Страница 209 из 212
- Лёвка сам приглашает меня, для разговора, - выдал я решительно, чтобы не ходить вокруг да около.
- Сашка, не ходи! – сразу сказала Ленка. – Ему уже терять нечего! Ткнёт тебя заточкой в печень, и всё!
- Зачем это ему? – округлил я глаза.
- Как зачем? – тоже сделала большие глаза сестрёнка. – Добить!
Я фыркнул, после чего подивился необычайной сдержанности Ленки, у которой зачесались руки, самой добить меня, и она зажала ладошки между ног, чтобы не врезать мне подзатыльник.
- А ты думаешь, он исповедоваться будет? Извиняться за неудобства? – язвительно спросила Лена.
- Что-то типа того я ожидаю, - пожал я плечами, - Лёвкину версию нападения. Тебе неинтересно?
- Интересно, конечно, только и так всё ясно, - покачала головой сестра, - зачем тебе рисковать? Мало получил? А если он на самом деле попытается тебя убить?
- Ты ему потом жестоко отомстишь, - попытался я пошутить, но неудачно.
- Дурак ты, Сашка! – чуть не со слезами сказала Ленка и ушла на кухню. Пришлось догонять и снова убеждать.
- Лен, ну что, я трус какой-то, что ли? Это же интернат, наверняка их обыскивают…
- В том-то и дело, что интернат! – воскликнула Ленка. – Там одни бандиты!
- Или брошенные дети, - вставил я.
- Если тебя бросить, ты будешь добрым? – спросила девочка. – Или обозлишься? – я замолк. Меня уже бросили, и я злобу затаил, на того же благодетеля Ивана. Он никак не мог понять, почему я его ненавижу, хотя пытался ему объяснить, что Нина моя жена, хоть и будущая. То, что настоящая, объяснить невозможно, в 12 лет.
- Нет, не буду, - выдавил я из себя.
- Вот видишь, там все обозлённые дети, а вы с Сашенькой приедете, такие ухоженные, благополучные детки! Помнишь, ты сам рассказывал, как тебя ненавидели, обзывая мажориком, и били ногами? – я кивнул, на самом деле, за это тоже ненавидели. Не пойму, это зависть или классовая ненависть? Хотя, понятно, второе рождается из первого.
- Всё равно поеду, - упрямо мотнул я головой, - опять труса праздновать? Никогда не убегал от драки, хоть и получал всегда по зубам… Ты же не выдашь меня родителям?
- Не выдам, - ответила Ленка, - поеду с вами.
- Зачем? – поморщился я. – Мы с Сашенькой выясним наконец, наши отношения, а то, как-то всё в непонятках, в подвешенном состоянии.
- Насчёт этого я согласна, Сашка ещё та штучка. Когда с Лёвкой ходила, только о тебе говорила, теперь о Лёвке скучает. – Помолчала, вздохнула. – Всё равно боюсь тебя отпускать, - её глаза увлажнились, - как вспомню, каким тебя нашли…, - пришлось обнять сестрёнку, успокоить, уверяя, что больше не позволю себя убить, только ей разрешаю.
- Да ну тебя, Сашка! – оттолкнула Ленка меня от себя. – Правильно говорят, только от задницы отлегло у пацана, и снова приключений на неё ищет!
- Лена, успокойся! Лёвка не такой плохой мальчик, как ты о нём думаешь! Мне кажется, братья его любили и хотели вырастить из него музыканта, а не преступника. Поэтому он хочет просто снять камень с души, извиниться.
- Да езжай ты, куда хочешь! – отвернулась Лена к мойке, стала перемывать посуду, тихо всхлипывая. Я обнял её сзади:
- Лена, я понимаю твои чувства, но мы ведь уже на самом деле брат и сестра, хоть и сводные. Нам не разрешат…
- Какая разница? – замерла Ленка. – Всё равно я люблю тебя. Думаешь, мне легко?
- А как же Генка? – напомнил я.
- А как же Сашенька? – парировала сестра. – Тем более, Генка меня по-настоящему любит! А Сашеньке твоей только кажется, она сама не знает, кого любит! – я согласился с Ленкой, Сашенька в поиске, ей не только я интересен.
- Лен…
- Я же сказала, поезжай, - вытерла глаза сестра, - хорошо хоть, предупредил, где тебя искать.
- Опять начинаешь! – вздохнул я, уже ехать никуда не хотелось, но уже пообещал, и Сашу не хочется одну отпускать к Лёвке.
- Иди, уроки делай, а то сегодня в двух соснах запутался. Всё о Сашке думаешь? – я поскорее убежал в нашу комнату, на самом деле надо подтянуть ботанику.
Вечером пришла мама, Иван задержался на улице, паркуя машину, и мама первым делом, только сняв верхнюю одежду и разувшись, поспешила ко мне в комнату, обнять и поцеловать, справиться о здоровье.
Увидев мою смущённую и радостную улыбку, которая сама появилась на лице, снова расцеловала всего, непритворно вздохнула, расставаясь, и, погладив по голове, вышла.
Иногда мне кажется, что скучает по мне, как по мужу, не в плане секса даже, а как о любимом друге, с которым можно вечерами тихо помолчать, чувствуя любовь своей половинки. Мне кажется, с Иваном спустя год или раньше, пылкая влюблённость пройдёт, а притереться не успеют, если, конечно, не захотят родить совместного ребёнка. Да и после этого нужно немалое терпение, вынести все капризы жены до родов и вырастить ребёнка после. Тогда Нина обратит внимание на меня, вспомнив, каким я был нежным в этот непростой период.
Эти мысли галопом пронеслись в моей очень юной голове, отложил учебники и закрыл глаза, задумавшись о завтрашнем дне.
Вечером у нас уже сложился ритуал, когда я первый укладываюсь спать, а потом приходит Ленка и ложится со своего края, под своё одеяло. Кровать довольно широкая, Я даже не могу до соседки рукой достать, только если подкатиться. Пробовал как-то, Ленка прошипела, что попросит папу, между нами, сетку натянуть или доску прибить. Я в очередной раз обиделся и покатился на свой край, постанывая от боли в боках.
Но сегодня, только я лёг и собрался помечтать о Сашеньке, как пришла Ленка, быстро разделась и легла.
- Сашка! – позвала она меня. – Если завтра не поедешь, после уроков сразу домой придём, и…
- А почему бы не сейчас? – прошептал я, потому что мой приборчик вскочил, ещё не дослушав предложения.
- Не могу! – тоже шёпотом ответила девчонка. – Я папе слово дала! – и меня тут же пробило, как током: вот дурак! Где-то стоит камера! Потому и разрешили спать в одной комнате! Стоит нам начать миловаться, сразу проколемся! Даже подумать страшно, что будет!
Конечно, если бы Ленка хотела, сводила бы меня в мою квартиру, хотя я уже не уверен, что там тоже не стоит камера, а то и две!
Что тогда хочет предложить Ленка? Родительскую спальню?
- Нет, Лен, - сказал я, - съезжу в Находку, выясню, как это всё случилось, потом съеду от вас.
- Куда? – опешила Ленка.
- В свою квартиру, - пожал я плечами.
- Почему? Что я тебе сделала? Выхаживала, выхаживала, а ты…, - Ленка не выдержала, заплакала, я опять почувствовал себя неблагодарной скотиной. Отказала? Всё тогда, не люблю тебя!
- Лена, мне пытка быть рядом с тобой, не могу уснуть.
- Думаешь, мне легко? – сквозь слёзы ответила девочка. – Ты просто эгоист и сволочь, можешь убираться, куда хочешь! Хоть сейчас иди! – бросила в меня подушку. Слов у меня для оправдания не было, отвернулся и замолчал.
На самом деле, как только стал выздоравливать, опять проснулись инстинкты, захотелось жену, которая теперь спит с Иваном и недоступна, а рядом лежит почти голая молодая здоровая девчонка, с которой у меня уже было, и которая постоянно отказывает, а гормоны меня сводят с ума! То есть, тело говорит: они твои! Иди и возьми их!
А разум отвечает, что уже всё, чужие. Нина уже не жена тебе, а мама, Ленка не подружка, а сестра. К тому же несправедливо обиженная. Успокоить даже не могу, нельзя обнять, а слов не нахожу.
Вернув сестре подушку, поворочался и уснул, сам удивился потом, как быстро отключился.
Утром никто меня не будил, сам проснулся, на часах было ещё около семи. Ленка уже встала, наверно, на кухне завтрак готовит.