Рыжий 2

Толик проводил политинформации скучно, просто зачитывал текст из газетных вырезок. Класс, в своём большинстве, все двадцать минут его выступления откровенно дремал. А потом — бац! — и её проводить некому. И отменить забыли — или назначить нового ответственного. Первую субботу после каникул мы пришли на политинформацию, а вести некому. Пришлось Изабелле Агасимовне проводить вместо неё сокращенный классный час.

15 января Горбачёв сделал заявление о программе полной ликвидации ядерного оружия. И в четверг классная руководительница поручила мне подготовить доклад на политинформацию по этой теме. Блин, где я, а где Горбачёв! Проштудировав статью нашего Генерального секретаря в центральных газетах, я накидал краткий пересказ. Минут на десять. Короче уж никак не получалось. Там куча пунктов и сроков когда и чего предлагается ликвидировать. А тупо зачитывать из газеты мне что-то претит.

А для того чтобы заполнить ещё десять минут, я позаимствовал, безвозмездно, из кабинета НВП,* несколько плакатов по ОМП,* по его применению и защите от него.

Получилось весьма неплохо. Особенно классу понравился рассказ про оружие, и плакаты. Было куча всяких уточняющих вопросов, даже на физкультуру из-за этого опоздали. Классухе, видимо, не понравился мой формат проведения политинформации и мне больше ни разу не поручали подобные мероприятия. Чему я был вполне рад.

Наши с Олькой «н» по алгебре в журнале, зачеркнули красной ручкой, а слева, в разделе тем, красными чернилами сделали запись — «исправленному верить», с печатью и подписью директора.

Сидорова, видя на какие меры я пошёл чтобы защитить нашу с ней невиновность, оттаяла и простила меня. Теперь мне опять приходится таскать её портфель и провожать её из школы.

Запланированная мной афера с кассетами полностью провалилась. Юрий Викторович отказался выступать моим посредником в деле с хозяевами звукозаписей. Ну и ладно, подарю кассеты пацанам на дни рождения. Правда надо сначала выяснить, есть у них магнитофоны или нет.

В конце января я, наконец, решил проблему с электрификацией привезенных мной из Питера электрозажигалок. Долго мучился, облазил на животе почти всю кухню, прикидывая как мне протянуть проводку от розетки за холодильником к газовым приборам. Долбить канал в стенке было невозможно из-за батареи отопления, которая полностью закрывала подоконный проём. А сверху, над окном, было слишком сложно для моего пока ещё низкого тела.

Поэтому поступил просто: двухжильный кабель ППВ-380 вывел от розетки к плинтусу, вдоль которого его и закрепил нарезанными на уроке труда стальными скобами. Когда будет ремонт, кабель закрасится под цвет плинтуса и не будет бросаться в глаза. Внешнюю розетку на деревянной шайбе пришлось защищать козырьком от возможного попадания жидкостей с плиты или при протечки колонки.

В начале февраля Сидорова учудила. Взяла у меня почитать Толкиена. Потом, без моего ведома, дала почитать своей сестре. И книга растворилась в неизвестности.

- Оль, а ты когда Хранителей мне вернёшь?

А в ответ тишина, смущение и подозрительное беганье глаз. Пришлось выуживать информацию. Прям чуть ли не клещами вытягивать. Ссориться с подругой не хотелось, пришлось после тренировки заскочить к её сестре в универмаг.

- Тамара привет, - поприветствовал я старшую Сидорову, которая что-то считала на счётах в компании еще двух бухгалтерских тёток. - Можно тебя на минутку?

- Подожди немного, Жень.

Пришлось ждать, заодно почитал стенную газету в коридоре, в которой клеймили самогоноварение и самогонщиков. Какая однако актуальная тема в универмаге на этаже бухгалтеров.

- Привет мелкий. Чего надо? - нарисовалась старшая сестрёнка моей Сидоровой.

- Да вот, книгу одну ищу. Купил за дорого, дал на три дня почитать твоей Оле, а она говорит, что ты её у неё забрала.

- Ой, Женька, прости. Я тебе за неё деньги верну.

- Что значит вернёшь? Её у тебя, что, нет? А где она? - опешил я.

- Понимаешь, - замямлила девушка. - Моя начальница её увидела и попросила для подарка кому-то в главк.* Очень попросила. А я не смогла отказать.

Весело. Мне на книгу в общем то плевать. Как пришло, так и ушло. Но я с неё намеревался хоть какую-то прибыль получить. И как мне быть?

- Вот, Женя, - Тамара достала пять рублей из кошелька и протягивала мне. - У неё на обложке цена вроде в пять рублей была.

- Это на обложке, - буркнул я. - А я её за сто рублей покупал. Стольник гони.

- Сколько? - у неё даже глаза на лоб полезли. - Ты что? С ума сошёл? - закричала она на меня?

- Вы чего тут расшумелись, молодые люди? - вышла к нам её начальница, которую я уже знал по предыдущим посещениям.

- Галина Петровна, это Женя, - представила меня ей Сидорова. - Это его книга была. Ну та, которую вы у меня выпросили.

- Я поняла. И в чём проблема. Отдай ему деньги.

- Он говорит, что заплатил за эту книгу сто рублей.

Тётка зло на меня зыркнула и ехидным голосом сказала:

- Мальчик, мне плевать за сколько ты её купил, бери сколько тебе дают. Иначе я вызову милицию и придумаю, что им сказать.

- Вызывайте. Я заодно напишу заявление на хищение ею, - я мотнул головой в сторону старшей Сидоровой, - моей книги, которую я законно приобрел в букинистическом магазине в Ленинграде. У меня и чек есть, - блефанул я.

Тётка растерялась. Она не ожидала такого отпора от меня. Думала, что мне хватит слова — милиция, чтобы я растворился в подступающих сумерках. Уж не знаю что она себе надумала, но видимо решила закончить наш спор мирным путём.

- Тамара, иди работай, - скомандовала она девушке, на что та с облегчением кивнула и скрылась в кабинете. - А вас, молодой человек, я попрошу пройти со мной.

Я пожал плечами и пошел за ней следом. Пришли мы в подвал, вернее в склад в подвале. Вот здесь мне стало малость страшно. Сейчас стукнет меня здесь по голове и конец котёнку. Надеюсь она не для этого меня сюда привела.

- Евгений? Я правильно запомнила ваше имя?

- Да, Галина Петровна. Зачем мы здесь? - не выдержав, спросил я.

- Для безопасности, что бы лишнего никто не услышал. Ты знаешь что эта книга под запретом печати?

- Да.

- И все равно имеешь наглость утверждать, что купил её?

- Да. В букинистическом отделе. На продажу запрета нет.

- Хм. Может быть, - она пожевала губами. - Я понимаю, что у нас сложилась неловкая ситуация. Может тебе что-то нужно, - и видя мое недоумение, пояснила. - Может каким товаром возьмешь? Стиральный порошок могу предложить.

А! Так у неё банально нет денег и она хочет рассчитаться товаром? Подозрительно как-то. Я возьму этот товар, а она потом заявит, что я его украл? А на хрена ей это надо? Ведь история с книгой всплывёт всё равно и это может аукнуться не только ей, но и тому, кому она её подарила. Рискну согласиться. Хоть шерсти клок.

- А что за порошок?

- Хороший. Тайд.*

- Что? - мне показалось, что я ослышался. - Тайд?

- Ну да. Вот, - указала она на стеллаж, на котором стояли и лежали пачки желто-оранжевого цвета с названием по-русски «Тайд». - По рублю за пачку. Сто пачек, две коробки. Берешь?

- Да, - пробормотал я, пребывая в шоке от встречи с брендом, которого никак, по моему разумению, в Советском Союзе быть не могло еще. - Да, беру. Но как я их утащу?

- Ох. Ладно. Отвезу к тебе домой, заодно посмотрю где живет хитрый вымогатель, - улыбнулась она мне. А у меня опять появились подозрения о последствиях от нашей сделки.