Страница 73 из 164
ГЛАВА 36
Просто друзья
Роуз
Я поднимаюсь по каменистой тропинке к дому моего детства, внутри меня бушует смесь эмоций. Яркая красная дверь отвлекает взгляд от выцветшего белого сайдинга и серой соломенной крыши. Дом, несомненно, знавал лучшие дни, как и его обитатели. С тех пор, как умерла мама, я свела свои визиты к минимуму: старый колониальный дом хранит слишком много мрачных воспоминаний. Кроме того, я перестала чувствовать себя как дома после того, как папа снова женился. Не то чтобы мне не нравилась Джанет, просто казалось, что маму заменили слишком рано.
Данте толкает меня локтем в бок, когда я достигаю нижней ступеньки расшатанного старого крыльца. - Я думал, ты хотела навестить их.
Я заставляю себя радостно улыбнуться и качаю головой вверх-вниз. — Я хочу. — Я должна их навестить, так как пропустила Рождество. Я не видела их с лета. И единственная причина, по которой я тогда приехала, была в том, что мой брат Робби приехал в гости из Флориды со своей семьей. Он умолял меня приехать, и я приехала, потому что любила своих племянников. Даже мой старший брат не знал, что случилось с дядей Джоном тем летом почти шесть лет назад. Я поклялась унести это с собой в могилу. Пока однажды я просто не поняла, что больше не могу держать это в себе.
Мне не следовало говорить маме….
Если бы я этого не сделала, она все еще была бы здесь, с нами.
— Роуз. — Я моргаю, и нос Данте оказывается в дюйме от моего. — Что с тобой происходит?
Я качаю головой и подмигиваю ему. — Я просто устала от всего этого секса, — шепчу я, поднимаясь по ступенькам к входной двери.
Его брови хмурятся, как будто он знает, что это полная чушь, но по какой-то причине он молчит. Если кто-то и знает пару вещей о секретах, так это новый король.
— Давай. — Я тянусь к его руке своей свободной рукой и, не особо задумываясь, дотрагиваюсь костяшками пальцев двери. В последнее время держать Данте за руку стало моей второй натурой, и я даже не задумывалась о том, насколько это интимно, особенно когда кажется, что я веду своего парня домой, чтобы познакомить с семьей.
Потрясающе, но он обхватывает мою руку своей большой теплой ладонью, и тут же учащенное сердцебиение замедляется.
Входная дверь со скрипом открывается, и на пороге появляется папа. Несколько прядей серебристых волос падают ему на лоб, но кажется, что он похудел еще больше за последние шесть месяцев, с тех пор как я его не видела.
— Привет, Рози! — Он заключает меня в объятия, и Джанет появляется секундой позже прямо у него за плечом. — С Новым годом!
Затем она обнимает меня, сжимая мои щеки. — Ты выглядишь тощей, Роуз. Ты недостаточно ешь в городе?
— Нет, я в порядке, Джанет, спасибо. — Я высвобождаюсь из ее объятий и указываю на Данте, который все еще держится за другую мою руку. — Эм, пап, Джанет, это мой друг Данте.
Мой друг бросает косой взгляд в мою сторону, как только звучит это слово. Как, черт возьми, я должна была называть его? Мой телохранитель? Мой спаситель? Мой сосед по комнате? Мой приятель по перепихону? Мое все. Предательская мысль вертится у меня на кончике языка.
Он протягивает руку, наклоняя голову. — Данте Валентино.
— Джерри Холлоуэй. — Папа крепко пожимает ему руку.
— Боже, боже, какой же ты красивый! — Джанет окидывает его голодным взглядом.
О, мерзость.
Данте самодовольно улыбается. — Что ж, спасибо, но здесь ты настоящая красавица. — Он берет ее за руку и оставляет поцелуй. Где Данте прятал этого болтливого джентльмена из мафии? Я никогда раньше не видела в нем такой обходительной, утонченной стороны. Эта версия напоминает мне Луку.
— Ну, заходите, заходите. На улице холодно. — Джанет машет нам рукой, и папа следует в нескольких шагах позади меня.
— Я действительно рад, что ты пришла, милая. Мы очень скучали по тебе на Рождество. Без тебя и Робби все было не так.
Я нерешительно улыбаюсь ему через плечо. — Да, извини, просто с новой работой все пошло наперекосяк.
Данте бросает на меня косой взгляд. Отлично, уличенная во лжи семье. Я ни за что не объясню попытку изнасилования, моего преследователя или что-либо еще о моей сгоревшей квартире. Папа настоял бы, чтобы я осталась здесь с ними, и я скорее умру, чем буду терпеть эту пытку.
Джанет ведет нас в гостиную, все мамины личные штрихи давно исчезли. Находиться здесь без нее все еще кажется неправильным. Даже спустя столько лет. Папа как будто стер все воспоминания о ней в тот день, когда она покончила с собой, в тот день, когда она приняла активное решение покинуть нас. Вот что может сделать с кем-то разбитое сердце.
Всего через несколько месяцев после того, как я рассказала ей правду о дяде Джоне.
Иногда чувство вины за то, что ты скрываешь правду от отца, душит. Он винит ее за то, что она выбрала легкий путь, но понятия не имеет, почему она это сделала. Я знаю.
Рука Данте обвивается вокруг моего плеча, и дрожь пробегает по моему позвоночнику. — Ты как лед, милая. Что случилось?
Я одариваю его той фальшивой улыбкой, которую, как мне казалось, я довела до совершенства, но не с Данте, он всегда видит дерьмо насквозь. Вероятно, потому, что ему это так знакомо. — Просто иногда здесь тяжело находиться.
Он кивает, а я разглядываю фотографии папы и Джанет на стенах. День их свадьбы, каникулы на побережье Джерси, семейные поездки во Флориду с Робби, его улыбающейся женой и детьми и, конечно, тонны детей Джанет. Я была только на одной гребаной фотографии. Не то чтобы меня это волновало. Я намеренно избегаю семейного времяпрепровождения, насколько это возможно.
— Садись, садись. — Джанет указывает на новый гарнитур для гостиной. Это яркий цветочный принт, от которого у меня горят глаза от столкновения ослепительных цветов. Я плюхаюсь на диван, так что, по крайней мере, с моей задницей на нем, мне не нужно больше смотреть на это уродство. Данте садится рядом со мной, кладя наши переплетенные руки себе на колени.
Я опять забыла, что он все еще держит меня за руку. Я должна была догадаться, потому что это единственная часть моего тела, которая в данный момент не покрыта льдом.
— Могу я предложить вам двоим что-нибудь выпить? Бокал вина, немного пива, Данте? — Джанет оценивающим взглядом окидывает моего горячего итальянца.
Жесткая линия прорезает его губы. — Нет, я не пью, спасибо.
Его слова задевают за живое, и я хочу отшлепать себя за то, что не поняла этого раньше. Он часто говорит о своей зависимости, но часть меня никогда не улавливала всего смысла. И это правда, за те месяцы, что я знаю вспыльчивого босса мафии, я ни разу не видела, чтобы он выпил хоть каплю алкоголя.
— Два стакана воды было бы здорово, Джанет, — отвечаю я.
— Правда, Роуз? Тебе вина не принести? — Она выгибает брови, как будто это самая странная вещь в мире, а я закоренелый алкоголик. Если подумать, я действительно много пью, когда бываю в гостях. Единственный способ заглушить боль.
— Просто воды, спасибо.
Взгляд отца перемещается на Данте, и слабая улыбка тронула его губы. — Я не знаю этого парня, но он мне уже нравится.
— Папа, — стону я.
— Что? Разве я не могу назвать это так, как я это вижу? — Он опускается в мягкое кресло рядом с нами. Это единственная реликвия, оставшаяся со времен мамы. — Возможно, я больше не часто вижу Рози, но я знаю свою дочь, и она кажется счастливой.
— Мы просто хорошие друзья, — шиплю я.