Страница 40 из 74
— Ну, я определенно склоняюсь к гибискусу.
— Гибискусу? Ты правда так думаешь? — Фин пристально следит за ней, опираясь локтями на стойку.
Хочется схватить его за шиворот и выкинуть в мусорную яму. Вместо этого я прислоняюсь к стойке бедром, крепко скрестив руки на груди, чтобы не поддаться желанию трясти его, когда тот так на нее смотрит.
Джуди бросает на Фина притворно досадливый взгляд.
— Ты не должен давать предпочтение подопытному! Ты тем самым искажаешь результаты!
— Я ничего не искажаю! Это всего лишь вопрос.
— Финли, — строго отвечает она.
— Подопытная, — парирует он, оставляя ту же интонацию.
На его лице расплывается глупая улыбка, и Джуди улыбается в ответ. Внутри разгорается отвратительная ревность — я ненавижу, что она не дарит такие взгляды мне.
Недели. Нам потребовались недели, чтобы она начала вести себя со мной так свободно и игриво. Ему понадобилось всего полсекунды, чтобы добиться того же. Да, Фин не пытался ее уволить, но есть ли в нем что-то, что ей действительно нужно?
Я точно знаю, что Джуди испытывает ко мне влечение. Но что толку? Мне не нужны мимолетные увлечения.
Так это ее тип? Тот парень, с которым хотелось бы быть? Счастливый, симпатичный блондин? В том ресторане отеля Джуди упоминала, что ей нравятся «милые» парни, не так ли?
Не помню, чтобы кто-то когда-либо говорил, что я милый. Хотя в те времена это и не особо было важно — когда альтернатива, предлагаемая девушками, казалась гораздо более притягательной.
Милый. Что это вообще значит?
Как… Как стать милым? Может, стоит подстричься? Или… Черт. Что со мной, черт возьми?
Остальные на кухне абсолютно не замечают моего внутреннего срыва. Джуди пробует второй вариант — лимонно-эвкалиптовый соус, и закатывает глаза.
— Видишь? Теперь мне это нравится, — произносит она с легкой ухмылкой, глядя на тарелку.
— Дай-ка я попробую, — говорит Фин, выхватывая вилку прямо из ее рук.
Он ловко насаживает кусочек картофеля, немного рыбы и соуса, умело дополняя маленький шедевр.
Если Фин ее этим накормит, я тут же его уволю. Но вместо этого он протягивает вилку, и Джуди отвечает очередной искренней улыбкой, прежде чем проглотить.
— Ух ты, невероятно! — вздыхает она, наслаждаясь.
Фин оборачивается ко мне, дурацкая ухмылка медленно тает, когда ловит мой испепеляющий взгляд.
— Ну, думаю, на этом все, босс. Эвкалипт победил.
— Не думаю.
Боже, я завидую до чертиков.
Но Джуди смотрит на меня, словно разыгрываю какую-то забавную комедию.
— Ты сегодня такой угрюмый, Тео. Знаешь, я чуть не потеряла надежду на это блюдо после того, как третий соус оказался таким… каким он оказался.
Она смотрит на меня с безмятежным выражением лица, но в глазах все же проскальзывает искорка веселья. Я провел большую часть месяца, изучая каждую ее черточку, и ничто не способно развеять туман в голове так, как едва заметный прищур глаз.
— Ты всерьез смеешься над соусом, который, возможно, — возможно — выглядел немного слишком желтым?
Она подавляет смех.
— Он выглядел как радиоактивные отходы! У меня язык до сих пор покалывает.
— Но ты добавила зеленый перец в спагетти, которые приготовила на обед.
— И что с того?
— С того, что мой язык тоже покалывает, — отвечаю я. — Не все зеленые перцы одинаковые, Холланд.
— Тем не менее, ты съел каждый кусочек, — подмигивает она.
Да, действительно съел. Серые яйца, пасту с призрачным перцем, резиновые куриные бедра, которые были пересушены настолько, что почти пять минут приходилось жевать каждый кусок. Где-то на этом пути я осознал, что мог бы съесть целую кучу земли, если бы это заставило ее улыбнуться. Я безумно влюблен в эту девушку.
Фин бросает на меня взгляд, полный понимания и насмешки. Я собираю тарелки, сдвигая остатки в мусорное ведро.
— Ладно, Фин. Скажи, что ты холост.
Тарелка выскальзывает из рук и падает на что-то мягкое и плотное на дне ведра. Наверное, на сердце. Фин по-дурацки смеется, что я часто слышал, когда он имел успех у девушек в «Бруквуде».
— Я стану тем, кем ты захочешь, детка, — шутит он.
Я готов его прикончить.
Потом воскресить, чтобы уволить. И снова убить.
— Пожалуйста, — хихикает Джуди. — Ты меня не выдержишь.
— Попробуй.
Я разрываюсь между желанием его задушить или проткнуть рыбным ножом, и тут меня осеняет.
— На самом деле, я спрашиваю для своей подруги Дженны. Думаю, вы с ней могли бы стать прекрасной парой.
Эта ночь словно вырвала из жизни целое десятилетие. Не знаю, чего ожидал. Скорее всего, она отбивается от мужчин, как от назойливых мух, каждый раз, когда появляется на пороге. Да и посмотришь на нее, и все ясно. У меня нет никакого права чувствовать эту собственническую ревность.
Я поворачиваюсь и ловлю взгляд Джуди, которая снова смотрит на меня. Ее щеки заливаются румянцем. Почему они так краснеют?
Фин хватает телефон с края стола.
— О, правда? Ладно, дай ее номер. Если она хоть немного похожа на тебя, мы обязательно поженимся, — этот бесстыдный сердцеед…
— Нет, гораздо лучше.
Это просто невозможно.
— К тому же ты не особо-то и ужасаешься идее брака, — она легко соскальзывает с табурета и, проведя пальцем по экрану телефона, передает его Фину. — У тебя на лбу написано, что ты — сердцеед.
— Разве тебе такое не нравятся? — поддразнивает он.
— Не мой типаж, — отвечает она, собирая вещи со стола.
Все. Вся моя сила сосредоточена на том, чтобы не упасть на колени и не поблагодарить ее за избавление от этого мучительного ада. Я стараюсь размять плечи, пытаясь снять напряжение в спине.
— Так какой у тебя типаж? — спрашивает Фин, бросая на меня мимолетный взгляд, пока вносит ее номер в телефон. — Может, я кого-нибудь знаю.
Как же грустно. Как быстро забилось мое сердце в ожидании ее ответа.
Но Джуди — настоящая фея-уклонистка, и никогда не разочаровывает. Она смеется, уходя от ответа, словно это просто мелочь, и закидывает сумку на плечо. Джуди уходит, а у меня не осталось ни секунды, чтобы побыть с ней наедине.
У меня нет ни малейшего представления о том, что бы хотел ей сказать, если бы такая возможность появилась, но все равно ищу хоть какое-то оправдание, чтобы удержать ее рядом. Но к тому моменту, как она забирает телефон у Фина, ничего не приходит в голову.
— Что ж, спасибо за сытный обед, — говорит она с улыбкой. — Ты определенно должен выбрать гибискус.
— Подопытный кролик огласил выбор. Спасибо за невесту, — произносит Фин, махая телефоном, прежде чем наклониться к экрану с нахмуренным лицом.
Вероятно, осознав, что теперь придется выдумывать оригинальное сообщение, раз уж не может полагаться на свою глупую физиономию в текстовом сообщении.
Джуди смотрит на меня долго и пристально, прежде чем неопределенно пожать плечами.
— Наверное, увидимся завтра?
Горло пересохло настолько, что едва способен издать сдавленный кивок. Фин бросает на меня молчаливый взгляд, в котором читается немой вопрос: «Что, черт возьми, с тобой происходит?», пока она направляется к двери.
Черт.
— Хочешь, я подкину тебя домой? — вырывается у меня.
Внутренне терзаю себя за эту неловкость.
Джуди обменивается неуверенным взглядом с Фином, поправляя сумку на плече.
— Эм… нет, спасибо. Я поеду на метро.
— Как бы не так, — проговариваю я, сам не зная зачем.
— Что? — удивленно переспрашивает она, приподняв брови.
Фин закрывает глаза и с сочувствующей гримасой качает головой.
Что со мной, черт возьми, не так? Серьезно. Мне нужен кто-то, кто проанализирует последний месяц жизни. Укажет на тот самый момент, когда я потерял рассудок, или когда исчезло все то обаяние, которым, как казалось, я когда-то обладал.