Страница 369 из 771
Глава 26
Где-то над Арктикой.
Цитадель принца Виктора. «Обитель Стужи»
Первыми из наведенного портала вынырнули парни Грина. Растеклись волной, контролируя сектора обстрела. Собранные, готовые открывать огонь, реагируя на малейшее враждебное проявление.
Фигуры в молочно-белых технодоспехах мгновенно рассредоточились в вытянутом овальном зале, за неимением естественных укрытий, прижимаясь к волнистым стенам из чистого льда.
По каналу связи пришло подтверждение о создании периметра безопасности. И лишь затем в висящую в воздухе рябь шагнул я. Знаю, поведение не больно героическое, но бросаться вперед сломя голову глупо, вдруг на выходе ловушка. А наемникам платят за риск. И платят серьезно. Это их работа, подставлять себя вместо меня.
По крайней мере, в определенных обстоятельствах.
– Активности ноль, – доложил командир солдат удачи, стоило мне появиться, он ожидал у портала.
На меня дыхнуло морозом. После жаркого Техаса резкий перепад температуры чувствовался особенно остро.
Я с наслаждением вдохнул полной грудью. Как же, оказывается, мне этого не хватало – освежающего глотка чистого Холода. Длинное помещение буквально пронизывала энергия Вечного Льда.
– Даже не думал, насколько я по этому соскучился, – сказал я, с удовольствием запрокидывая голову.
Нечто подобное ощущалось в Замерзшем Лесу и Чертогах Льда, средоточиях могущества клана Строгановых. За месяцы жизни вдали от Холодного Предела я уже забыл, как это приятно, быть окруженным родной стихией.
Она пульсировала вокруг, как неиссякаемый источник энергии. Наполняла силой и бодростью, вызывала чувство детской радости и единения с чем-то поистине необъятным, что относится к тебе, как к своему ребенку. Ведь все мы – создания Холода – дети Вечного Льда.
– Все превращается в лед, – медленно выговорил я девиз рода Строгановых, приподнимая ладонь и глядя, как тактическая перчатка армейского образца Мечниковых покрывается изморосью.
Тонкие струйки инея побежали по синтетической ткани, разрушая структуру полотна, нить за нитью. Полимерные защитные вставки треснули и расползлись. Еще через секунду от перчаток ничего не осталось.
Грин завороженно наблюдал за трансформацией прочного материала, всего за пару секунд обратившегося в неопределенную субстанцию грязно-черного цвета, заключенного в корочку синеватого льда.
Рукава комбеза не пострадали, при его изготовлении применялись маго-технологии, ориентированные на присутствие сверхнизких температур. Демидовых работа, для ближайших союзников.
– Кххмм, – откашлялся наемник, встроенные в костюм обогревательные элементы позволяли ему и другим бойцам находиться в зале свободно, правда лишь ограниченное количество времени, пока аккумуляторы технолат не иссякнут.
Я посмотрел в глубину зала, метрах в двадцати виднелся арочный выход в коридор.
– Вперед, – приказал и неспешной походкой направился следом, ощущая каждой клеточкой тела, как организм пропитывает родная стихия.
Непередаваемое чувство. Как же здесь хорошо. Сухой и пыльный воздух южноамериканских штатов вместе с пылающим жаром солнцем остался далеко позади, на другой стороне планеты. И это радовало.
Забавно, а ведь я здесь еще ни разу не был, после окончания возведения своей цитадели. И тем не менее откуда-то твердо знал, куда идти, где поворачивать, какую ветку развилки выбирать, чтобы прийти в центральное средоточие летающей крепости.
Что особенно поразило, чем дольше я здесь находился, тем сильнее воспринимал нашу с «Обителью» связь. Она меня словно приветствовала, мягко касаясь разлитой внутри анфилад бесконечных залов магией.
Цитадель трудно назвать живым организмом, но что-то похожее в ней замечалось. Бессловесная, без разума, но при этом все понимающая, готовая подставить плечо. И преданная.
Наверное, ее можно сравнить с домашним питомцем, дождавшимся прихода домой любимого хозяина.
Не знаю, ассоциации возникали почему-то именно такими. И это тоже вызывало ответное чувство сопричастности к собственному творению. Мы сроднились с ним, как творец и его создание.
– Микродроны потеряны, – внезапно доложил Грин.
Идущая в авангарде тройка бойцов гнала перед собой маленькую стайку разведывательных беспилотников для своевременного выявления засад и ловушек. Миниатюрные машинки смотрели на мир электронными глазами, докладывая операторам о происходящем впереди.
– Улетели слишком далеко? – я знал, что у подобных устройств небольшой радиус действия. А стены здесь толстые и под завязку пропитаны магией. Обрыв канала связи вполне допустим.
– У них программа автовозврата, – возразил командир моей личной небольшой гвардии.
Движение приостановилось. Солдаты рассредоточились в кишке длинного извилистого коридора, готовые отражать атаку неизвестного противника.
Я посмотрел на светящиеся голубоватым светом стены и неясную хмарь где-то вдалеке. Интересный эффект визуального восприятия. Зона видимости будто передвигалась вместе с идущим человеком, но стоило притормозить, как вдруг приходило понимание, что дальше ни черта не видно.
Коридор вроде относительно прямой, однако куда он ведет, разглядеть нельзя. И при всем при этом там клубилась не тьма, а исходящая сине-зеленым белесая дымка, мешающая обзору.
– Двое на разведку, – махнул рукой Грин.
Я его остановил.
– Стой. Попробуем по-другому.
Не знаю, откуда точно появилось понимание, что надо делать. Просто возникло и все. Степень единения с цитаделью можно повысить и узнать через нее, что происходит за пределами видимости.
Я сосредоточился, мысленно потянулся к окружающей ауре клубящейся энергии холода.
И почти сразу дернулся от неожиданности. «Обитель» с готовностью откликнулась, открываясь для полного погружения и слияния разума с сутью оживленного льда. Это походило на какой-то странный симбиоз. Я воспринимал себя частью всех залов, коридоров и помещений летающего многогранника разом, одновременно с этим понимая, что стою сейчас в окружении наемников на одном из его средних уровней.
Помотал головой, прогоняя видение. Ничего себе. Мне показалось или я только что был самой цитаделью? Это длилось недолго, буквально пару секунд, но воспринималось удивительно ярко.
– Обалдеть, – слегка шокированный, я покачнулся, открывая глаза. Чувство единения оставило сверкающий след в раздвоенном сознании.
– Что случилось? – Грин крепче сжал штурмовую винтовку, делая знак солдатам оставаться начеку.
– Ничего, все в порядке, – я успокоил его, все еще находясь под впечатлением молниеносной вспышки объединения разума с псевдоживой структурой цитадели. – Там никого нет, ваши птички завязли в одном из охранных заклятий.
Я сделал шаг, приходя в себя. Состояние длилось всего ничего, а какое оказало влияние на организм. Слегка мутило, небольшое головокружение, последствия мимолетного видения мира сразу с нескольких ракурсов.
– Вы уверены? – с тревогой в голосе спросил Грин. Он все еще подозревал злой умысел затаившихся недругов.
Его можно понять, для обычного человека ледяные залы и светящиеся коридоры казались чем-то крайне негостеприимным и опасным, намекая, что простым людям здесь не место.
– Да, уверен. Чары похожи на смесь липкой паутинки и ваты. Дроны попались в сети и не могут двигаться. Исходящие от них сигналы глушатся плотным магическим фоном, – я помедлил, раздумывая, стоит ли рассказывать остальное, спустя непродолжительное молчание все же добавил: – Здесь вообще нет чужих. Кроме нас в цитадели ни одного живого существа. Можешь мне поверить.