Страница 38 из 93
***
Июнь 1999 года. Мельбурн.
Гарри стоял у симпатичного коттеджа в пригороде Мельбурна и набирался смелости, чтобы постучаться или позвонить в дверной замок. То, что он собирался сделать, было необходимо, но… он банально боялся, что Гермиона взбрыкнет. Несмотря на то, что она в целом неплохо переносила беременность, даже несмотря на судебные тяжбы, в которые они были втянуты, он не хотел ее нервировать. Вот только будучи сиротой, он никак не мог поверить в то, что кто-то в своем уме может отказаться от своего ребенка, если тому не грозит какая-либо опасность.
Да, Гарри стоял у дома Грейнджеров. Он смотрел на коттедж и кусал губы от напряжения. Раз десять он прокручивал в голове то, как он будет вести с ними разговор. Какие будет приводить аргументы. Даже с каким тоном будет говорить. Но все это было не то.
В конце концов, Гарри плюнул и решил действовать как обычно, напролом. Он же Поттер! Они все любимчики Фортуны и он не исключение. Ведь Гермиона согласилась пойти за него замуж?
Именно с такими мыслями, Гарри постучался в белую дверь с железной табличкой «589». Сперва ничего не происходило, а его сердце билось как бешенное, но потом он услышал торопливые шаги идущего к двери человека и выдохнул. Дверь открылась и перед ним встала статная и весьма симпатичная женщина, внешне полнейшая копия Гермионы, только лет на двадцать старше. Что же. Можно себя поздравить. Лет через двадцать-тридцать, Гермиона будет такой же красавицей, как и сейчас.
— Да? Вы к кому? — спросила его дама, а Гарри… не знал что сказать. Он смотрел на миссис Грейнджер и пытался подобрать слова, но не мог, — молодой человек? — спросила мама Гермионы и Гарри решился.
— Здравствуйте, мэм. Эм…вы — миссис Грейнджер? — спросил он, на что мама Гермионы настороженно осмотрела стоящего на крыльце молодого парня. Он был одет в довольно дорогой костюм и начищенные до зеркального блеска туфли, а в руках держал пакет из явно дорогого магазина. Правда, прическа несколько выбивалась из его солидного вида, но она лишь придавала ему этакого шарма. В конце концов Грейнджеры, как и многие англичане среднего класса, перенявщие многие привычки у аристократии, считали, что у человека воспитанного обязательно должно быть некое «мило чудачество». И воронье гнездо на голове этого молодого мужчины можно было отнести именно к этому.
— Да. Я — Джин Грейнджер. А вы?
— Гарри. Гарри Поттер, — представился он и увидел, как расширяются глаза мамы Гермионы, — простите за внезапный визит, но… я очень хотел поговороть с вами.
— Со мной? — удивленно спросила Джин Грейнджер, внимательно рассматривая того, о котором Гермиона ей прожужжала все уши. Она помнила мальчика из волшебного книжного магазина, одетого в явный секонд-хэнд, в смешных очках велосипедах и невозможно зелеными глазами. Собственно, от всего того образа остались лишь эти самые смешные очки и зеленые глаза. В остальном перед ней стоял молодой, но, видимо, состоявшийся мужчина. Теперь кроме костюма, она заметила дорогие часы и золотые запонки с какой-то хитрой гравировкой.
— Если мистер Грейнджер дома, я был бы очень рад, — ответ Гарри стал для нее еще большей неожиданностью. Зачем они понадобились этому… этому…
— Дорогая, кто там? — раздался из глубины дома голос ее мужа. Вместо того, чтобы ответить, Джин вновь осмотрела стоящего на пороге Гарри и выдохнула.
— Что же… проходите мистер Поттер, — сказав это, она отошла в сторону, впуская явственное напоминание об их педагогической ошибке в дом.
— Прошу вас. Зовите меня просто Гарри. Я… как-то не привык к… «мистеру», — мило смущаясь, попросил он и достал из пакета, что держал в руке, довольно дорогой бренди, — это вам.
— Молодой человек, — вздохнула Джин, — алкоголь не дарят женщине. Только хозяину дома, — попеняла она ему и, заметив явное, не сыгранное смущение, улыбнулась, — неужели никто вам этого не говорил, Гарри?
— Эм… ну… я — сирота, — виновато пожал он плечами, а Джин досадливо поморщилась. Ну конечно. Гермиона говорила об этом. Как она могла забыть!
— Дорогая, что… — в прихожую вошел мужчина лет пятидесяти с седыми висками. Он стоял в дверях и рассматривал одетого в костюм Гарри, явно пытаясь вспомнить о том, где же он его видел.
— Здравствуйте, мистер Грейнджер, — стараясь не заикаться, сказал он, — я- Гарри Поттер. Мне нужно с вами поговорить, — выдал он, максимально уверенно, — вот — это вам, — Гарри протянул хозяину бутылку бренди.
— Поттер, значит, — сказал мистер Грейнджер, прищурившись. Он знал, что косвенно в их всех проблемах был виноват вот этот вот парень, за которым их дочь пошла абсолютно не раздумывая. Вот только сейчас, вспоминая себя каких-то полгода назад, ему не очень-то хотелось устраивать ссору. Тем более, парень явно чувствовала себя виноватым, судя по языку его тела, а Джон Грейнджер, даром что стоматолог, неплохо в этом разбирался, — ну проходи, — сказал он, взяв из рук явно волнующегося парня дорогой премиальный бренди.
— Спасибо, сэр, — сказал он и прошел за ним в гостиную.
— Ты выпьешь чаю, Гарри? — спросила миссис Грейнджер, за что удостоилась косого взгляда мистера Грейнджера.
— Буду очень благодарен, — волнуясь сказал Гарри и, дождавшись, пока отец Гермионы сядет, сел на краешек дивана, — сегодня хорошая погода, да сэр? — спросил Гарри, этим вызвав удивление у мистера Грейнджера, перешедшую в ироничную улыбку.
— Весьма. Хорошее время для прогулок, — сказал он более доброжелательно, — впрочем, это нормальная погода для зимнего Мельбурна.
— Эм… зимнего? — удивленно спросил Гарри.
— Ну да. Мы же в южном полушарии. Здесь в июне — зима, — пояснил мистер Грейнджер, — поначалу было непривычно, но мы с Джин привыкли, — вздохнул Джон Грейнджер, — ну а какая погода сейчас в Лондоне? Как поживает «Старушка Британия»? — продолжал светскую часть разговора Джон, буквально сканируя Гарри взглядом.
— На самом деле не имею ни малейшего понятия об этом, — сказал Гарри и, заметив вопросительный взгляд Джона, пояснил, — дело в том, что с лета прошлого года я переехал в Нью-Йорк, подальше от британской погоды. В Нью-Йорке климат лучше, — сказав это, Гарри заметил заинтересованность мужчины. Впрочем, разговор был прерван появлением миссис Грейнджер с подносом.
— Спасибо, мэм, — кивнул Гарри ей, когда фарфоровая чашка с ароматным чаем оказалась перед ним, а миссис Грейнджер села рядом с мужем. Несколько минут ничего не происходило, присутствующие пили чай и сканировали друг друга из-под прикрытых ресниц, пока Гарри не отложил на половину допитую чашку в сторону.
— Спасибо за чай, миссис Грейнджер, но я уверен, что вы хотели бы узнать цель моего визита, — полувопрос-полуутверждение, прозвучавшее из его уст, не нуждалось в подтверждении, — дело в том, что я… я пришел просить у вас руки вашей дочери, — выпалил он на одном дыхании и с опаской посмотрел на родителей Гермионы, которые с большими глазами смотрели на него.
— Ты ведь тоже волшебник, Гарри? — неожиданно спросил его мистер Грейнджер.
— Да, сэр, — кивнул он.
— А ты знаешь, что она сделала? — задал он второй вопрос.
— Да, сэр. Я знаю, — вновь кивок.
— А чтобы ты сделал на ее месте? — третий вопрос оказался таким же неожиданным как и прошлые два и Гарри, вздохнув, ответил.
— Я не могу ответить на этот вопрос. И не потому что, хочу выгородить Гермиону. Вовсе нет. В моем случае такая ситуация просто невозможна ввиду… обьективных причин, — сказав это, Гарри поймал на себе сочувственный взгляд миссис Грейнджер и недоуменный мистера Грейнджера, который постепенно перешел в понимание.