Принцесса издалёка.

Снова мне приснился сон о чудесном крае. Это был тот самый сон, что мучил меня в детстве. Мне тогда едва исполнилось двенадцать лет, так называемый переходный возраст. Тогда почти сразу после дня рождения мне и приснился в первый раз этот чудесный мир. Там небо было необычайной глубины синее, расли чудесные явно ненаши деревья. Среди этих не то клёнов, не то вязов пряталась маленькая часовенка. Тогда в детстве я её приняла за жилой дом и только сейчас ясно разглядела прямое назначение здания, даже не разглядела, а просто почуяла. Мне захотелось заглянуть внутрь часовенки, но тут я проснулась. Всё ещё зевая я протопала в кухню, а там уютно расположилась Янка.

— Есть хочешь? Я картошку пожарила.

— Хочу, — сказала я и незамедлительно принялась накладывать на тарелку. Аппетит проснулся раньше, чем я успела подумать о еде.

— Ну как он тебе? Стоящий пацанёнок?

— Кто, Сашка? Да так ничего, кентавр. Ты за него замуж собралась? — Перебрасывались мы с сестричкой лаконичными фразами. Я не торопясь насыщалась вкуснейшей картошкой по-деревенски, Янка уже чаёвничала с остатками тортика.

— Да пора уже, возраст подпирает, да и парень подходящий, хороший и надёжный. Как ты думаешь, такой родичам понравится?

— Такой понравится, — не задумываясь отозвалась я и тут же поплатилась за торопливость, подавившись кусочком картошки. Прокашлявшись, я уже не была столь разговорчивой. Про недавний сон о чудесном ярком мире почему-то вообще говорить не хотелось. Я не смогла бы подобрать таких слов, чтобы описать странный сон похожий на явь. У нас с Янкой обычно не было секретов друг от друга, но эту крошечную тайну я бы хотела оставить при себе, тем более что между нами с недавних пор и так образовалась незримая пропасть. Сегодня я впервые почувствовала, что Янка — это не я, а другой человек. Раньше мы с Янкой с детства, да что с детства, с самого рождения, думали одинаково, действовали одинаково, дышали в унисон, смотрели в одну сторону. Надо ли говорить, что мы помогали друг другу? И вот всё это подходит к логическому завершению. Судьба разводит нас в разные стороны, ставя свои жёсткие условия. И как же мне было тяжело всё это осознавать.

Вот так бы сидеть рядом с Янкой и ни о чём не думать, не решать никаких проблем, жить бы как раньше и надеяться, что вся жизнь впереди. Не люблю интриг, заговоров и даже сюрпризы не приветствую. Пусть моя жизнь будет скучна и расписана по минутам без неожиданностей, пусть всё будет по плану.

Янка всегда чувствовала моё настроение. Вот и сейчас она поняла, что мне плохо на душе.

— У тебя что-то случилось? Что-то ты сегодня сама не своя, совсем притихла и глаза печальные.

— Это ты, Яночка, так намекаешь, что я не высмеяла твоего Сашку? Так он мне самой понравился, — и глаза у меня при этом признании были предельно честные.

— Ты не шутишь? — в словах Янки сквозило недоверие.

— Какие могут быть шутки! Образованный парень из вполне интеллигентной семьи, правда на вид немного страшненький, скажем не принц. Да он мечта любой девицы на выданье! — попробовала я развеселиться.

— Опять ты хохмишь! А мне с ним так хорошо, — Янка и не думала придуриваться, всё было взаправду.

— Так веди парня к родичам знакомиться и за свадебку! — Преувеличенно радостно провозгласила я.

— Уже собираемся, я уже успела оповестить всех действующих лиц.

— Счастья тебе со своим Сашкой-промокашкой!

— Спасибо, — прошелестела своим чарующим голосом Янка. Остаток своего законного выходного я провалялась в постели, хотелось почитать, фильмики посмотреть, да и вообще настроение было хреновое, совсем упадническое. Янка собиралась замуж, а я разрабатывала план её убийства. Очаровательная интрига. Я так и уснула у включённого телевизора с кинокомедией. И комедия считалась очень уморительной, вот только мне было не до смеха. Проснулась я ровно в полночь, посмотрела на часы и удивилась, что могло меня поднять посреди ночи. А это что-то шумно скреблось в углу. Мыши? У нас завелись мыши? Я подавила вопль ужаса и брезгливости и перебежками добралась до выключателя на стене. Щёлкнула торопливо пластмассовой кнопкой, и вспыхнула яркой иллюминацией старая трёхрожковая люстра. Я без умысла посмотрела в угол, туда где скреблись. И обалдела. Там в самом углу два маленьких существа в испуге жались друг к другу. И это были гномы! Классического вида гномики сантиметров пятнадцати ростику с глазами-бусинками, в добавок они писклявыми голосами стали умолять о пощаде. Их забавные колпаки на головах и красные курточки выглядели совсем, как в знаменитых мультиках. Надо же! А я в их существование даже не верила. Что они там пищали? Надо ответить, а-то невежливо получится.

— Я вас не трону! Слово даю! Не шумите, дайте мне поспать, пожалуйста. У меня день тяжёлый был.

Гномы сняли колпаки, вежливо поклонились в пояс и шустренько нырнули под мою кровать. Дела!

Меня заколотило нервной дрожью от прилива порции адреналина, сон как рукой сняло. Я отправилась в кухню пить чай. Ну надо же как-то отвлечься! Залила воду в чайник, машинально включила и села в полной растерянности на табуретку. В незашторенное окно проникал свет уличного фонаря. На бульканье чайника заглянула Янка и походя щёлкнула выключателем. Я недовольно зажмурилась.

— Ты чего в темноте сидишь?

— Не знаю. наверное, так думается лучше. А ты чего не спишь? Ночь на дворе.

— Насмотрелась ужастиков, теперь в каждом углу по маньяку с тесаком мерещится, — Янка сонно хлопала длинными ресницами. Даже сейчас в старой пижамке она шикарно выглядела, её точёную фигурку не возможно было скрыть ни под какой одёжкой. Реально, ей надо было идти в артистки, а она в медучилище попёрлась. Хотя и медсестра из неё неплохая получилась. Разговаривать не хотелось, мы почаёвничали и разбрелись по комнатам досыпать.