Страница 15 из 22
Барс объективно красивый парень. Даже очень. Тот случай, когда природа была в гармонии с собой, создавая эту самоуверенную сволочь.
— Симпо-по, но… — шепчет едва уловимо Кети, сверля Барса недовольством, пока приближаемся. Подруга разделяет мое мнение о том, что в мужчине не внешность главное.
Равняемся и втроем скупо киваем друг другу, не озабочиваясь приветствиями.
— Ты уверена? — моя бесовка с явным недоверием сводит брови, не желая отпускать меня одну.
Нам со смазливым надо поговорить. Наедине. Это очевидно.
Я не ожидала, что он придет вот так сразу после моего ночного требования, но тем лучше.
Напоследок еще раз вдохнув чудесный аромат, с грустью вырываю букет из своих объятий и вручаю Кети:
— Да. Ты поезжай, я потом позвоню.
Кисло клюнув меня в щеку, подруга уходит. Ей придется добираться на электричке, a я буду ехать с Барсом на машине. К счастью, она все знает и не возражает.
Мы с горе-женихом устраиваемся. Когда сажусь на заднее сидение, улавливаю недовольство в его взгляде через зеркало заднего обзора.
Изгибаю губы в усмешке.
Не заслужил ты, чтобы я сидела рядом, Диего. Не заслужил.
Трогаемся, и мне тут же прилетает вопрос:
— Значит, про парня не сочинила?
Не сразу понимаю, о чем речь. Всплывает разговор в караоке. Видимо, Барс связывает ту информацию с сегодняшними розами.
— А ты думал, я все восемнадцать лет ждала тебя, любовь моя?
Кривится, но считает за благо не отвечать.
Пользуюсь заминкой и достаю из рюкзака косметичку, принимаясь стирать легкий макияж. Если эти действия косящийся на меня водитель не комментирует, то, когда начинаю заплетать распущенные волосы в свободную косу, выдает почти возмущенно:
— Как ты так живешь на несколько ролей, обманывая семью?
Царапает это утверждение. И уверенность в голосе, будто я совершаю нечто неправильное и даже преступное.
— Ты у нас Святой Отец? Мы собрались на исповедь? — огрызаюсь, удостаивая остерегающим взглядом.
— Я нормально спросил, — цедит, уже открыто испепеляя меня глазами через то же зеркало заднего обзора.
— А я нормально ответила тебе ночью: не твое дело.
— Мы такими темпами не договоримся, чучундра… — выдыхает шумно и резко замолкает в потрясении, наблюдая, как я натягиваю сверху джинсовых штанов длинную плиссированную юбку, а через несколько мгновений ловкими манипуляциями стаскиваю джинсы из-под юбки. — Ты всё время играешь. Двуличная. Непостоянная. Я не могу тебе доверять.
Я заправляю блузку за пояс, разглаживаю одежду и убираю вещи в свою кладь.
— Что-то не слышу аналогий в твой адрес. Я, что ли, тебе доверяю? У меня тоже нет гарантий, что ты меня не кинешь. Но ума хватает признать, что без рисков не получится. Условия остаются прежними, Диего.
— Ты, мать твою, не в том положении, чтобы их диктовать.
Бесится пушистый, что теряет власть над ситуацией.
— Если ты до сих пор не смирился, останови машину, нам нет смысла разговаривать. А я еще удивилась, чего это ты так рано нарисовался, и суток не прошло. Оказывается, Барсик приехал выдвигать требования, а не идти на диалог.
— Ты нарываешься, Миньон.
— Та-а-ак, смазливый, — протягиваю раздраженно, испуская тяжелый вздох. — Останови, я выхожу, ты меня утомил. Останови, сказала!
Естественно, наш альфа-самец с задетым эго не спешит реагировать на мой приглушенный крик. Мы едем по короткой дороге вдоль железнодорожных путей, я боковым зрением оцениваю пространство и только после этого бросаюсь вперед, выкручивая руль.
Барс, обсыпая меня грязными ругательствами, резко тормозит, возвращая управление. А я, не теряя ни секунды, выскакиваю почти на ходу, когда машина еще полностью не встала. Подобрав подол, перебегаю через рельсы и оборачиваюсь, чтобы поймать колючий и полный лютой злобы взгляд. Вскидываю руку с оттопыренным третьим пальцем и шлю красавчику победоносную улыбку.
Затем спешу на вокзал, параллельно звоня Кети, чтобы не уезжала без меня.
Успеваю впритык на следующую электричку, и уже в вагончике отвожу душу, рассказывая подруге о случившемся.
— Мудак, — резюмирует, цокая.
Даже не поспоришь…
***
Не просто мудак, а мудак — редкостный.
К такому выводу я прихожу, когда вижу Барса в караоке следующей ночью. И треморит меня вовсе не от грозного вида жениха, а осознания, что прокурорский сынок тоже здесь! Этот отморозок и раньше часто приходил, а теперь и вовсе прописался. Дело вовсе не в том, что наше заведение такое классное. В общих чертах я знаю, что он уже интересовался у службы безопасности записями того дня, устраивал допросы и сыпал угрозами. Урод явно намерен выловить избившего его героя.
А что вылавливать? Этот герой сам лезет в пекло.
Время близится к полуночи, веселье в разгаре. Я обслуживаю столы с предельной тревожностью, пару раз допуская ошибки в заказах. Потому что всё мое внимание приковано к этим двоим. Напряженно наблюдаю, чтобы они никак не пересеклись.
В эти мгновения всеми силами ненавижу Барса! Ну почему я должна страдать из-за его тупости! Я не хочу крови! Не хочу, чтобы произошла катастрофа! А она произойдет, потому что внешность у смазливого запоминающаяся, и щенок прокурорский, уверена, сразу узнает обидчика, как только увидит.
Совсем некстати ударяюсь в размышления о том, зачем нас обручили.
Семья Таривердиевых мне очень симпатична. И дед Барсег, и бабушка Нора. Но первый, прости Господи, словно фанатик. Ощущение, что эта свадьба — цель его жизни. Даже мой дедушка попроще относится к событию, а ведь он — ярый старовер, топящий за традиции, и хочет, чтобы единственная внучка прошла каждый этап вступления в замужество с правильным настроем.
Вся ситуация с самого начала меня настораживает. Таривердиев-старший тянет эту волынку со сближением двух семей уже несколько лет. И едва мне исполнилось восемнадцать, притащил внука свататься. К чему такая спешка? Всё ищу причины. Зачем молодому красивому парню так рано жениться на девушке, которую выбрал не он сам? И от которой и вовсе не в восторге! Здесь ни одно здравое предположение не подтверждается.
В чем подвох?..
Ближе к закрытию, когда народ потихоньку начинает расходиться, и прокурорский сынок тоже исчезает из зала, быстрым шагом направляюсь к туалету, злясь на Барса за то, что даже нужду, пардон, не могла справить всё это время, выполняя обязанности надзирателя.
Так мало того… эта наглая морда еще и смеет плестись за мной!
Мы влетаем в полутьму тамбура: я — бешеным шагом, кипя от ярости, он — отставая лишь на два метра.
Но вся моя злость внезапно слетает, уступая место панике, когда я вижу выходящего в коридор из мужского санузла… отморозка прокурора.
За мгновения до неминуемого столкновения мои извилины набирают оборот и выдают гениальную идею.
Резко обернувшись, я буквально запрыгиваю на Барса, врезаясь с размаху своими дрожащими губами в его рот. Смазливый рефлекторно подхватывает меня, помещая лапы на мою задницу, гораздую на приключения. Я жестко вдавливаю ладони в мужские щеки, максимально деформируя, стремясь прикрыть от посторонних его лицо. Он обалдело поддается натиску, ослабляя челюсть, и я случайно проваливаюсь губами в приоткрывшийся рот.