Страница 2 из 14
Илья затянул ремни, надел шлем, который тут же сдавил голову тисками. В этот момент он краем глаза уловил движение за окном.
Тёмный силуэт скользнул между обломками дороги — что-то низкое, длинное, похожее на зверя, на мгновение мелькнуло и тут же исчезло в тенях.
— Что там? — спросил Илья, не отрывая глаз от окна.
Но ответа не последовало. Караванщик продолжал сидеть с привычно хмурым видом, глаза ловили каждую деталь, пальцы проверяли оружие. Грач поднял голову, прислушиваясь, и пробормотал:
— Лишь бы мираж... — Но интонация выдала, он знал: миражи здесь редкость.
— Контакт? — Мрак оторвал внимание от рации. Голос его был спокойным, почти безэмоциональным, в глазах мелькнуло напряжение.
— Пока нет, — отозвался Грач, припав к прицелу. В напряжённой позе читалась готовность сорваться с места в любую секунду. — Кто-то там точно есть.
Илья сглотнул. Взглянул в бойницу, где за пределами фуры царила густая тьма, рассекаемая лучами прожекторов. Однако парень мог поклясться, что видел, как нечто мазнуло вдалеке — неясная фигура, стремительная, словно тень, рванула между обломками. "Монстры", — мелькнуло у него в голове, и в груди похолодело.
— Это они, — выдавил он, не отрывая глаз от окна.
Грач не обернулся, угол рта дрогнул.
— Ещё не видел, а уже готов в штаны наложить? Дыши, малой. — Тон был обманчиво лёгким.
Илья кивнул, чувствуя, как мышцы тела начинают деревенеть. Пальцы сжали оружие до ломоты в суставах, это помогало удержаться от дрожи.
Когда всё началось, время замедлилось. Первым сигналом стало протяжное завывание. Оно раздавалось издалека — низкое, жуткое, захлёбывающееся. Звук лился из самой глубины пустоши, пробирая до костей. Мрак едва заметно напрягся, глаза уставились в сторону, откуда донёсся этот зловещий зов.
— Приготовиться! — коротко и резко бросил он, перекатывая плечами, будто стряхивая с них невидимый груз.
Илья напрягся, замер на месте. Автомат, который раньше казался лишь инструментом, теперь ощущался как нечто живое, грозное и тяжёлое. Руки вспотели, он несколько раз вытер их о штаны, стараясь вернуть себе контроль. В ушах звенело от напряжения, а слово «приготовиться» отзывалось в голове эхом как предвестие.
Завывание усилилось, превратившись в волны, которые приближались из темноты. Оно уже не было единичным — со всех сторон раздавались рваные крики, дикие, нечеловеческие. С каждой секундой они становились ближе, ночное дыхание пустоши оживало.
— Они здесь, — негромко сказал Мрак, всматриваясь в прибор ночного видения. Он звучал так же спокойно, как всегда, но от этого казался более пугающим. — Пара десятков минимум.
— Хватит, чтобы устроить нам весёлую ночку, — пробормотал Грач, проверяя прицел. В голосе отсутствовал страх, лишь хищная решимость. — Огонь открываем сразу, как подойдут на сто метров.
За бронёй начинался ад, в тишине салона казалось, что весь мир затаился, готовясь к первой вспышке.
Напряжение лопнуло натянутой струной. Из темноты, пронзённой светом прожекторов, выскочил один из монстров. Массивный, с перекошенным уродливым телом, вылепленным из обломков костей и мышц, он замер на доли секунды. Тёмные глаза блеснули, поймав свет, словно оценивая опасность. А потом, срываясь с места, бросился вперёд, направляя всю свою силу на караван.
Через мгновение из теней следом за ним хлынули другие, их было бесчисленное множество. Безликая лавина тел, двигавшихся с нечеловеческой скоростью, вырвалась на шоссе. Их гулкие крики и дикий рёв заполнили ночной воздух, превращая его в симфонию ужаса.
Грохот первых выстрелов разорвал эту какофонию. Передовые машины каравана открыли огонь, трассирующие пули прочертили небо как пламенные ножи, освещая сумрак яркими вспышками. Грач мгновенно занял своё место у пульта управления оружием. Его руки работали слаженно, привычно, он сам был частью механизма.
— Огонь пошёл! — рявкнул он, задавая команды.
— Ох, мать твою! Отойди, малой! — крикнул Мрак, присоединяясь к стрельбе. Карабин выплёвывал пули через бойницу с механической точностью. — Ну давайте, падаль, ближе! — тихо процедил он сквозь зубы.
Илья, пятясь, вжался в холодную стену фуры. Его уши закладывало от оглушительного рёва выстрелов, грохота пулемётов и треска разрывающихся тел. Запах раскалённой стали и пороха наполнил отсек, смешиваясь с горечью страха. Ему казалось, что сама бронемашина ожила — она рычала, выплёвывала трассеры в темноту, крушила всё на своём пути. Он осторожно выглянул из укрытия.
Бесформенные фигуры существ мчались вперёд, безразличные к пулям. Некоторые из них падали, едва приблизившись, остальные продолжали наступление, заполняя пустоты. Они были многочисленны. Желчные просверки глаз этих существ отсвечивали во вспышках огня как огоньки далёких звёзд. У Ильи промелькнула мысль: это не просто существа, а что-то иное, древнее и чуждое, воплощение ненависти.
Поток тварей продолжал двигаться, несмотря на урон. Каждое падение лишь на мгновение ослабляло их натиск, они рвались вперёд, игнорируя погибших сородичей. Время от времени одному из них удавалось приблизиться, пулемёты мгновенно фокусировались, превращая чудовище в кашу. И всё же лавина не иссякала.
— Минута до второго подхода! — прорычал караванщик, сверившись с приборами. Лицо оставалось бесстрастным, в голосе звучала жёсткая решимость. Он продолжал стрелять как хищник, встречающий врага на своей территории.
Илья зажмурился на секунду, чтобы унять судорогу, шум вокруг не позволял расслабиться. Второй подход... Он догадался, что это означало. Чудовища приближались, и их количество превышало число, которое они могли выдержать.
Грач, отправив в темноту короткую очередь, с досадой повернул голову в сторону Ильи, глаза сверкали недовольством.
— Спишь что ли?! Подсекать начинай! — рявкнул он, едва успев вернуться к прицелу и вновь открыть огонь.
Илья вздрогнул словно от пощёчины. Собрав остатки храбрости, поднял автомат и нашёл взглядом ближайшую цель. Монстр, мчащийся по обочине, казался неуловимым пятном в вихре света и тьмы. Руки не слушались, но парень заставил себя нажать на спуск. Оружие ожило, и гильзы с тихим звоном начали осыпаться на металлический пол.
Попал! Монстр резко дёрнулся, потерял равновесие, а затем рухнул на асфальт.
Илья на мгновение замер, сердце забилось ещё сильнее. Он сделал это. Но радости не было. Одно павшее существо ничего не значило, лавина всё ещё надвигалась.
Его пальцы снова сжали спусковой крючок. С каждым выстрелом автомат казался легче, живее, становился продолжением его самого. Грохот был оглушительным, уши звенели, но Илья больше не обращал на это внимания. Всё вокруг слилось в одну огненную симфонию: рёв монстров, хлопки выстрелов, вибрация фуры. Мрак продолжал стрелять, движения были размеренными, машинальными. С каждым новым выстрелом он становился всё спокойнее, глаза — темнее.
В эфире раздался приказ как гром среди ясного неба:
— Форсаж! Всем водителям принять форсаж! — приказ командира Жилина звучал резко, ударом хлыста. В нём не было сомнений, исключительно стальная решимость.
— Форсаж? Чёрт… — пробормотал Мрак, не отрываясь от стрельбы. На лице появилась едва заметная тень тревоги.
Форсаж. Самая крайняя мера, которую применяли, только если бой был бесполезен, а враг стоял смертельной преградой. Задача проста: рвать вперёд на всех парах, выжимать из тяжёлых бронированных машин всё, на что они были способны, пока ревущий двигатель не начнёт глохнуть, раскидывая чудовищ, пробивая себе путь силой скорости.