Жестокий Король

ГЛАВА 11

Развлекаюсь со своей жертвой

Нико

Крики эхом отдаются у меня за спиной, когда я выхожу из маленькой студии в Верхнем Вест-Сайде, мои руки в перчатках скользкие от крови. Я провел почти сутки, развлекаясь со своей жертвой, но теперь мне нужно быть кое-где в другом месте. Как только за мной захлопывается дверь, я осматриваю коридор в поисках мусоропровода. Гнев все еще струится по моим венам, но теперь, когда я утолил свою жажду мести, монстр начинает отступать. Наконец-то я нахожу мусорное ведро, срываю латексные перчатки и бережно держу пакет на молнии с моим призом.

Несмотря на то, что Мэйси согласилась больше не встречаться с Джеком, я решил, что такой кусок дерьма, как он, заслуживает всей силы моего гнева. В конце концов, я никогда не обещал, что не причиню ему вреда.…

У Джека больше никогда не будет шанса глазеть на мою девушку.

Или любую другую женщину, если уж на то пошло.

Я похлопываю по флешке в кармане, подтверждая, что она все еще там, прежде чем нажимаю пальцем на кнопку вызова лифта. Я опаздываю на встречу с комиссаром, и Марко будет зол, но это не могло ждать.

Ярость, охватившая меня при виде Мэйси с другим мужчиной, не была похожа ни на что, что я когда-либо испытывал раньше. Cazzo, что эта женщина сделала со мной? Я еще даже не трахнул ее, а уже был без ума от нее.

Мои ноздри раздуваются при ярких воспоминаниях о Мэйси, распростертой на кровати, извивающейся для меня. Кончающей на меня. Мне придется нанести ей еще один визит сегодня вечером после того, как я отвезу свой маленький подарок. Я поднимаю прозрачный пакет, и на меня смотрит пара пустых глаз.

Извращенный ублюдок.

Подумать только, что он собирался заснять себя с моей Мэйси и распространить это по Интернету. Если бы ему это удалось, от него не осталось бы ничего, кроме глаз. Вместо этого я даровал ему милосердие. Или, может быть, я всего лишь наградил его пожизненными пытками. Высшее наказание для больного вуайериста. Некоторые девушки на видео, которые я нашел, были едва подростками.

Такие подонки заслуживают того, чтобы гнить в аду. Но сначала пусть старый добрый Джек немного помучается.

Когда я спускаюсь на первый этаж, Макс уже ждет у обочины. Я сажусь на заднее сиденье и нахожу коробку с ярко-красным бантом на сиденье рядом со мной. — Спасибо, что взял это, Макс.

—Без проблем, босс. — Он откидывает голову назад и одаривает меня кривой усмешкой. — Ты купил своей девушке подарок?

—Что-то в этом роде.

Разворачиваясь, мой водитель направляется по тихой аллее к Вест-Сайдскому шоссе. Мне нужно вернуться в Джемини Тауэр до окончания встречи. Хотя, если быть честным, Марко более чем подготовлен для того, чтобы справиться с комиссаром. У него всегда получалось управлять людьми лучше, чем у меня.

Я хрущу костяшками пальцев и откидываюсь назад, кладя голову на мягкий кожаный подголовник. Присматривать за Мэйси оказывается сложнее, чем я себе представлял, но я не могу избавиться от ощущения, что ее бывший, Джаспер, еще не совсем расстался с ней. Многочисленные бессонные ночи сказываются на мне. Мои тяжелые веки закрываются от равномерного движения машины, и меня затягивает в темноту.

Я вскакиваю прямо в постели. Воздух густ от едкого дыма, а потрескивающее пламя ревет, как разъяренный зверь. — Марко? — Паника сжимает мою грудь, когда я поднимаюсь с кровати и, спотыкаясь, бреду сквозь сгущающуюся темноту, мое горло сжимается при каждом затрудненном вдохе. Жар давит со всех сторон, гнетущая сила обволакивает меня, угрожая поглотить все на своем пути.

Языки пламени танцуют по стенам спальни, которую я делю с моим братом, отбрасывая жуткие тени, которые мерцают и искажаются, создавая кошмарный балет. Некогда знакомое окружение расплывается в дезориентирующем тумане, и жар усиливается с каждой секундой. Оранжевые и красные языки пламени лижут границы моего зрения, оставляя обжигающий отпечаток в моем сознании.

—Марко, где ты? — Я задыхаюсь и кашляю от этих слов.

Мое сердце стучит в ушах, безжалостный барабанный бой страха. Меня охватывает паника, когда дым застилает мне путь, а потрескивающий ад пожирает все вокруг. Воздух становится ядовитой смесью горящих обломков и отчаяния, и мои глаза щиплет от непролитых слез.

Каждый шаг кажется вечностью, пока я на ощупь пробираюсь сквозь удушающую темноту в коридор, ориентируясь только по далекому свету входной двери, которая кажется одновременно мучительно близкой и невозможно далекой. Жар, дым, оглушительный рев — это сенсорная перегрузка, которая угрожает захлестнуть мой разум.

Где все? Где Фостеры?

Отчаянное чувство выживания толкает меня вперед, инстинкт найти Марко и спастись от этого огненного кошмара поглощает мои мысли. Посреди хаоса время теряет смысл, и настоятельная необходимость вырваться на свободу становится единственной реальностью. Когда я подхожу к двери, порыв прохладного воздуха приносит кратковременную передышку от удушающей жары, разжигая мимолетный проблеск надежды.

Знакомая фигура привлекает мое внимание в гостиной, и я прекращаю свой поход в безопасное место. — Марко! — Я кричу. Он не двигается. — Вставай!

Пламя охватывает комнату, дым такой густой, что я шокирован, что вообще нашел его. Падая на пол, я ползу по отслаивающемуся линолеуму, в груди так тесно, что каждый вдох дается с отчаянной борьбой. Я продолжаю двигаться, никогда не останавливаюсь, несмотря на языки пламени, лижущие мою пижаму.

Когда я наконец добираюсь до него, его глаза закрыты, лицо покрыто сажей. Паника поднимается снова, сдавливая мое сердце. — Марко! — Он единственный, кто у меня остался. — Очнись, cazzo! — Я обхватываю его неподвижную фигуру и тащу обратно к входной двери.

Резкий треск эхом отдается над головой, и моими движениями руководит инстинкт. Я наваливаюсь всем телом на брата за мгновение до того, как жгучая боль пронзает мою спину. Беззвучный крик срывается с моих губ, и я погружаюсь в вечную ночь.

Резкий рев клаксона вырывает меня из яркого кошмара, и я резко открываю глаза. Моя грудь тяжело вздымается, пот выступает бисеринками на лбу и скапливается над верхней губой. Черт. Мне уже несколько месяцев не снился такой кошмар. Я думал, что бесконечные годы терапии наконец-то принесли свои плоды.

Призрачные языки пламени пробегают по моей спине, и мой позвоночник выпрямляется. Я снимаю куртку и бросаю ее на пол. Некоторые шрамы никогда не заживут. Несмотря на то, сколько татуировок их покрывает.

Макс останавливает машину, и я смотрю в тонированное окно. Черт, как долго я спал? Башня Джемини возвышается над BMW, затмевая окружающие небоскребы. Делая глубокий вдох, я ищу успокоения. Это здание значит для меня все, бесчисленные годы упорства, символ эпического феникса, восставшего из пепла.

Я рывком открываю заднюю дверь, не дожидаясь, пока Макс выйдет. Я так опаздываю, что мне повезет, если я успею к концу встречи. Врываясь в вестибюль, я проскакиваю мимо стойки администратора и одариваю женщину улыбкой.

—Счастливого понедельника, босс, — кричит она.

—Тебе тоже, Эмбер.

Голова Мелани появляется из-за угла секундой позже, когда я подхожу к лифтам, держа дверь открытой.

—Спасибо, — бормочу я, проскальзывая рядом со своим исполнительным помощником.