Жестокий Король

—Эм, ладно.

Бедняга, должно быть, тоже думает, что я сумасшедшая.

Покачиваясь на одном костыле, я тащу Нико в узкий коридор, ведущий к туалетам, что, кстати, нелегко, потому что я насквозь промокла, у меня вывихнута лодыжка, а мужчина - зверь. Как только мы скрываемся из виду, я прижимаю мафиози к стене и тыкаю пальцем в его смехотворно твердую грудь. — Что, по-твоему, ты делаешь?

—Друг? Я лишь друг, лисенок? — отвечает он, полностью игнорируя мой вопрос. Дикая усмешка кривит его губы. — Потому что не было ничего дружелюбного в звуках, которые я извлек из тебя прошлой ночью, когда ты кончила мне на пальцы.

Воздух вырывается из моих ребер, и я резко выдыхаю. Мой костыль падает на пол с неприятно громким треском. — Что?

Нико цокает языком. — Только не говори мне, что ты не помнишь? — Его руки обхватывают меня за плечи, и он разворачивает нас, так что теперь я прижата к стене.

Я тяжело сглатываю, когти паники впиваются в мою грудь. Нет. Этого не может быть. Это был сон.

Он на дюйм приближается, его теплое дыхание касается моего уха. — Ты была такой мокрой, что намочила свои трусики из-за меня. — Он засовывает указательный палец в рот, и его щеки впадают. — Ммм, я все еще чувствую твой вкус, лисенок. Прямо как сладкие летние вишни.

—О, боже мой, — выдыхаю я. Этого не может быть. Я должна быть оскорблена, нет, я должна арестовать его за нападение. Вместо этого огонь пронзает меня изнутри, когда на поверхность всплывают смутные воспоминания. Мои бедра покачиваются под его ладонью, эти пронзительные голубые глаза прожигают меня насквозь… Сахар! Я хотела его.

Его руки прижимаются к стене, так что я оказываюсь зажатой между двумя мощными, покрытыми татуировками бицепсами. Его тело во всю длину прижато к моему, твердая эрекция упирается мне в живот. — И прежде чем ты запаникуешь, лисенок, будь уверена, я был безупречным джентльменом. — Злая ухмылка озарила его завораживающие радужки. — Ну, почти. Я не мог удержаться, чтобы не трахнуть собственную ладонь, наблюдая, как ты находишь разрядку. Но, по крайней мере, я держал свои руки при себе. В основном.

Боже мой, это был лучший оргазм, который я когда-либо испытывала, и я думала, что это был сон. И он проделал все это через мои трусики?

—Теперь вернемся к текущему делу. — Его нос касается моего, теплое дыхание в нескольких дюймах от моих губ. — Ты меня ослушалась. Я сказал тебе не встречаться с Джеком, и вот ты здесь. Теперь мне придется тебя наказать.

У меня перехватывает дыхание. — Н-наказать?

—Правильно, лисенок.

Неподдельный страх сжимает мою грудную клетку, пока я не начинаю задыхаться. Он, должно быть, замечает смену ложной бравады, потому что жесткая линия его подбородка смягчается.

—Знаешь что? Я передумал. Я буду снисходителен, потому что ты новичок в этой игре, и я позволю Джеку понести наказание от твоего имени.

—Что ты собираешься с ним сделать? — Я визжу.

—Увидишь. — Он, наконец, отпускает меня и делает шаг назад. Все мое тело прогибается вперед от внезапной потери. — А теперь иди попрощайся с Джеком и скажи ему, что ты его больше не увидишь.

Какая-то неведомая сила выпрямляет мою спину, и я пристально смотрю на психа, уперев ладони в бедра. — А если я этого не сделаю?

—Я подарю тебе его член в коробке.

Я резко вдыхаю при виде этого ужасного образа. — Ты бы не…

—Испытай меня. — Нико одаривает меня греховной ухмылкой. — Одним придурком меньше на улицах Манхэттена, и я оказал бы услугу каждой женщине.

—Что это значит?

Его губы кривятся от отвращения. — Тебе действительно следует провести свое исследование, прежде чем соглашаться на свидание с незнакомцем, лисенок. Можно было подумать, что ты усвоила свой урок после Джаспера, но… — Нико качает головой. — К счастью, у тебя есть я. — Он разворачивается на каблуках и марширует к выходу из кафе. Я стою там, оцепенев, ноги приросли к месту.

Матермунд, во что я вляпалась?