Страница 65 из 123
У меня скверное предчувствие. Что предложение тёмного эльфа обменивать бодрящие яйца на допуски к закрытым аукционам, что странные намёки на возможную связь между его расой и неким использованием скверны в магии класса «Некромант-Призыватель», что теперешнее предложение обменять неочищенные от скверны предметы — всё это неспроста. Но всё моё беспокойство бессмысленно и вредно — я соглашусь на обмен, но только на выгодных для себя условиях.
— Прежде чем я дам ответ, ответь, когда мы приступим к подготовке жезла? Мне ещё нужно обсудить всё на занятиях с магистором Кузауном и ознакомиться с книгами.
— У тебя ведь были ограничения? — с недоверием прищурился тёмный.
— Теперь у меня есть некоторая вольность, лучше тебе это обсудить с магистором.
— Если так, — Хлар’ан приподнял уголки рта в хитрой ухмылке. — Твоё расписание, оно такое навсегда?
— Да, я такой один особенный. Делится на одинаковые десятины, и до весны.
— Тогда начнём с травнического зельеварения, и самого травничества. Всё обсудишь с магистором, и тогда начнём. Думаю, трёх десятин тебе хватит.
— И кое-что ещё, — я обвёл взглядом лабораторию. — Я хотел бы воспользоваться ей, чтобы изготовить в этом году не только жезл, но и посох. А в следующем — гримуар и перчатки.
— Обо всём этом мы давно договорились, но перчатки, — тёмный покосился на принесённые украшения и камни. — Это не входит в наргодат, присущие каждому магу. Что ты хочешь использовать?
— Кожу, — сказал я, на что тёмный ожидающе посмотрел мне в глаза. — Я ещё не уверен, какую именно, но это точно будет кто-то из сильных монстров.
— Если я смогу понаблюдать, то пользуйся моей лабораторией.
— Даже сможешь помочь советом.
Хлар’ан загребущими движениями сгрёб украшения и камни в небольшой мешочек и положил отдельно на край стола. Только после этого тёмный удосужился осмотреть листы с оценкой жилы и стебля. И больше всего тёмный вчитывался в листок, относящийся к стеблю.
— Про движения магической энергии я могу не спрашивать? — Хлар’ан аккуратно помахал листом с оценкой стебля.
— Этот секрет я привёз сюда с острова.
Тёмный понятливо кивнул и сказал, что жила и стебель отличные, жезл выйдет замечательным. Но, чтобы такие вещи не пропали даром, нужен искусственный камень маны хотя бы на тысяч двадцать пунктов, а лучше сорок. С последним проблем не возникнет.
Глава 2
Часть 1
Я сидел в главной комнате своих апартаментов, стоявшая рядом Ула растерянно хлопала глазами. Секунду назад она рассказала, что узнала по моей просьбе, но это принесло мне лишь подсказки.
— Говоришь, они просили богов, чтобы те не считали вещь их собственностью? — переспросил я.
— Да, господин Ликус. Суна рассказала, из правой части вашего общежития. Ученик при ней так делал. Он ей и сказал, что слышит голос богов, открывает свою душу и отдаёт им сколько можно души.
— Какая интересная история, — я едва скрыл сарказм. — С прочими невольниками в общежитии успела познакомиться?
— Да, господин, только их здесь мало, — чуть обиженно надула щёки Ула, но тут же повеселела. — Суна, она ведь самая старшая. Ей пятнадцать, весной ей ритуал проходить, выпустят её. Так завидую.
— Хочешь с братиком увидеться?
— Да! Очень хочу, господин Ликус. Я… А вы… — девочка потупила взгляд, стеснительно посмотрела себе под ноги и едва разборчиво пробубнила: — А вы братику можете привет передать?
— Я уезжаю ненадолго. Но могу отправить в Трайск сообщение.
— Правда? — Ула широко улыбнулась, в уголках зелёных глаз проступили крохотные капельки. Я в ответ кивнул, на что девочка немедля согнула спину под прямым углом, осыпая меня благодарностями.
Следующий час бедняжка то взволнованно расхаживала по главной комнате, то сидела за столом, оперев голову на руки и задумчиво бубня себе под нос. Я всего лишь пообещал отправить весточку Каиру от самой Улы, и что её неплохо бы придумать.
Интересная ситуация с невольниками в академии. Личного невольника может к себе взять только благородный, всем остальным надо доплачивать, а ксаты признаются благородными низшего титула, баронетами. В моём общежитии четыре благородных, их невольники сперва занимаются нуждами благородных, и только потом помогают в прочей работе по общежитию. Её выполняют прошедшие экзамен ученики, доучившиеся до четвёртого курса. Хотя тридцатилетних разумных сложно назвать учениками, они больше похожи на забитых жизнью великовозрастных подмастерьев — но и даже так они безропотно ежедневно работают на кухне и прибираются в коридорах. Единственное, один из взрослых невольников ежедневно прикатывает к зданию телегу с бочкой, чтобы опорожнить уборные вёдра. Что-что, а к самой низкой работе в академии экзаменщиков не подпускают. Что не сказать о тех, кто сейчас зовётся фароном и в будущем станет матоном — но у них свои распорядки.
Я оставил Улу думать над посланием и ушёл во внутреннюю комнату, где достал подарок Налдаса. Ула передала околорелигиозный бред, про отдачу души богам, но в нём есть подсказка. Она связана с моментами, когда я вступал в группы и караваны, или подтверждал свою личность через кристаллы. Сейчас я всё делаю не осмыслено, но в первые разы было сложно как бы обволочь маной нужные строчки лог-файла и отправить их в кристалл или статуэтку.
Я открыл вкладку лог-файла с «личным имуществом» и представил, как мана обволакивает каждую букву, одновременно обволакивая и сам ножик — и попытался вырвать строчки из лог-файла. Ничего не произошло. Тогда я попробовал вместе со строчками оторвать ману и из самого ножика, но и в этот раз ничего не произошло. Зато сработало, когда я работал только со строчками в лог-файле.
Внимание, вы хотите отвязать от себя предмет
«Нож воздушного удара и огненного лезвия»
Желаете отвязать от себя предмет?
Я подтвердил, во вкладке с «личным имуществом» немедленно пропала строчка об этом ноже. Я несколько минут подождал и подал в нож ману, «Система» предложила привязать его к себе. В лог-файле вновь появилась строчка, но результаты оценки пропали. Это не критично, но к оценщику в Настрайске я обязательно загляну.
Я положил нож в рюкзак вместе с одеждой и комплектом сигнальных камней из главной комнаты, где обеденная зона и закуток Улы. Подарок Налдаса работает во внутренней комнате, а несколько дней без сигнального контура Ула уж точно проживёт. Тем более что завтра около входной двери в мои комнаты появится живая статуя одного из фаронов, и будут они посменно дежурить вплоть до моего возвращения, пропуская в комнаты только Улу.
Правая перчатка с материка скверны аккуратно лежала в сундуке. Глупо проводить оценку такой вещи в Настрайске: слишком много посторонних глаз и близость к академии так же оказывает своё влияние.
На следующий день в раннюю рань, пока все спали — я выехал из академии в телегах, отвозивших готовые наргодат в Настрайск. И вечером успел сделать несколько дел.
Сперва забрал вещи из гильдии свободных торговцев, первый тёплый комплект одежды из меха манула и шесть заготовок для бурдюков — тёплой одеждой я воспользовался практически сразу. Весь золотой, из-за длинного густого меха скверного манула, я бы выглядел комично и всенепременнейше привлёк ненужное внимание, но поверх вещей пошита толстая шерстяная ткань, надёжно скрывавшая мех. Было тепло настолько, что я смог даже неспешно прогуляться по улице до ратуши — холод чувствовался, он всё так же пробирал меня, но уже не настолько, чтобы нестись по улицам ошалелой лошадью к ближайшему очагу. Да и нельзя назвать новый комплект достаточным утеплением, если под ним я носил ещё один комплект из толстой шерсти, не считая исподнего, а ещё куртки и ботинок с подогревом.