Безжалостный король

ГЛАВА 16

Красотка пошла не по-плану

Стелла

Я чувствую себя чертовски соблазнительной итальянкой Джулией Робертс в "Красотке⁷²", а три продавщицы вьются вокруг меня, как мухи над дерьмом. Они предлагают мне шампанское и клубнику в шоколаде, а мне даже не пришлось трахаться с Лукой.

С которым я совершенно не собираюсь когда-либо спать.

Несмотря на лицо, которое всплывало у меня в голове всю ночь и снова этим утром. Это было только из-за его проклятой рубашки. Она была пропитана его пряным мускусным ароматом, и я проснулась чертовски возбужденной, мой клитор пульсировал от образов его идеального обнаженного тела, запечатлевшемся в моем сознании.

У меня был своего рода период затишья в этом деле. После Бо я на некоторое время зареклась избегать мужчин, а после напряжения, вызванного похищением, мне отчаянно нужна была какая-то разрядка. Это должно быть смертельное сочетание. Другой разумной причины нет.

- Стелла? - Голос Клары отрывает меня от моих безумных размышлений.

- Хм?

- Есть что-нибудь еще, что ты хотела бы примерить?

Я смотрю на гору дизайнерских платьев на стуле, башню из обувных коробок и десятки пакетов для покупок и качаю головой.

- Нет, я думаю, что всего хватает. - На всю оставшуюся жизнь. Я ни за что не надену всю эту дизайнерскую одежду за один месяц, даже если буду менять наряды три раза в день.

Клара вручает продавщице черную карту "АМЕКС", и я снова поражена, когда она выписывает несколько тысяч. Я никогда не видела столько нулей на чеке.

- Боже, Лука действительно миллионер, да? - Бормочу я Магде.

- На самом деле миллиардер.

Святые канноли.

- Самый молодой миллиардер на всем Манхэттене. - Клара сияет, в ее выразительных радужках вспыхивает гордость. - Когда он возглавил King Industries, он утроил ее долю на рынке и вчетверо увеличил прибыль. Его папа был бы так горд.

У меня сжимается в груди при этом слове. Мой собственный отец был отбросом. Что за кусок дерьма продает свою единственную дочь? Я даже не могу начать распаковывать этот багаж. Если бы я позволила себе подумать, по-настоящему подумать об этой ситуации, я бы свернулась в позу эмбриона и просто разревелась.

Вместо этого я уберу всю боль, страх и неуверенность, чтобы разобраться с ними позже. Прямо сейчас главное - выжить.

- Ты действительно прекрасно выглядишь во всех этих платьях, Стелла. - Светлые глаза Магды сверкают.

- Спасибо, - бормочу я.

Я хотела возненавидеть обеих этих женщин, но, проведя с ними весь день, не смогла. Магда милая и застенчивая и никогда не говорит грубого слова, а Клара с ее чрезмерной опекой, как наседка, напоминает мне мою маму.

Я должна была продолжать убеждать себя, что эти две дамы работали на Луку, и они тоже приложили руку к тому, чтобы держать меня в заложниках. Не так сильно, как Марио, который задержался у входа в частную примерочную с пистолетом в кобуре под черным пиджаком, но все же.

После случайной стрельбы на днях он не сводил с меня глаз.

Как только мы загружаем все сумки с покупками, каждый из нас несет по три сумки, а Марио тащит остальные, мы спускаемся на оживленные улицы Пятой авеню. В час пик движение такое, что нам приходится идти пешком через квартал, чтобы встретить Микки в таун-каре у Центрального парка, иначе мы бы застряли на несколько часов в пробке.

- Не могу дождаться, когда увижу тебя в этом синем платье, - говорит Клара, пока мы пробираемся сквозь толпу мужчин и женщин в элегантных деловых костюмах.

- У Луки будет сердечный приступ.

Я давлюсь слюной, пытаясь не рассмеяться. - Я не думаю, что у него есть сердце.

Теплый взгляд Клары становится ледяным, когда она смотрит на меня. - У Луки золотое сердце, ragazzina⁷³. Снаружи он может быть безжалостным бизнесменом, но внутри нет никого лучше. Он не впускает людей, но когда он это делает, ты никогда не найдешь более щедрого человека.”

Неожиданная волна вины захлестывает меня. Этот человек только что потратил на меня около десяти тысяч долларов, почти половину того, что был должен ему мой отец. Зачем ему это делать? В этом нет никакого смысла.

Мои шаги замедляются, поскольку я пытаюсь осознать безумие, в которое превратилась моя жизнь за последние сорок восемь часов, и отстаю от остальных.

Толстое плечо врезается в меня, и я теряю равновесие. Когда я пытаюсь выпрямиться, чья-то рука переплетается с моими пальцами и вырывает одну из сумок с покупками.

- Эй! - Я кричу, когда мужчина тянется к другому пакету.

Марио разворачивается, но двое мужчин с пакетами проскакивают между нами, спеша поймать такси. Я сжимаю пальцы на ручке сумки и проклинаю грабителя. Но, черт возьми, этот засранец силен. Он достает пистолет и тычет стволом мне в живот.

- Отдай мне эти чертовы сумки, - шипит он.

Я замираю, страх парализует кровь, бегущую по моим венам.

Убирая пистолет в карман, он дергает меня вперед, и бумажный пакет рвется. Я делаю выпад, чтобы дотянуться до него, но мои ноги заплетаются, и я лечу по цементу.

Я со стуком падаю на землю, мой лоб ударяется о бетон, и весь воздух выдавливается из моих легких. Грубый цемент впивается мне в щеку, и я издаю негромкий вскрик. Моя красивая одежда разбросана по тротуару, когда вор хватает все, что может, прежде чем броситься в гущу толпы.

Марио бросает оставшиеся пакеты с покупками и мчится за ladrone⁷⁴, но парень уже блокирует его. Клара и Магда бросаются ко мне, освобождая пространство вокруг меня. У меня уже начинает раскалываться голова.

- Ты в порядке? - Магда опускается на колени и протягивает мне руку.

- О, Mado