Страница 7 из 12
Глава 3. Царь и код
Пролог. Морозный транзит
Трасса М-7, Пермский край. 3 января 2016. –25°C.
Фура, поднимаясь в горку, буксовала в снежной каше, перемалывая грязно-белую массу колесами. Каждые пять метров глубже в колею — очередная попытка пробиться сквозь метель. Фары выхватывали из темноты дорожные знаки, покрытые инеем, словно сахарной глазурью. В кабине Николай, бывший программист из Нижнего Новгорода, крутил руль, слушая треск радио:
— «ЦБ РФ ограничивает валютные операции. Курс доллара — 78 рублей...»
— Да ну вас в баню, — проворчал он, хлебнув Турбочая из походной кружки с пингвином — сувенира сына. На этикетке концентрата, разведенного в кипятке, мелким шрифтом красовалось: «Содержит open-source компоненты».
Он не знал, что три месяца назад на складе на Васильевском острове партия энергетика была модифицирована. Артём Петров, скрывавшийся под именем Марко Синисало, встроил в напиток нанороботов, работавших на ядре ALT Linux v2.7.19 — той самой версии, что он разрабатывал в токийском парке Уэно, спасаясь от клана Ватанабэ. Каждый глоток запускал в организме майнинг биткоинов, словно вирус свободы в мире, где даже крипту пытались контролировать.
Спустя 800 км, в пермском отеле «Урал», партия этого Турбочая попала в руки человека, мечтавшего о славе «криптокороля», но ставшего заложником кода.
Часть 1. Киркоров: невольный майнер
Пермь. Отель «Урал». Люкс «Царский». 5 января. 23:00.
Номер отеля дышал показной роскошью: хрустальные люстры с потускневшими подвесками, ковры со сценами охоты на оленей, вытканными в стиле соцреализма, мини-бар с водкой «Белуга» и банками Турбочая, купленными оптом на Апрашке. Филипп Киркоров, в халате с вышивкой «Царь» и махровых тапках с монограммами, развалился на кровати под портретом Ивана Грозного. На столе — ноутбук с клипом «КриптоКоролева» (987 просмотров, 15 дислайков), пустые бутылки шампанского и банка из-под чёрной икры, набитая окурками «Мальборо».
— Ну почему они не понимают гения? — вздохнул он, потягивая Турбочай. На вкус он напоминал жжёную пластмассу с лимонным сиропом, но Киркоров пил его уже третью неделю — после того, как менеджер сказал, что это «тренд молодых».
Внезапно экран ноутбука погас. Тишину разрезал треск перегоревшей лампы.
— Электрики-недотёпы… — заворчал он, но замолчал, увидев, как экран вспыхнул зелёным текстом, будто терминал из фильмов про хакеров:
plaintext
Copy
[ALT-Linux Kernel v2.7.19] Активация... [Сканирование биометрических данных... Успешно.] [BTC Transaction] 50 BTC → кошелёк 1HesYJSP1QqcyPEjnq9rzREW4dPGg2gYqg
— Что за цирк?! — Киркоров дёрнул шнур питания, но транзакция завершилась с надписью «Спасибо за использование ALT!». В животе заурчало — нанороботы, как крошечные шахтёры, перерабатывали его адреналин в хэши.
Флешбек:
Токио. Парк Уэно. Апрель 2009.
Артём, прячась от клана Ватанабэ, вшивал в код биткоина алгоритмы из ALT Linux. Его пальцы дрожали от холода, а на экране мерцало предупреждение: «Обнаружено подключение к сети клана Ватанабэ». «Если не люди, то хотя бы код будет честным», — думал он, попивая дешёвый Boss Coffee. Ветер срывал лепестки сакуры на клавиатуру, словно природа одобряла его бунт.
Киркоров, не зная этого, потянулся за очередной банкой. На дне этикетки мелким шрифтом красовалось: «Совместимо с ALT-Linux v2.7.19».
Часть 2. Якудза на снегу
Санкт-Петербург. Васильевский остров. 7 января. –20°C.
Акира Судзуки, хакер клана Ватанабэ, сидел в «Ладе-Калине», припаркованной у облупленной типографии с вывеской «Печать за 5 минут». Его пальцы, украшенные татуировкой «七転び八起き» (семь падений, восемь подъёмов), стучали по клавиатуре. На экране светились данные:
plaintext
Copy
Лог: 50 BTC от «Царь_Крипто» → Хельсинки. След: Модификация ALT-Linux v2.7.19 (2009).
— Кисо яроу! — Акира выругался, сжимая кулак. Шрам на шее, оставленный семь лет назад при взломе серверов клана русскими хакерами из «Красного Кода», багровел. Татуировка под ним — карп (кои), извивающийся в волнах, — была символом упорства, но в Японии такие иредзуми закрывали двери в общественные бани, а здесь, в России, их принимали за «андеграундное искусство».
Звонок боссу прозвучал как удар катаны:
— Кенджи-сан, код Петрова в России. Модификация ALT-Linux…
— «Царь» — каги да, — голос в трубке хрипел, будто пересыпал гравий. — Найди их. Если сопротивляется — кицуке-сэй.
В тот момент «ключ» летел в Екатеринбург, не подозревая, что его печень, перегруженная майнингом, уже светилась в логах клана как новогодняя гирлянда.
Часть 3. Погоня за призраком
Самолёт Airbus A320. 10 января. 10:30.
Салон бизнес-класса пах кофе и тревогой. Киркоров, в очках Prada и с маской для сна «Dolce & Gabbana», ковырял салат «Цезарь», украшенный крошкой золотой фольги — подарком фанатки. Рядом девушка с ноутбуком Apple (наклейка «#КрымНаш») писала статью: «Биткоин — мыльный пузырь санкций».
Стюардесса Алина В., высокая брюнетка с безупречным пучком волос и биркой «Алина» на груди, приблизилась с подносом. Её взгляд, острый как скальпель, заметил дрожь в руках Киркорова.
— Кофе, чай, или... энергетик? — её голос звучал сладко, но глаза сканировали его, как детектор лжи.
— Нет, я… — Киркоров попытался улыбнуться, но дёрнулся от спазма в боку. Пустая банка Турбочая упала на пол, закатившись под кресло.
— Вам помочь? — она наклонилась, будто подбирая банку, но разглядывая этикетку. — «Содержит open-source компоненты». Интересно…
Девушка у окна, воспользовавшись паузой, щёлкнула селфи:
— Вы не Киркоров? Мой парень фанатеет от вашего «Снежного»!
— О, спасибо! — он натянуто засмеялся, чувствуя, как нанороботы в желудке копошатся активнее. — А вы… в крипту верите?
— Только в рубли. И в то, что Путин поднимет экономику.
Алина В. вернулась с одеялом:
— Вам явно нездоровится. Может, врач?
— Нет! — он вскрикнул. — Просто… аллергия.
Через час, когда у Киркорова начались конвульсии, именно Алина первая нажала тревожную кнопку. Её пальцы, привыкшие к протоколам ЧП, уже набирали сообщение в Telegram: «Рейс SU-145. Пассажир 2A. Турбочай + ALT Linux.»
Часть 4. Перехват
Екатеринбург. Гостиница «Хаятт». Номер 1408. 11 января. 02:00.
Номер напоминал последствия цифрового шторма: пустые банки Турбочая с логотипом ALT Linux валялись среди нотных листов с заголовком «КриптоКоролева». На стене криво висел постер с Киркоровым в костюме из светодиодов — «Верьте в цифру!» — с автографом, похожим на криптографический шифр. В углу дымился ноутбук, на экране которого застыло окно терминала:
plaintext
Copy
[ALT-Linux Kernel v2.7.19] Все транзакции завершены.
Акира, в чёрном кожаном пальто (под ним — татуировка демона Ханья, нанесённая после провала в Осаке), приставил танто к горлу певца:
— Где каги? Приватный ключ… Или твоя печень станет сувениром для Кенджи-сана.
— Я… это всё Турбочай! — Киркоров обмочился, маникюр с позолотой царапая воздух рисовал затейлевые иероглифы непонятные даже олдскульным японским ниндзя.