Река Душ

Третий был самым молодым и слабым, потому объединился с четвёртым, территории этих возвышенных примыкали друг к другу, и они дали бой его армии на стыке своих земель. Здесь Властелин узнал, что у его «прибора» есть время бездействия – после первого применения он смог отключить щит второго возвышенного только через два часа – очень неприятная особенность, приведшая к потере двенадцати отделений (надо было этого первым отключать).

Пятый возвышенный оказался самым сильным и толстокожим из всех и, даже с отключённым щитом, смог убить двадцать отделений, страха Властелин не испытывал, он находился вдали от схватки и полностью контролировал ситуацию, но неприятно удивился силе и живучести, созданной им когда-то сущности. После зачистки пятой территории Властелину пришлось дать армии двухнедельный отдых – солдаты обожрались убитыми и не могли выполнять свои обязанности – слишком умелым оказалось его руководство по сравнению со старшими сержантами армии.

Шестой и седьмой возвышенные повторили судьбу третьего и четвёртого, им не хватило ума сбежать, но хватило ума объединиться, – «По мне так лучше лотерея с деградацией, чем гарантированная смерть от моей руки» – подумал Властелин, отправляя на них десять отделений и выбирая сильнейшего для первого отключения щита «прибором». – «А вот пятого мне уже жаль, но воспитание подданных важнее» – сделал он очередное умозаключение и приказал добить оставшегося возвышенного.

Новоявленный высший ему так и не показался, предпочитая десятипроцентный шанс лотереи неизбежной смерти, – «Умный ублюдок, не зря именно он высшим стал», – подумал Властелин, но это уже ничего не решало, карательная акция была завершена, новый закон озвучен. Пришла пора подводить итоги:

Какое теперь будет устройство у его Империи Тьмы? Не более десяти мирных территорий.

Как он будет осуществлять контроль за тем, чтобы мёртвые земли оставались незаселёнными? А вот эта тысяча отделений этим и займётся. Войска будут по кругу обходить все мёртвые земли и убивать всё, что на них обнаружат.

Но ведь таким образом он уничтожит всех разумных в мире? Да и наплевать, чего их жалеть-то.

Для контроля огромного количества мёртвых земель понадобиться огромная армия, там будет много обычных, из них родится возвышенный, а затем и высший, как решить эту проблему? Постоянным движением армии, надо тасовать обычных сущностей из одной территории в другую, они не должны долго находиться на одном месте. Посмотрю, что получится, других решений пока нет.

Как я стану богом, если всегда буду единственным высшим? Сначала стань этим единственным, потом думай.

– «Вроде все насущные вопросы себе задал и на них ответил» – Властелин чувствовал некую ущербность в своих мыслях, но пока ничего не мог с этим поделать – страх был силён в его сознании и сохранение текущего положения вещей казалось более правильным, чем мысли о великом, но неопределённом будущем.

************************

Кхет сидел на кривом колченогом стульчаке и всеми четырьмя глазами мечтательно смотрел в оконный проём на красивое вечернее небо цвета кроваво-молочного гноя. Он был по-своему счастлив, хотя само чувство счастья не было ему доступно, но вожделение и предвкушение – его хорошие знакомые, на них и ориентировалось объединённое сознание в своей задумке, гордо называемой им «Великим планом».

И этот план, в уже не столь далёком будущем, должен был увенчаться успехом. Чтобы стать полноценным Кхету необходимо захватить мир, не больше и не меньше, только так можно доказать свою состоятельность, стать вровень с хозяевами жизни.

Всеобщее недоверие и необходимость публично подтверждать свою силу – на этих двух столпах стоит Мир Гнили – или ты ничтожная подстилка или хозяин жизни. А Кхет, пока что, был подстилкой, бесправным ублюдком при мастере – прислуживал и выполнял все повеления хозяина жизни, терпеливо сносил насмешки, оплеухи и издевательства, взращивал и копил ненависть – она давала ему силы жить дальше.

А свободное время, которого, спасибо славному мастеру, у него почти не было, он посвящал своему миру. Кхет нашёл его сам, запомнив действия мастера и позаимствовав у него «прибор по обнаружению новых миров», Кхет даже не знал его названия, но, косо-криво, смог провести ритуал и получить доступ, мир стал открыт для него.

Дальше было сложно, но он опять справился и нашёл своего адепта, проводника его воли в новом мире. Главными качествами своего приспешника он определил трусость, зависть и жажду власти. Критерии не были очерчены им строго и очередной «позаимствованный» у мастера «прибор» дал ему на выбор сто шестнадцать кандидатов, из которых идеальной оказалась серая кракозябра Калё: трусость, зависть, властолюбие, умение действовать чужими руками – воистину любимые качества хозяев жизни из Мира Гнили у подчинённых иномирцев.

Кхет не был идиотом, он разработал долговременный план и начал его реализацию, «сломав» у мастера «прибор» переноса, за что год не мог вертикально стоять на своих, постоянно уродуемых мастером, хвостах. Ужаснувшись такому наказанию, второй «прибор» он просто стащил из хранилища – их там много, а этот все равно пылился без дела. Что ему сделает мастер, когда обнаружится пропажа, Кхет старался не думать: если он станет равным – то ничего, а если не станет – зачем ему такая жизнь, самоубийствами в Мире Гнили невозможно кого-либо удивить.

Адепт последнее время радовал – да, он не смог привить ему сладость пыток и истязания пленников, но его жестокость в подавлении новоявленного высшего Кхета несказанно порадовала – абсолютная и ничем не обоснованная – бальзам на его, измученные служением, оба сердца.

И по захвату мира адепт даже опережал, составленный Кхетом, график, но его маниакальная трусость не давала развиваться другим сущностям. Ведь Калё, тупая дура, под видом сохранения своего статуса на подконтрольных землях тормозит их развитие, а на таких условиях глобальной сущностью ей не стать, для Кхета это очевидно. А без наличия подконтрольной глобальной сущности не провести ритуал по подчинению мира воле Кхета. Хотя у Кхета пока нет и «прибора», подчиняющего мир воле использовавшего – он не лежит на полке в хранилище, мастер хранит его где-то ещё, где – пока не известно, но он узнает, время у него есть и этого времени довольно много.

Ещё его страшно забавлял тот факт, что Калё, вообразившая и создавшая кучу оригинальных предметов, сущностей и явлений, до сих пор считала себя бесталанной, не имеющей других способностей, кроме «Разрыва», «Щита» и «Усыпления». Кхет не стремился разубеждать свою подопечную, наоборот, ему это было на руку – он несказанно веселился, глядя на её потуги найти для себя новые готовые способности.

В целом, ситуация находилась под его контролем, шла в нужном направлении и развивалась неплохими темпами. Он знал, что, например, его мастер захватил свой первый мир за шестьдесят семь лет с момента его обнаружения, и у Кхета есть все шансы не только обойти своего мастера, но и прослыть уникальным мастером Мира Гнили, а уникумы пачками на дороге не валяются, для них открываются закрытые двери и выделяются, недоступные другим, ресурсы и «приборы». Кхет-уникум, от сочетания этих слов у него в предвкушении потекла слюна из обоих приоткрытых ртов.

************************

Чмор сжимал правым хвостом «Глаз Гнили» – артефакт, полученный им в кладовой третьего этажа дворца Правителя, на экране которого его ублюдочная подстилка Кхет пускал слюни с дебильным выражением на обоих мордах, – «Опять себя в уникумах видит, предвкушая личную славу и величие», – подумал мастер трёх миров и рассмеялся.