Страница 18 из 95
— Я хочу снять их. — говорю я сквозь поцелуи, сходя с ума от отчаяния и стягивая его боксеры.
Один кулак поддерживает его, другой скользит вниз по ложбинке моей груди, костяшки задевают мои соски. Он опускает руку ниже, зацепляя большим пальцем за пояс, тыльной стороной ладони касаясь моей лобковой кости.
Я содрогаюсь под ним, когда он сам снимает их. Длинный, толстый член Кинга тяжело ударяется о меня, смачивая кожу моего бедра липким слоем предэякулята. Я опускаю взгляд, желая посмотреть, но его мрачный смешок заставляет меня взглянуть ему в глаза, как раз в тот момент, когда он выдергивает мои локти из-под меня, заставляя меня с оханьем растянуться на матрасе.
— Ты будешь смотреть на то, что я захочу тебе показать. — говорит Кинг, накрывая мои губы своими в посасывающем поцелуе. — И когда я захочу. — дразняще выдыхает он, прикусывая мою нижнюю губу острыми зубами и скользким языком.
— Ты сказал «бери, что хочешь». — хнычу я, хрипло и пронзительно, и это звучит непривычно для моих собственных ушей.
— Хм. — хмыкает Кинг с низким скрипучим смехом. — Ты права, я так и сказал.
А затем он встает на колени, и я мгновенно скучаю по его весу, несмотря на то, что он никогда не опирался на меня полностью. Его член стоит гордо, выпяченный, темный, толстый, на несколько дюймов, с плавным изгибом вверх по всей длине. Темная головка будто краснеет по мере того, чем дольше я смотрю на нее и облизываю губы.
Глубоко вдыхая, я смотрю на Кинга, ожидая увидеть дерзость в его взгляде, но ее отсутствие лишает меня дара речи. Я ожидала какого-то комментария, понимающего взгляда, но там ничего этого нет. Я не вижу ничего, что могло бы заставить меня чувствовать что-либо, кроме уверенности.
За спиной Кинга раздаются стоны. Линкс и Рекс исчезают из поля моего зрения, но не из головы. Я ощущаю легкое давление на простыни, когда они падают в изножье кровати.
Кинг терпелив, осторожен, когда опускается на меня, удерживая себя сжатым кулаком. Костяшки пальцев упираются в матрас. Другой рукой он заправляет волосы мне за ухо. Член упирается в изгиб моего бедра. Он позволяет своим бедрам опуститься еще ниже, прижимаясь к моим собственным.
Без дальнейших колебаний я позволяю своим бедрам раздвинуться, выгибаю шею, чтобы дотянуться до его губ. Его большая ладонь мягко скользит вверх по моему боку, накрывая мою грудь, пока его язык скользит по моему собственному, нуждающийся, но медленный и уверенный, терпеливый. Мучительно медленный. Я вырываю из него стон, когда мои зубы впиваются в кончик его языка. Его большой и указательный пальцы резко сжимают мой сосок в ответ.
Вцепившись пальцами в его плечи, я выгибаюсь дугой, прижимаясь к его груди. Обхватив ногами его бедра, я поднимаюсь по его телу, заставляя всю нашу обнаженную кожу прижаться друг к другу, обвивая его руками и ногами. Зубы царапают мою губу и подбородок. Горячий след его языка заставляет меня извиваться рядом с ним, тереться о него, едва уловимо двигая бедрами. Его рука оказывается между нами, и его толстые пальцы немедленно впиваются в плоть моей задницы. С жаром прижимая меня к себе.
И я хочу его. Их.
Я не понимаю этого всепоглощающего чувства комфорта. Я не уверена, что когда-либо испытывала что-либо подобное. Это просто чистая инстинктивная потребность. Как будто эти мужчины могут заботиться обо мне. Они уже заботились. У меня никогда не было секса на одну ночь, и хотя это именно то, что я делаю, я все равно хочу этого. Несмотря на то, что это действительно плохая идея, я не позволяю ей остановить меня.
Моя голова откидывается назад, когда обнаженный член Кинга скользит по моему лону. Между нами нет ничего, кроме желания. И, словно прочитав мои мысли, он отстраняется, отрывая губы от изгиба моего горла, и его руки работают с презервативом.
— Ты готова для меня, принцесса? — выдыхает он, яростно покусывая мой подбородок, когда я киваю. — Хочу почувствовать тебя. — урчит он в изгиб моего горла.
Кинг укладывает меня обратно, убирая челку с моего влажного от пота лба. Мои пальцы скользят по шелковистой коже его бедер, большие пальцы разглаживают все впадинки и бугорки мышц.
Интенсивность его взгляда только возрастает, каждый раз, когда мои глаза встречаются с его. Мне кажется, что я смотрю на кого-то знакомого.
Того, кого я действительно знаю. Знала. Всю жизнь.
Чья-то рука сжимает мою лодыжку, заставляя меня замереть, и моя нога дергается от прикосновения толстых, крепких пальцев.
— Ты же не думала, что нас здесь уже нет, Сокровище? — Линкс смеется из-за плеча Кинга.
У меня перехватило дыхание от кривой улыбки Кинга, и я поворачиваю голову в сторону, заглядывая под руку Кинга, и вижу, как Линкс обнимает Рекса. Цепкие руки, обнаженная кожа и блестящий пот, дерзкие, почти жестокие улыбки на их лицах.
— Сначала я. — говорит Кинг, заглушая мой всхлип окончательностью своих слов, когда его рот возвращается к моему, а его пальцы находят мои складочки, скользкие и ноющие, вызывая сдавленный вой из моего горла. — Вот так, принцесса. — рычит он, внезапно погружая толстый палец глубоко в меня.
Я возбуждаюсь, выгибая спину, изгибая шею. Мышцы моих бедер напрягаются и разжимаются. Я дрожу, когда моя киска принимает его палец.
Мой рот отпускает его. Дыхание сбивается, когда он садится на колени, и мои ногти глубже впиваются в его спину, пытаясь удержать его ближе.
— Так чертовски тесно. — хрипит Кинг, и я слышу восторг в его голосе, когда он наблюдает за тем местом, откуда выходит его палец, прежде чем снова войти в меня вторым.
Давление заставляет меня сжиматься на его толкающихся пальцах, жар разливается по моему телу, низ живота сжимается, и я думаю, что собираюсь кончить, вот так, из-за трех толчков. Но он высвобождает свои пальцы, засасывая их в рот. В то же время его член входит в меня.
Моя спина выгибается, из моего горла вырывается пронзительный стон, царапающий мне миндалины. Его член одним сильным ударом достигает входа в мою шейку матки, и мой позвоночник изгибается, как извивающаяся змея.
Кинг трахает меня долгими, жесткими движениями своего члена, слишком длинного и толстого, но восхитительного. Мои стенки дрожат вокруг него, пытаясь взять его глубже. Шумные влажные шлепки его таза, ударяющегося о мое влагалище с каждым толчком, заставляют мой пронзительный крик казаться только громче.
Его руки сжимают мои бедра с сильным нажимом, большие пальцы вдавливаются в мою кожу, как утяжеленные дротики. Кинг тяжело дышит сквозь зубы, горло перекатывается от судорожного сглатывания.
Я хочу, чтобы он был ближе, когда кончит внутрь меня. Мои руки отчаянно скользят по его спине, царапая и пощипывая кожу на его плечах в отчаянной попытке прижаться к нему ближе.
— Поцелуй меня. — шепчу я, хмуря брови, когда он только ухмыляется в ответ, не сбавляя скорости, не прижимаясь ко мне всем телом.
— Не возражаешь, если я это сделаю, Котенок?
Я ахаю, когда Рекс плюхается на место справа от меня, а Линкс слева.
Моя голова мотается в обе стороны, губы приоткрываются, робкий жар начинает подниматься по моей шее. Но Кинг рычит, трахая меня сильнее, глубже, дольше, яростными толчками.
Пальцы Рекса первыми находят мое лицо. Он поворачивает мою голову к себе с хрустом в шее и прижимается своими губами к моим. Я стону ему в рот, его собственный стон отчаянного удовольствия эхом отдается в нашем поцелуе. А Линкс сворачивается калачиком слева от меня, его тепло покалывает мою кожу, а его рот обжигает мою грудь, когда он втягивает ее в рот.