Подземелье

Слон и Конь вошли и повернули налево. В отличии от женского корпуса, где дополнительные двери покрывали все стены, в этой комнате их было всего две, обе по левую сторону метрах в пяти друг от друга. Ее провожатые остановились у одной из них, и Слон приложил карту. Последовав за парнями, Кристина очутилась в просторной спальне.

В центре стояла двуспальная кровать с оранжевым покрывалом и полудюжиной подушек. Одну стену почти полностью загораживал длинный гардероб, а у другой стоял письменный стол и мягкое кресло. Несколько занавесок и штор того же глубоко оранжевого цвета, ее любимого, делали комнату похожей на номер отеля, но вместо окна, они прикрывали огромное зеркало размером со всю стену. Кристина не понимала, кому могло понадобиться, чтобы в зеркале целиком отражалась вся комната, но из-за всего, что с ней произошло, она разучилась удивляться.

Заметив дверь, — на этот раз обыкновенную, с круглой медной ручкой, — она открыла ее. При одном взгляде на широкую ванну, Кристина почувствовала, как тело зудит от усталости, и уже не могла думать ни о чем другом. Она оглянулась на провожатых. Слон и Конь все еще стояли у входа и внимательно следили за ней.

— Я буду спать здесь? — спросила Кристина.

Она начала понимать, почему парни так странно косились на нее. В самом деле, эта комната по сравнению со спальнями в женском корпусе напоминала королевские хоромы.

— Еду будут приносить три раза в день, — сказал Слон.

Больше ничего не говоря, парни вышли. Оставшись одна, Кристина огляделась в поисках красной кнопки, которая бы открывала дверь изнутри, но так и не нашла ее — с обеих сторон для прохода нужно было прикладывать пропуск. Кристина мрачно обвела взглядом свою новую спальню. Кажется, она поспешила сравнить ее с номером в отеле. Ее новое жилище больше походило на тюремную камеру.

Немного постояв и пораздумав о своем бедственном положении, Кристина направилась в ванную. Набрала воды и застыла в нерешительности. Насколько разумно раздеваться и нежиться в теплой воде в ее ситуации? Походила взад и вперед, она рассудила, что какая бы опасность ей ни грозила, не стоило отказываться от удобств, которые предлагали ее похитители. Тем более, что на свежую голову будет легче придумать план побега.

Кристина нашла на полках стопку махровых полотенец и все необходимые средства гигиены. Она долго пролежала в пенной воде, прокручивая в голове все произошедшее. То и дело Кристина закрывала глаза и резко открывала их. Ей казалось, что этот сон должен закончиться, что она должна проснуться на диване, в панике взглянуть на время и помчаться в университет. Вместо этого она видела роскошную ванную и качала головой. В то, что ее похитили, до сих пор не верилось, но еще труднее было понять, почему с ней обращались хорошо и не угрожали. Разве пленников не привязывают к стульям в подвале? Ее, конечно, заперли, но в какой комнате! Это никак не вписывалось в те знания о похищениях, которые она почерпнула из телевизионных репортажей и книг.

Когда спустя долгое время Кристина все же свыклась с реальностью и, завернувшись в полотенце, вышла из ванной, ее встретили блестевшие в полумраке глаза Чеко. Кристина вскрикнула, крепче прижала полотенце к телу и отступила к стене. Чеко сидел на кровати и, судя по тому, как сверлил взглядом дверь в ванную, ждал ее. Кристина не слышала, как он вошел, не знала, как долго он находился в комнате. Его лицо было хмурым и напряженным. Медленно поднявшись, он почти вплотную подошел к ней. Кристина вжалась в стену, подумав, что рано радовалась хорошему обращению. Сейчас он сделает то, что не оставит сомнений о цели ее похищения.

Кристина почувствовала слабость в ногах, но стена за спиной не давала упасть. Она призвала всю силу воли и сжала кулаки. «Пусть только попробует», — пронеслось у нее в голове.

Но Чеко ничего не пробовал. Он внимательно смотрел на нее, как будто пытался что-то прочесть в ее глазах.

— Кто ты? — сказал он наконец.

Кристина опешила. Страх уступил место злости, и она сильно ткнула ему кулаком в грудь.

— Может, стоило спросить об этом прежде, чем похищать? — процедила она.

Чеко ухмыльнулся и даже не покачнулся от толчка, продолжая сверлить ее взглядом.

— Ларионова Кристина Валерьевна. Я знаю, кто ты. Вопрос в том, чего я не знаю. Давно ты знакома с Королем?

— Прости, но сложно следить за временем, когда тебя запирают в комнате без часов.

Чеко наклонился еще ближе к ее лицу.

— Я спросил, как давно ты с ним знакома.

— Что непонятного? Я этого «Короля» видела сегодня впервые в жизни. Примерно четыре часа назад, раз уж ты настаиваешь. А теперь, не мог бы ты выйти и дать мне одеться?

— Впервые в жизни, значит? И почему тогда он перевел тебя сюда?

— Я откуда знаю?

— Допустим.

Чеко немного отстранился и скрестил руки на груди. Какое-то время он молча изучал ее, потом спросил:

— Что ты знаешь о Шейхе?

— Каком еще шейхе?

Чеко улыбнулся, явно наслаждаясь ее злостью и бессилием.

— Ладно. Где сейчас твой отец? Уж это ты знаешь?

— Не твое дело.

Кристина не сразу поняла, как сильно сжала кулаки. Только почувствовав боль, она разжала их и увидела на ладонях красные следы от ногтей. Чеко с интересом наблюдал за ней. Он снова приблизился и наклонился над ее ухом.

— Тебе не кажется, что ты не в том положении, чтобы грубить?

Его дыхание на ее лице пустило по телу цепь мурашек. Она крепче сжала полотенце и собиралась ответить ему очередной колкостью, но ее остановил звук открывающейся двери. На пороге застыл Король.

— Чеко?

Король нахмурился, оглядев их. Воздух вокруг него стал как будто гуще, на лбу проступили желваки, а глаза стали чернее.

Чеко выпрямился и перевел взгляд с Короля на Кристину и обратно.

— Ничего не хочешь мне объяснить? — сказал он.

Король метнул на него свирепый взгляд.

— Выйди. Потом поговорим.

Чеко оторопел, но вскоре его лицо вновь стало насмешливо-самодовольным.

— Буду надеяться, что ты до этого снизойдешь.

Чеко медленно вышел из комнаты. Король отвернулся и сделал глубокий вдох. Казалось, его очень интересуют шторы, так долго он на них смотрел. Когда он, успокоившись, вновь повернулся, его взгляд сначала изучал потолок и стены вокруг Кристины, но постепенно заскользил по ней и застыл на уровне груди и плеч.

«Проходной двор, а не спальня», — подумала Кристина, поправляя полотенце. Она уже успела порядком пожалеть, что не оделась в ванной. Король будто хотел что-то сказать, но получилось только неуверенное: «Гм». Он все не отрывал от нее взгляда, и Кристину это начало раздражать. Она сложила руки на груди и выжидающе посмотрела на него.

Король отвернулся и снова уставился на шторы.

— Я прошу прощения, — хрипло сказал он.

«Надо же какие мы вежливые», — подумала Кристина, а вслух сказала:

— Если вы не против, я бы хотела одеться.

Король кивнул.

— Конечно. Я как раз…

Он засуетился, подошел к двери и приложил к ней пропуск.

— Стой, я сам, — сказал он кому-то и, ненадолго исчезнув, вернулся с дюжиной больших пакетов.

Сложив их перед Кристиной, он снова взглянул на нее и быстро отвернулся.

— Ты… Вы эээ… не успели ничего с собой взять, вот я и подумал…

Кристина хотела съязвить, что предупреди они ее заранее о похищении, она бы собрала чемодан, но молча застыла, оглядывая пакеты с абсолютно новой одеждой. Их было много. Очень много.