Безжалостный король

ГЛАВА 21

Грязные танцы

Стелла

Пальцы Луки вцепляются в мои, его хватка почти болезненная, когда он тащит меня на танцпол. На секунду я забываю, что должна играть роль любящей девушки, но резкий рывок быстро напоминает мне, когда он прижимает меня к своей груди. Я врезаюсь в него, моя рука вырывается из его руки, и обе ладони прижимаются к тонкому шелку его костюма.

Его дыхание нервное, неровные рывки вибрируют в грудной клетке.

- Что, черт возьми, не так? - Я шиплю.

- Ничего.

- У тебя только что появилось непреодолимое желание потанцевать со мной? - Я поддразниваю, пытаясь поднять настроение.

- Да, - рычит он. - Ты моя, помнишь? До конца месяца я могу делать с тобой все, что захочу. - Dio, перепады настроения этого человека сводят меня с ума. Он убирает мою руку со своей груди и переплетает свои пальцы с моими, затем его рука крепче сжимает мою талию, заставляя меня прижаться к нему.

Я стискиваю зубы, чтобы сдержать слабый вздох. Он весь на мне. Его запах щекочет мои ноздри, его грудь прижимается к моей, его руки заключают меня в клетку. Реакция моего тела на него неправильной. Возможно, он не единственный, у кого неустойчивое настроение.

Он - все, что я вижу, все, что я чувствую, всепоглощающий. Я едва могу сосредоточиться на ритме музыки, не тогда, когда каждая точка соприкосновения яростно вибрирует между нами. К счастью, он мастерски танцует, еще одно совершенно неожиданное качество босса мафии, и он ведет меня по сверкающему паркету, как марионетку на веревочке.

Глаза Луки прикованы к моим, при каждом повороте, при каждом движении он не отводит взгляд. Жар заполняет крошечное пространство между нашими телами. Гнев, вспыхивающий в этих бездонных глазах, медленно угасает, сменяясь чем-то грубым и гораздо более опасным. Что-то меняется между нами, что-то, чему я слишком боюсь дать название. Потому что то, что я чувствую к этому человеку, ненормально. Никто не должен так относиться к человеку, который держит тебя в плену.

Мелодия продолжается как в тумане, одна песня перетекает в другую и в следующую. Я пленница этого темного взгляда, этой твердой хватки, которая заставляет мою кровь петь. Проходят минуты, а может, и часы. У меня нет представления о времени, кроме этого напряженного момента между нами.

Он прижимается своим лбом к моему, наши губы находятся всего в одном ударе сердца.

- О, принцесса ... - бормочет он, грубость его тона ускоряет мой пульс. Dio, я хочу поцеловать эти губы, попробовать его на вкус всего один раз. Это полный пиздец, и я прекрасно понимаю, что это значит для моего собственного рассудка, но, похоже, я не могу заставить себя волноваться об этом.

Из-за дерьмового шоу, которым была моя жизнь в последние несколько месяцев, мне это нужно. Небольшая разрядка. Кого волнует, что я веду себя безрассудно? Я несла ответственность всю свою жизнь, и сегодня вечером я хочу раствориться в этом мужчине.

Я прижимаюсь ближе и прижимаюсь к нему нижней половиной тела. Его рука сжимается вокруг моей талии, как в тисках, ладонь скользит к изгибу моей задницы. Я чувствую, как он твердеет рядом со мной, и огненный жар разгорается у меня между ног.

- Ты играешь в опасную игру, принцесса, - шепчет он мне на ухо.

Я двигаю бедрами навстречу его эрекции, слишком далеко зайдя, чтобы прислушаться к его совету, и еще одно резкое шипение срывается с его губ. Все остальное вокруг нас исчезает, сливаясь на заднем плане и заглушаясь безумным ревом моего громыхающего сердца.

Dio, я никогда ничего так не хотела.

Мелодия превращается в медленную, страстную, и она ведет нас к плавному переходу. Мы раскачиваемся в изнуряющем ритме, его член трется в опасной близости от моего центра из-за дополнительной высоты, которую позволяют туфли на шпильках. Он облизывает губы, наше горячее дыхание смешивается.

Рука Луки зарывается в волосы у меня на затылке и тянет, обнажая горло. От скрежета его зубов по чувствительной плоти у меня по рукам бегут мурашки. У меня вырывается слабый стон, и на гладко выбритом подбородке появляется злая усмешка.

- Если ты продолжишь издавать подобные звуки, я сойду с ума. - Он проводит руками по моей заднице и обхватывает мягкие изгибы.

Трудно помнить, что мы на публике, когда я бесстыдно прижимаюсь к нему, но когда его сильные руки обнимают меня, я чувствую, что никто не может прикоснуться к нам, как будто мы в нашем собственном пузыре. В Луке есть то качество, та всемогущая аура, с которой никто не может сравниться. Он источает власть и доминирование, и, Dio, это чертовски сексуально.

Я поднимаю подбородок и встречаю этот опустошающий взгляд. - А что, если я этого хочу? - Я выдыхаю.

Он медленно качает головой, на его подбородке появляются жесткие складки. - Моя потеря контроля никому не пойдет на пользу.

Я прижимаюсь грудью к его груди, мои груди вываливаются через верх платья. Он опускает глаза и издает стон. - О, Стелла, что ты со мной делаешь?

- Просто изображаю из себя любящую девушку.

- Ты делаешь все возможное.

Я улыбаюсь. Видя, как спокойный, собранный Лука теряет хладнокровие из-за меня, он делает с моими внутренностями то, что должно быть преступлением. Я прижимаюсь бедрами к его члену, чтобы облегчить жгучую боль. Только это производит противоположный эффект, и я тру сильнее. Его пальцы сжимаются вокруг моей задницы и направляют мои бедра к нему. Между нами многослойная одежда, и все же я почти уверена, что если мы продолжим в том же духе, я кончу прямо здесь, на танцполе.

Тлеющий огонь в глазах Луки говорит о том же.

- Мы должны остановиться, - выдыхаю я.

- Да, мы должны. - Но он этого не делает. Вместо этого он опускает голову и осыпает поцелуями выпуклость моей груди. Он делает паузу, и я едва сдерживаюсь, чтобы снова не прижать его рот к моей горящей плоти. Он проводит пальцем по татуировке в виде сердца, выглядывающей из-под моего платья.

- Что это? - бормочет он.

- Татуировка, - огрызаюсь я. Мои умершие мать и брат - последняя тема, которую я хочу обсуждать прямо сейчас.

Поджимая губы, он опускает палец под неприличный вырез и обводит контур переплетенных сердец. Его глаза встречаются с моими, и что-то нечитаемое мелькает в темной бездне. Я уверена, что он собирается сказать что-нибудь потрясающее, но вместо этого его губы снова находят путь к моей груди.

Он возобновляет свое исследование, и жар, нарастающий внизу, поднимается, заливая мои щеки. Все мысли исчезают, и все, что я могу делать, это чувствовать. Мы посреди переполненного танцпола, на виду у всех. Я должна бы смутиться гораздо больше, чем на самом деле. Но трудно формировать связные мысли, когда теплый язык Луки ласкает меня.

Я хочу, чтобы этот язык был повсюду.

- А, вот и счастливая пара. - Этот голос разбрызгивает лед по огненным углям, бушующим в моей душе.

Лука поднимает взгляд со своего места, уютно устроившегося между моих грудей, темные глаза убийственно устремлены на его брата.

- Данте, - выдавливает он сквозь зубы. - И Кэролайн, какой сюрприз. - Маска хладнокровия возвращается на место, и он отпускает меня. Морозный холодок пробегает по моему телу от внезапной потери.

Блондинка ерзает рядом с Данте, положив руку ему на плечо, но ее взгляд прикован к моему сопровождающему.

- Я и не знал, что вы знали друг друга, - мягко говорит Лука.

Данте обнимает женщину и притягивает ее к себе. - Мы встретились всего несколько недель назад в La Palestra”.