Страница 63 из 81
Среди гостей она быстро приметила отца. Данияр, не отрываясь, смотрел на неё с момента появления в зале.
Год назад она бы со стыда на месте сгорела, но сейчас уже было откровенно плевать.
Булат отбросил кубок и заливал в себя мёд сразу чарками. Он быстро веселел, пытаясь обогнать огонь, выжигающий алкоголь из крови.
— Станцуй для меня, — наклонился к девушке, сидящей на деревянном помосте.
— Прошу простить, не обучена, — вроде более-менее складные слова, но звучали, как издёвка.
— А для нас? Для нас обоих станцуешь? — обхватив пальцами челюсть, Булат повернул лицо девушки к себе. В карих глазах разметались блестящие молнии.
Это ещё красивее улыбки.
Руслана отбросила его руку и встала в полный рост. Место его прикосновения неприятно припекало, напоминая о проклятье.
Царь трижды хлопнул в ладоши и оркестр затих, а вслед за ним остановились и остальные. Все ожидали слова правителя.
— Моя Руслана решила развлечь нас танцем!
Люди расступились, освобождая проход.
Девушка ещё раз из-за плеча бросила гневный взгляд и, высоко подняв голову, пошла вперёд, к оркестру.
— Начинайте по команде, — сказала она, выбрав мелодию.
Руслана ещё раз оглядела большой зал и отошла на пару шагов, чтобы встать на свободную лавку рядом с музыкантами.
Лучше места не найти. Форма стен и потолка будет отражать звук и разносить по всей комнате.
— Ал, помнишь, я говорила, что спою для тебя, когда сядешь на трон? — она грустно улыбнулась, потупив глаза. — Прости, не нужно было тянуть так долго. По правде сказать, я надеялась, что этого никогда не случится… Может, если бы я не требовала доказательств твоей любви, мы бы и не оказались на том озере, и всё бы как-то само собой обошлось… Но что уж теперь?.. Теперь слушай. — Она медленно выдохнула, чтобы успокоиться, смахнула одинокую слезу и кивнула музыкантам.
Колёсная лира издала гладкий монотонный звук с гнусавым оттенком. Вместе с переливами многоствольной флейты к мелодии присоединилась Руслана.
Песня была слишком грустной для бурного вечера. Мира сочинила её вскоре после рождения Русланы и пела редко, в основном, когда бывала одна.
'Где взять сизые крылья,
Чтобы в небо из омута выйти…'
Гости и артисты затихли.
Как острые стрелы знакомые слова вонзались в сердце её глупого отца. Отказаться от родной дочери, дважды бросить. Так он отплатил любимой за все те годы, что она жила для него.
Несмотря на то, что происхождение Алоиса теперь было доказано самим небом, Данияр продолжал презирать его всей душой. Паршивец, без стыда, при всех унижает его малютку, а она, несмышлёная дурочка, поёт о своих чувствах.
Руслана дождалась последнего аккорда и, глядя прямо в чёрные глаза человека на троне, сказала:
— Ал, я люблю тебя… а тебя — я скоро убью.
Спрыгнув с лавки, она поклонилась замершим зрителям. Вычурно и быстро. Рукой от плеча размашистым полукругом к полу. Потом без спроса направилась к выходу.
Зал снова стали наполнять звуки.
Руслана проходила мимо стражи, держащей двери, когда Булат, наконец, опомнился. До этого он сидел не шелохнувшись.
Подмахнув Елисею, он повернулся к гостям:
— Чего ждëте? Похорон?
Музыканты и скоморохи вернулись к делу.
Булат поднял чарку и сделал глоток. На щеках чувствовалась неприятная прохлада. Он провёл ладонью. Влага. Солëная.
За две жизни с ним такое не случалось ни разу.
Елисей шёл по коридору злыми размашистыми шагами, за руку таща за собой Руслану.
— Ты что творишь? Совсем мозгов нет? — он закинул девушку в спальню, как мешок с яблоками.
— Ха! Тебе какое дело? Иди и дальше пресмыкайся перед новым хозяином, а меня не трожь, — с презрением бросила она.
— Веди себя тихо и не высовывайся! Неужели так сложно?
— Угадал! Я не могу. Не могу просто смотреть на него. И не понимаю, как ты можешь!
Ответ на это был, но сказал Елисей иное:
— Не нарывайся, и с Алоисом всё будет нормально.
— Нормально? Им управляет болотная нечисть!
— Он не нечисть. И от него не избавиться, как от простой нечисти. Так что сиди смирно, не беси его.
— Он ничего мне не сделает. Хотел бы, давно бы убил.
— В твоём положении нельзя думать только о себе.
Внутри всё сжалось. Он не может знать.
— Что ты имеешь… — почти произнесла она, но Елисей шикнул, приложив палец к губам, и обернулся к двери.
Кто-то быстро приближался.
С ноги в спальню зашёл царь.
— Ваше Величество, — по взгляду наëмник понял, что лучше убраться и сразу же это сделал.
Руслана попыталась сыграть в высокомерие, но смелый порыв, как рукой сняло, когда они остались наедине.
Булату было всё равно, что она там изображает. Он наступал, заставляя девушку пятиться, пока за спиной не выросла стена.
— Может, отрезать ей язык? — он стоял так близко, что их дыхания смешалось.
Два сердца, перебивая друг друга, стучали, как ненормальные.
Опустив взгляд на её губы, он понял, чего желает на самом деле. Пальцы потянулись к бледной щеке.
Руслана не далась. Она вырвала кинжал из ножен на его поясе и уткнула остриë в отливающий золотом кафтан.
— Только попробуй, — прошипела девушка, направив клинок под левое ребро по направлению к сердцу.
— Да? А если так? — с усмешкой он резко прильнул к её губам.
Вслед за острой болью от Восточной Верности она вонзила кинжал в плоть. Рука залилась тëплым потоком. Но боль на губах отступила в ту же секунду. Поцелуй его, напротив, принёс облегчение, забрав остатки обжигающего проклятия.
Он оторвался и растерянно посмотрел на девушку. Это были его глаза. Его настоящего.
33 Бабочка
— Ал… Нет, что я наделала… — от испуга она выдернула лезвие, тем самым раскроив рану ещё сильнее.
Крепко зажмурившись, он откашлял кровь. Ноги подкосились.
Руслана подхватила его под руку и потянула к кровати.
— Я позову кого-нибудь, — она опустила его на ложе, прижав к ране скомканное покрывало.
— Нет… Здесь, — царь расстегнул верхние петли кафтана.
Девушка запустила руку во внутренний карман и достала склянку с мерцающей жидкостью.
— Мëртвая вода! — радостный истеричный смешок вырвался из груди.
Отодвинув одежду, она вылила несколько крупных капель на рану. Повреждённые сосуды и мышцы быстро затягивались.
— Знаешь, а ведь он просил тебя не делать этого, — улыбнувшись, сказал царь, перехватив её руку.
Он позволил Алоису командовать совсем не долго. От поцелуя до первого взгляда.
— Отпусти! — извиваясь, она искала глазами выброшенный кинжал.
— Опять? — он отпустил.
Руслана отлетела назад, схватила оружие и выставила перед собой.
— Как пожелаешь, — не спеша, царь подходил к девушке.
На этот раз клинок был направлен к горлу. Булат не останавливался.
— Тебе жить надоело? Не приближайся! — она почти плакала, но каждый раз, когда лезвие касалось кожи, делала шаг назад.
— А дальше куда?
Девушка упëрлась в угол комнаты. Его руки, выставленные вперёд, влепились в стену и не давали прохода.
— Пора выбирать, — он закрыл глаза, не сомневаясь в её решении, подался навстречу кинжалу. Руслана разжала пальцы, выпустив оружие, и встретила его горячий поцелуй.