Страница 99 из 123
— Случайно, сестра. Представляешь, месяц назад захожу на Ютуб и что я вижу? У здания Лотте в Сеуле на синтезаторе играет какая-то девчонка. Меня как обухом по голове! Вылитый Такэда в детстве! Одно и то же лицо! Я, не будь дура, заряжаю своих мальчиков…
— Якудза? — хихикнула императрица.
— Их, их, — согласилась Миоку.
— Будь осторожна сестра. Как бы чего не вышло.
— Они работают за пределами Японии, Масако. Дураков в мире много. Дураков надо учить.
— Ладно. Пока они чего не натворили, не моё дело. Дальше.
— А дальше мне делают коллаж из двух изображений. Девчонки на улице и Такэда в детстве. Этот коллаж я и отправляю АнГи, как сердце чувствовало. Единственная приписка — знак вопроса.
— И?
— Она раскололась! Позвонила, принялась что-то блеять…Короче я взяла Майко и прилетела сюда. Посетила сначала родителей ХёЧжин. Получила кое-какие ответы. Но не все. Поехала к мусумэ и вот там всё и выяснила! Но самое главное было впереди!
— Пока мусумэ рассказывала всю историю, моя Майко моментально сдружилась с девочкой-аутистом. И они сверху со второго этажа, толкаясь задницами внимательно слушали наш разговор!
— Нет, я всё же сначала побью нашу мусумэ. Потом конечно полюблю, но сначала побью. Это ж надо так издеваться над императорской семьёй!
— Грабли обломаешь! — хихикнула Миоку.
— Фи-и! Откуда ты понабралась таких выражений?
— Это не я понабралась. Это Майко научилась.
— Приедет, буду отучать. Принцесса, как-никак.
— А её научила, девочка-аутист. Которая вместе с ней слушала наш разговор.
— Внучка?
— Да. И тоже принцесса…наверное. Если Хито примут её в семью. Впрочем мне всё равно. Она уже моя…
— Миоку, — довольно резко перебила её Масако. — За такие слова, будь мы лет на двести моложе, я бы снесла тебе голову. Лично. Не смотря на всё наше родство. Надеюсь мой ответ достаточно понятен?
— Понятен, — усмехнулась в трубку сестра. — Только патетики поубавь, а то я чуть не испугалась.
— Дальше, — потребовала Масако. — Девочка-аутист, внучка, как её хоть зовут? Эту совершенно невоспитанную принцессу?
— Чхве ЧжунГи.
— ЧжунГи? Это что-то…
— Это примерно Торанэко Такэда Тойода. Кстати Нарухито уже издал указ о возвращении нашей фамилии?
— Он работает над этим. Ага, ага…Торанэко…редкое имя…красивое…тигрица.
— У неё ещё и сценическое имя есть.
— А-а, понимаю. Наверное она трейни у того ИнСона. Майко кстати в школу свою поступила?
— Да. Слава богине. Она тоже стала трейни ИнСона.
— Хм. Майко я ещё могу понять. Но Торанэко ведь наследница? Хотя аутист…извини Миоку.
— Не надо извиняться, дослушай лучше до конца. У ЧжунГи и Торанэко есть сценическое имя и оно вполне тебе известно.
— Издеваешься? Я только сегодня узнала, что у меня есть ещё одна внучка! А ты утверждаешь, что я и имя её знаю!
— Знаешь! В народе её зовут Ли ГопСо!
— Что⁈ ГопСо⁇!! Та самая? Композитор? — разошлась Масако. — Шутишь⁇!!
— Отнюдь.
— Значит не аутист, а гений?
— Очевидно.
— Ну-у, тогда-а…слушай а правда у неё такая классная нэко? — как девчонка полюбопытствовала императрица
— Я её каждый день на руках таскаю, — похвалилась Миоку.
— Ну-у, тогда-а, — продолжила вальяжно тянутьМасако. — Я беру Айко и на следующей неделе прилечу в гости!
— А как же запреты?
— Инкогнито.
— А как же Нарухито?
— Уговорю.
— Мне через АнГи передали, что за девчонкой началась настоящая охота. Мировые лэйблы жаждут получить её талант.
— Сначала Ниппон, а потом мы подумаем! Хай! — воскликнула императрица и отключилась.
— Угу, — тихонько пробормотала Миоку. — Хай-то оно конечно, хай. Только кто за девчонкой присмотрит. Нужно мальчиков организовать. Хотя бы несколько групп. Пусть кружат вокруг неё. Незаметно.
Ночь прошла, беспокойно. Сны какие-то дурацкие снились. Самураи обвязанные одной верёвкой, бегали и рубили других самураев. Ещё что-то непонятное. Какой-то замок или дворец, где эти два чудака привязанные друг к другу, сидят на одном…то ли троне, то ли кресле. Потом один, то ли помер, то ли заснул. А второй куда бы ни пошёл, тянет тело за собой. Брр. Кошмары, короче. А всё, бабка! Как подсела мне на уши со своими историями о предках! Да после ужина! Да во время обязательного вечернего просмотра дорамы! Мы все втроём расположились на диване перед телевизором. Я улёгся и попривычке закинул ноги омме на колени, а локоть руки, которой поддерживал осоловевшую от переедания голову, упёр в бабкины колени. Ну и уставился в телек ничего не соображая. Там всё ещё шла «Зима в Сеуле». Кстати после успеха моего саундтрека, дораму перенесли на вечерние часы. В самый прайм-тайм. Но сюжета моя музыка не изменила. Как и в прошлых сериях, два придурка разного полу, блуждали по окраинам Сеула, в попытке найти друг друга и…наверное уже так послать один другого, чтобы, как говориться, наверняка!
А собо вдруг начала мне тихим голосом рассказывать о семье. Но я иногда замечал, удивлённый взгляд оммы. Что-то она мне вещала о каких-то родах, Такэда, вот это я помнил. Папаню моего так зовут. Потом какие-то хиты или хито…от том что они связаны крепко и навечно. Перевязаны как жгуты, что-то в этом роде. Вообще всё смутно помню. А с другой стороны телевизор бубнит и в голове каша. Ещё про покровительницу матрасов, что-то бабка говорила. Или террасы или терамису? Только ошарашенный оммин взгляд не давал мне окончательно вырубиться. Я кивал поддакивал, не помню чему. Уловил только, что бабка и омма, оказывается принцессы, чего-то там.
— Спаянные одной кровью, связанные одной цепью? — сонно спросила Чжуна.
— Д…да, — запинаясь ответила Миоку. — Как точно ты определила древний девиз нашей семьи. Сама догадалась или подсказал кто?
Но девочка не ответила. Она уже спала.
— Так значит, моего мужа зовут вовсе не Такэдо, а Сору? — спросила ХёЧжин пристально глядя на Миоку. Глаза девушки подозрительно блестели.
— Сору, — подтвердила женщина. — Сору Такэда.
— А я, -всё-таки всхлипнула ХёЧжин, — я ему доверяла. Даже в свидетельство о браке не заглянула. Просто отдала и всё. Он говорил что ему по работе нужно. В бухгалтерии оформить.
— Вы, мусумэ оба друг друга стоите. Ты же до сих пор скрываешь от него дочь?
ХёЧжин обернулась на экран телевизора.
— Значит он, принц крови?
— Как и я, как и ты теперь.
— Пфф. Если б я знала…
— Что? Не полюбила бы? Не вышла бы замуж? — прищурилась Миоку.
— Не знаю, — задумчиво ответила девушка. — Всё-таки принц…это как-то…сказочно, что ли? В наши-то времена.
— Ну и постарайся жить как в сказке! — успокоила её хаха. — Кому такое ещё удастся? Тем более имея уже трёх хаха.
— Трёх? А кто третья?
— Я, АнГи и Масако.
— Им…кха, кха… — поперхнулась ХёЧжин, — императрица?
— Она самая. Она обещала тебя любить. Но сначала побить.
— Побить, меня? За что?
— За неё, — Миоку кивнула на спящую ЧжунГи.
— А! — легкомысленно махнула рукой ХёЧжин. — Она, — снова кивок в сторону спящей девчонки, — меня защитит. Сама кого хошь побьёт.
— Ну и хорошо, — сказала опытная женщина-политик, видя что новости не сильно шокировали дочь. — Пойдём детка, спать. И помни, под тенью Хризантемы, ты всегда желанна.