Страница 6 из 95
Мы болтаем о всякой чуши, пьем пиво, смеемся, и это кажется чертовски правильным, теперь, когда мы втроем снова вместе. По мере того как ночь продолжается, напряжение Линкса понемногу спадает, моя рука на его плечах ощущает это в каждом малейшем движении.
И тут входная дверь снова открывается, группа девушек, одетых в яркие шорты и укороченные топы, несмотря на ледяной ветер и падающий снег, гуськом входят в дом. Расчесывая пальцами волосы и качая головами, они смеются, стряхивая друг с друга снег.
Горячие девушки обычно привлекают мое внимание, особенно в группе, но Линкс снова напрягся. Напряжение его мышц заставляет меня взглянуть на него краем глаза, а его — на последнюю вошедшую девушку, закрывающую за собой дверь.
Она отличается от других, с которыми пришла сюда.
Мешковатые джинсы с прямыми штанинами и огромными прорехами на коленях низко сидят на ее бедрах. Потертая черная джинсовая ткань, открывающаяся на ее голенях, заправленных в черные ботинки со шнуровкой, обнажает мелко нарисованные цветочные татуировки. Хотя ее руки обнажены, ее бледная кожа покрыта более мелкими цветами. Длинные шоколадные волосы, украшенные золотыми прядями, ниспадают свободными локонами по всей длине ее спины, касаясь основания позвоночника. Она высокая, по-настоящему высокая, с ногами, у которых, кажется, нет ни начала, ни конца, а просто они тянутся все дальше и дальше. Мои глаза обводят ее по всей длине, странный укороченный топ на бретельках крест-накрест на ее верхней половине, который едва прикрывает грудь, и ее соски проступают сквозь тугую рубчатую красную ткань, как будто до боли хотят, чтобы к ним прикоснулись.
У меня от этого слюнки текут.
Ее глаза осматривают пространство, когда она поднимает руку, убирая с глаз густую челку. Девушки, которые вошли до нее, хихикают, оборачиваются к ней, хватают за руки, но, похоже, едва замечают, что ее взгляд останавливается на моем мальчике Линксе.
Я смотрю на Кинга, его челюсть напряжена, как будто он чертовски зол, но в его серо-стальных глазах, когда он тоже наблюдает за ней, мелькает знакомый интерес.
Линкс выдыхает, расправляя плечи под моей рукой, и кажется, что он хочет сбросить мою руку, но этого не делает, и я благодарен.
Я скучал по нему.
Я хочу закричать на него, сказать, чтобы он, черт возьми, больше не бросал меня, но вместо этого я молчу, наблюдая.
И затем незнакомая девушка уходит со своими друзьями, направляясь на кухню, глаза Линкса следят за ней. Мои глаза следят за ним, а Райден Кинг? Его глаза смотрят, как мы все трахаемся взглядами.
Глава 5
ПОППИ
Марихуана заполняет все мои чувства, даже когда я выпиваю нечто, называемое огненным шаром. Тошнотворный привкус корицы обжигает мне горло, жар пронзает грудь, как зазубренные ногти. Я не курю, не могу, правда, я просто задыхаюсь от всего, что пытаюсь вдохнуть. Но мне нравится этот запах, и его количества в этом доме, густого тумана, неуклонно поднимающегося к потолку, достаточно, чтобы у меня покалывало пальцы ног в ботинках.
Кончики моих оттопыренных ушей горят, и я словно чувствую, как его глаза обжигают мою кожу.
Мой новый сосед по комнате.
Незнакомец, который заключил меня в объятия, остановил мою паническую атаку и помог выбраться из затруднительного положения. Я не уверена, что кто-либо когда-либо делал это для меня раньше. Баюкал меня в своих объятиях, как будто хотел быть рядом.
Со мной.
И когда я проснулась, его тяжелое, глубокое дыхание обдавало мою шею, его руки были скрещены на моей груди, как свинцовые оковы, его сердце легко стучало у меня за спиной. Я почувствовала себя в безопасности, но улизнула.
Я склонна… привязываться.
Вернее, когда-то я это сделала, и посмотрите, к чему это привело.
Оставив его спать в моей постели, я схватила кое-какую одежду и сумку для стирки, сунула их под мышку и бросилась через холл в комнату Бонни и Эммы. Прятаться, да, от этого нежного, огромного, грубоватого на вид незнакомца с выгоревшими светлыми волосами и теплыми золотисто — карими глазами. Большими руки, толстыми пальцы, нежной кожей и…
Я напрягаюсь, дрожь пробегает по моему позвоночнику, тревога снова начинает обволакивать мою голову, отчего кажется, что уши набиты ватой.
Вслепую я протягиваю руку, пустая красная чашка хрустит в моих пальцах. Бонни широко улыбается, показывая идеально ровные белые зубы, она перекидывает свои светлые волосы через плечо и наливает в мою чашку что-то еще. Мне все равно, что это, когда я подношу его к губам, запрокидываю голову и позволяю алкоголю прожечь себе путь по пищеводу. Звуки комнаты медленно восстанавливаются в моем мозгу, когда я ставлю пустую чашку на столик из темного дерева.
Скольжу пальцами по краям поверхности, опуская взгляд на свои накрашенные фиолетовым ногти.
Мою обнаженную спину обдает обжигающим жаром. Моя голова опущена, глаза стекленеют, пока я продолжаю невидящим взглядом разглядывать свои руки. А потом губы касаются моего уха, щетина ерошит волосы. Густой запах пива ударил мне в нос, когда влажное дыхание коснулось моей шеи.
— Ты новенькая. — напевает мужской голос, и я не двигаюсь, не поднимаю глаз, когда его мощная рука касается моей, а его грудь соприкасается с моей обнаженной кожей, влажный хлопок его футболки — единственное, что разделяет нас. — Я Крис. — наполовину мурлычет он мне на ухо, и я стискиваю зубы, к горлу приливает жар.
— Не мог бы ты отойти, пожалуйста? — спрашиваю я тихо, чувствуя себя неловко, перенося вес с одной ноги на другую, сильнее вжимаясь в стойку.
Крис издает смешок у моей кожи, сокращая пространство между нами, и мои внутренности завязываются узлом, в груди нарастает тяжесть. Он поднимает руки, кладя их на деревянную стойку по обе стороны от меня. Его голова наклоняется ближе к моей щеке, я дрожу, загнанная в угол. Находясь в ловушке, мой язык прилипает к небу. Я сгибаю бедра вперед, больно вжимаясь в край стойки, чтобы попытаться вырваться, и это ошибка, потому что он немедленно следует за мной.
— Пожалуйста. — пытаюсь я снова. — Пожалуйста, отстань от меня. — мой голос едва слышен, но он достаточно громкий, чтобы Крис меня отчетливо услышал.
— Тсс. — шепчет он, подавляя очередной раздраженный смешок.
Его бедра продолжают удерживать мои на месте с чем-то вроде насмешки, когда он еще сильнее прижимается к моей спине, и его твердый член находится на одном уровне с моей задницей.
Мое дыхание прерывистое, и я слышу, как девушки, с которыми я пришла, которых я на самом деле не знаю, хихикают между собой вокруг нас, как будто все это совершенно нормально.
Он душит меня, крадет мой воздух, и я не знаю, как заставить его оставить меня в покое.
— Позволь мне проводить тебя наверх. — невнятно произносит он, чересчур сильно хватая меня за запястье.
Я замираю, страх охватывает меня, когда он резко тянет меня за руку. Но затем его сокрушительный вес внезапно отрывается от меня. Сильный глухой удар раздается у меня за спиной, легко слышимый даже сквозь тяжелую барабанную дробь в моих ушах.
Я оборачиваюсь, и судорожный вздох застревает в моем сдавленном горле. Запястье пульсирует от боли, мои пальцы сжимаются в кулаки, ногти впиваются во влажные ладони, когда я смотрю на спину огромного мужчины, его предплечье перерезает горло Крису.
Под светло-коричневой кожей изгибаются бугрящиеся мышцы, огромная спина, покрытая темными чернилами, каждый дюйм которой покрыт зазубренными шипами, треснувшими черепами, обломками костей, и все это стянуто вместе затененными змеями. Жутко детализированный рисунок тянется вверх по его плечам, вниз по рукам. Он заставляет мои пальцы сжиматься совсем по другой причине.