Страница 207 из 215
- Какой ты хорошенький! – поцеловала меня сестра. Я вздохнул:
- Обманываешь ты всё…
- Ты, Сашка, какой-то озабоченный малыш! – возмутилась Ленка. – Не рано тебе ещё с девчонками этим заниматься? – я похлопал глазами.
- Что? Тебе всего двенадцать лет! Пятиклассник, если быть честным! Не рановато?!
- А с кем мне заниматься, если не с девочками? – удивился я. – С мальчиками? Тихо самому с собою? – Ленка обалдела, не зная, что ответить на такой пассаж.
- Ты… Ты… А зачем тебе это надо? – я чуть не подавился кашей, тоже не знал, что ответить. На самом деле, в моём возрасте только просыпается сексуальный интерес, порнографические фото вызывают рвотный рефлекс, а я могу куни, причём, с удовольствием, и прочее для меня не секрет. Как объяснить девочке?
- Лена, у нас же было уже, - тихо сказал я, - неужели тебе не понравилось?
- Удовольствие сомнительное, - хмыкнула Ленка, дразня меня, - тем более, где живёшь…
- Ясно. Прости, больше не буду. Спасибо, было очень вкусно, - отодвинул я тарелку с остатками каши, осторожно встал и медленно пошёл в нашу с Ленкой комнату.
- Стой! Ты куда пошёл? – услышал я в спину.
- Уроки учить, - не знаю, почему я психанул, кто она мне? Должна, что ли, или жена? Жена есть, придёт с работы, вот ей и предъявляй претензии!
Ага, предъявляй. Сначала погаси долги перед Иваном. Оплатил мне лечение в Находке, теперь здесь снял вип-палату, тоже немало стоит. Хорошо, сиделка не понадобилась, Нина и Ленка заботились, ночей не спали.
Сев за стол, достал учебники и тетрадки, всегда таким образом отвлекался от проблем, в отличие от прежнего детства, когда мелкие проблемы отвлекали от учёбы.
- Сашка! – пришла злая Ленка. – Ты почему такой противный?!
- Не знаю, Лен, извини, ты права, - ответил я, честно глядя сестре в глаза, - сейчас подумал и решил, что я просто неблагодарная скотина.
- Сашка, нет, ты не так понял, просто…, - сбилась с мысли девчонка.
- Лен, я уроки буду делать. Если хочешь пошептаться, давай, вечером?
- Да, Сань, вечером поговорим, пойду, на кухне приберусь, - и моя старшая сестра убежала, наверно, обдумывать вечерний разговор.
Сделав уроки, зашёл на кухню, где всё ещё занималась Ленка, готовила ужин для старших. Наконец-то ей доверили плиту и духовку, пока Нина занималась мною в больнице, а отцу, как всегда, было некогда, поневоле пришлось доверить. Мы с ней переписывались, когда я уже мог владеть руками, написал ей несколько простых рецептов, и сейчас она запекала отбивное мясо с картошкой. Сглотнув обильную слюну, спросил:
- Лен, я посмотрю телевизор? – в голове прыгали мысли о собственной квартире, за которую я, между прочим, сам плачу! Приходили уже предложения сдать её на зиму, но я всё откладывал. Вот если меня увезут в город, другое дело, а пока всё ещё хочу прикрыть тылы.
- Уже все уроки сделал? – не поверила сестра, я кивнул утвердительно.
- Мог бы и меня подождать, - проворчала она, но, взглянув на духовку, решила перенести учебники на кухню.
- Ладно, иди, смотри. Кушать хочешь? – я опять кивнул, и Ленка налила мне соку и вручила мягкую булочку, - Бери, точи зубки. – Я с удовольствием принял поллитровую кружку и булочку, пошёл посмотреть, что там дают, по телевизору. Каналов много, только смотреть нечего. Мультики, что ли посмотреть…
Нашёл какое-то кино, боевик, стал смотреть с середины, потягивая абрикосовый сок и разрабатывая челюсть булочкой. Увлёкся, даже не заметил, как пришла мама. О чём-то поговорила с Ленкой и зашла в зал.
Села рядом со мной, обняла, стала целовать, радуя меня лаской.
- Милый мой, любимый сыночек! – шептала она. – Прости меня, пожалуйста! Но ты же сам понимаешь, у нас теперь нет выхода! – Нина всегда заходила ко мне вечером, я видел, как её любовь ко мне всё больше становится материнской, более тёплой, чем когда была женой, особенно после моей «болезни». Только раньше не заводила речи, что наша близость теперь невозможна.
Выход из создавшегося положения у нас всегда есть, только она сама не хотела такого, любит она Ивана, ясно же. Простила ему всё, что он наделал, и дальше будет прощать всё, кроме измены.
Поэтому тоже не будет ему изменять, даже со мной.
- Мальчик мой! – прижимает меня Нина к себе. – Ты же не будешь обижаться на маму? Сам понимаешь, одному тебе не прожить.
- Понимаю, мама, - с лёгкостью называю жену мамой, давно так называю, лет сорок, она же мама, хотя в последнее время была бабушкой, - меня всё же мучает вопрос, что мы скажем детям? – решил увести разговор от больной темы.
- А что мы можем им сказать? – вздыхает Нина. – Ты бы поверил? Даже если им всё рассказать, что знаем о них, с рождения, не поверят, спросят, где их родители, которые нам всё это рассказали.
- Лучше бы они о нас забыли, - пробормотал я, опустив голову. Даже если поверят, нужен я им? Одной дочки за глаза хватает, а тут ещё один нарисуется. Может, пенсию пока буду получать, прокормлю себя, но квартира там всё равно маленькая, позволят мне с дочкой в одной комнате жить? Да и жену свою люблю, как ни странно, не хочу терять, может, они всё-таки разругаются, разбегутся?
Но мама не ведётся на мой ход. То, что она скажет взрослым детям, она подумает завтра, а сегодня она настроилась на тяжёлый разговор со мной.
- Саша, малыш! – снова начала она меня убеждать. – Ты ещё мальчик, найдёшь себе девочку! – Опа! Она что, считает, что у нас с Сашенькой всё уже кончено?
- Мы с тобой прожили одну жизнь, неужели ты не хочешь вторую прожить по-иному?
- Хочу… Только я тебя люблю…, - зарылся маме под руку, пряча мокрые глаза. Ничего с собой поделать не могу, люблю свою жену, и желание осталось, тем более, юный организм очень отзывчив, нервные окончания очень чуткие, наслаждение через край. Был бы я обычным мальчиком, без прошлой памяти, всё пошло бы своим чередом, а теперь, в который раз доказываю, почему извожусь без близости, и меня никто не понимает. Конечно, ей хорошо, у неё есть мужик, а мною опять пренебрегают. Да ещё положили на одну кровать с девочкой, запрещая к ней приставать. Приучают укрощать свою плоть? Странное решение «родителей», или это по просьбе Ленки? Тогда понятно, она, наверное, слово дала, что будет со мной обращаться, как с младшим братиком.
Тогда я обречён на воздержание, обложили со всех сторон, а девочку «найдёшь потом». Я на самом деле своих теперешних ровесниц принимаю за детей, могу их только целовать, исключение только Ленка, и то, только потому что она сама меня решила исследовать и провести эксперимент, а кто я такой, чтобы ей сопротивляться? Она намного сильнее меня, гимнастка!
И то, что мне показалось, что сплю с женой, правда, я только в процессе понял, что что-то не так.
- Саша, не плачь, всё будет хорошо! – вздыхала жена, наверное, уже бывшая, гладя меня по голове и плечам, вернее, острым костлявым плечикам. Обычно немногословная, Нина целую речь выдала. Если рассуждать с холодной головой, то она права, конечно, разница в возрасте у нас существенная, особенно сейчас. Потом, Иван довольно красив, решителен и богат, во Владивостоке нас ждёт неплохая жизнь в большой квартире, у каждого будет отдельная комната, для Нины хорошая работа, для меня учёба в престижной школе, а потом в университете, по собственному выбору специальности. О чём ещё можно мечтать? О возможности ездить за рулём? Но я не был фанатом машин, только как необходимость и привычка, а так, с удовольствием покатаюсь на пассажирском сиденье, даже в детском кресле согласен, уже сидел.
- Ну, договорились? – тихо спрашивает Нина меня, наклоняясь к самому моему уху, потому что в дверном проёме уже мелькает силуэт «папы». Я киваю: