице поселилась та самая паника, которую я слишком часто видела за последние пару дней. Я начинала ненавидеть этот взгляд. Было бы намного лучше, если бы я могла помочь этим людям. Но осознание того, что я ничего не могла сделать, вгоняло в ужасную агонию.

Мужчина удивленно моргнул, уставившись на меня, а затем спросил:

— Рути дома?

О нет. Мне нужно сообщить ему новости. Это будет отстойно. Я думала, все уже знают.

— Мне очень жаль. Рути умерла несколько дней назад.

Думаю, смысл моих слов дошел до него не сразу. Сначала он выглядел растерянным…а потом опустошенным. Будто я только что сказала, что ему осталось жить пять минут.

— Нет, — прошептал он, делая шаг назад. — Пожалуйста, нет.

Я бросилась вперед, чтобы поддержать его.

— Почему бы вам не войти? Давайте я принесу вам воды.

Он позволил мне тащить его всю дорогу до кухни.

Усадив его за стол, я достала стакан и бутылку воды из холодильника.

— Вот так.

— Она умерла? — спросил он, глаза увлажнились, а дряхлая кожа покраснела.

— Мне очень, очень жаль, — ответила я, присаживаясь рядом.

— Мне нужна ее помощь. — Выражение его лица у меня самой вызвало слезы.

— Может быть, я смогу что-нибудь сделать.

Мне следовало бы врезать самой себе. Я ничего не могла сделать, но желание облегчить боль этого человека было непреодолимо.

Словно заметив меня впервые, он поднес руку к моему лицу и провел кончиками пальцев по моей щеке.

— Ты Дэфианс, не так ли? Выглядишь в точности как она.

— В точности как она?

— Как Рути. Она рассказала мне все о тебе. У тебя такие же глаза. Такие же губы.

Почему-то его заявление вызвало прилив восторга. Я никогда в жизни не была похожа ни на кого. Некоторые люди говорили, что я похожа на одного из отцов или даже на обоих, но это не было настоящим сходством. Мы не были кровными родственниками.

— Спасибо. Так что происходит, мистер?..

— Тоум. Меня зовут Джамиль.

Я пожала его руку.

— Приятно познакомиться. Можете рассказать мне, что произошло?

— Моя жена, Сиам. Она пропала. У нее Альцегеймер и иногда она уходит из дому.

Тот болезненный страх, который я так сильно ощущала в последнее время, снова пробрался по моей спине, как гигантский паук под рубашкой.

— Обычно, я сразу же ее нахожу. Но не в этот раз. Я обыскал везде. На улице так холодно. — Он накрыл мою руку своей, его покрасневшие глаза наполнились слезами. — Я спал. Даже не знаю, как давно она ушла. — В конце концов, он не выдержал и дал волю слезам. — Но ты можешь делать это тоже, да? Ты можешь…находить вещи?

Закрыв глаза, я сделала глубокий вдох, а затем их открыла.

— Мистер Тоум, мне очень, очень жаль. У меня нет тех же навыков, которые были у моей бабушки.

Он покачал головой.

— Нет, она сказала мне, что ты продолжишь ее дело. Что ты еще могущественней, чем она. Более сильная, чем кто-либо еще.

Я плотно сжала губы. Как черт возьми, Рути могла сказать такое? Она даже не знала меня. Я могла растерять весь талант, что у меня был. Что она думала, у меня был. Как она могла давать людям такую лживую надежду?

— Мистер Тоум, вы обращались в полицию?

— Да. Конечно, но Рути всегда… — Он встал. Его движения были медленными, будто он находился в шоке, и направился к двери. Я последовала за ним.

— Мне очень, очень жаль. Я надеюсь они найдут ее, мистер Тоум.

Взгляд, который он бросил на меня, мучительный взгляд, которым он меня одарил, разбил мое сердце и сжал легкие.

Я убью ее.

*

Как только я проводила мистера Тоума до его машины, где ледяной воздух пробрался сквозь тонкую ткань пижамы и впился в мою плоть, я поспешила вернуться в дом, пройти на кухню, где лежал ноутбук, и открыть приложение.

Она была мертва. Да, она уже была мертва. Но теперь будет еще мертвее. Уж я за этим прослежу.

Я включила видео и открыла рот, чтобы закричать, но ее уже не было. Я села, ошеломленная. На видео был только белый экран и больше ничего.

— Рути? — спросила я, насторожившись. Я ждала. Ничего. Тогда я запаниковала. — Рути!

Через минуту она появилась на экране, неухоженная, с растрепанными волосами. Значит ли это, что на том свете тоже спят?

— Ты где была? — спросила я, находясь в состоянии, близком к панике.

Она огляделась.

— Прямо здесь. Где еще мне быть?

— Тебя тут не было.

— У меня были дела.

— Бабушка, ты застряла внутри завесы, похоже, навечно. Какие у тебя могут быть дела?

После быстрого удивленного взгляда - почему ее удивила моя вспышка, я понятия не имела - она оправилась и с едва заметным намеком на улыбку сказала:

— Ну, у меня тоже есть жизнь, Дэфианс. — Она смахнула ворсинки с одежды и фыркнула. — Или была.

— Ты сказала мистеру Тоуму, что я продолжу твое дело. — Мой тон был резким. Напряженным.

— Я всем сказала, что ты продолжишь мое дело.

— Зачем ты это сделала? — я убрала волосы и уперлась лбом об стол. — Зачем ты дала людям ложную надежду?

— Ты? — спросила она, фыркнув. — Ложная надежда? Дэфианс Тиффани Дейн, я тебе повторяю…

— Да, да, я знаю. — Я подняла на нее взгляд. — Я ведьма. Я понимаю это, хотя до сих пор мы не видели ничего из моих предполагаемых способностей. А теперь весь город считает меня вторым пришествием.

Ее выражение лица смягчилось.

— Милая, что произошло?

— Мистер Тоум. Вот что произошло. А я не могу ему помочь.

— Ох, нет. Мистер Тоум?

— Да. Погоди-ка. — Я отпустила волосы и выпрямилась. — Ты сделаешь это. Ты ведь сможешь найти ее, правда? В смысле, ты же мертва. Разве вы не можете проходить сквозь стены и прочее?

— Нет, Дэфианс, так не бывает. То есть, может быть. Все, что я знаю - это то, что не могу просто так пересечь завесу. Вот почему мне пришлось создать заклинание. Чтобы я могла общаться с тобой.

— Получается, ты застряла на той стороне?

— Пока что. Даже если бы могла перейти, нет гарантии, что получится тебя видеть. Здесь все иначе.

— Что мне делать? — спросила я, несчастным тоном. Я не могла продолжать в том же духе. Люди приходят ко мне за помощью, а от меня столько же пользы, как от сетчатой двери на подводной лодке.

— Ты можешь это, Дэфни. Знаю, что можешь.

— Рути…

— Нет. Больше никаких сомнений. Держи эти чувства под контролем. Это чувство бессилия.

— Ох, эта малышка никуда не уйдет. Это я тебе гарантирую.

— Хорошо. Теперь, ухватись за это чувство и включи его. Используй его, Дэфианс. Используй его себе на пользу.

— То есть, типа, сделать его своей сучкой?

Она прикрыла рот изящной рукой и закашлялась, а затем сказала:

— Да, милая. Сделай его своей сучкой.

— Кого ты делаешь своей сучкой? — спросила Аннет, проходя на кухню и потирая глаза. — Боже, как светло. — Она надела очки. Те криво сидели на ее очаровательном носу, а каштановые волосы, собранные в хвост, торчали во все стороны, какие только можно себе представить. Она остановилась и нахмурилась. — Который час?

— Мне пора выпить кофе. А тебе - отправляться в постель.

— Нетушки. Я здесь для тебя. Для этого и существуют лучшие подруги. Я сделаю тебе кофе. Сколько вина я выпила?

— Достаточно для нас двоих.

— Всего лишь цифры. Я никогда не могла отказаться от хорошего вина.

Я смотрела, как она шаркает к чайнику, и мой разум, как и ее волосы, разлетелся во все стороны, какие только можно себе представить. В любом направлении, кроме того, в котором нужно было идти.