Страница 5 из 68
Дети… интересно, смогу ли я когда-нибудь обзавестись семьей? Вот же, Герда! Разбередила душу, чего только привязалась?
На крыльце меня встречала Мирта, жена старосты. Очаровательная пухленькая женщина с добрыми, лучистыми глазами. Она с первого же нашего знакомства отнеслась ко мне очень тепло и всегда подкармливала, когда я приходила в деревню. А какие она печет пирожки! Вот и сейчас, подталкивая меня в дом, она щебетала о том, что я слишком худенькая, — «это не так!», — уставшая, — «а это так!», — и мне просто необходимо попробовать ее пирожки с картошкой, — «да!»
— Мирта, что ты ее тащишь, она сама сейчас вперед тебя побежит. Вон как взгляд к твоим пирожкам прилип, — мужчина поднялся из-за стола, встречая нас.
Неправда, я еще под ноги поглядываю, у них тут пороги высокие.
— Здравствуй, Зоран! А ты, никак, пирожков мне пожалел? Хотя я бы тоже такой вкуснотой делиться не захотела.
— Ой, скажете тоже! Обычные пирожки, — махнула рукой хозяйка, а у самой щечки от похвалы заалели.
— Правильно говоришь, Ева. Таких пирожков ты больше нигде не попробуешь, только у моей Миртушки такие мягонькие выходят!
До чего же красивая пара из них получилась! Мягкая, нежная Мирта и серьезный, с тяжелым взглядом Зоран. Они женаты уже лет десять. Тогда, молодая вдова привечала у себя возвращавшегося с заставы в город раненого война. До города мужчина так и не дошел, оставшись у Мирты, которая очаровала хмурого мужчину с первого взгляда. Вскоре они сыграли свадьбу, а следом появились два смешливых мальчишки-погодки, в которых оба родителя души не чают. Десять лет прошло, а глаза так и светятся любовью друг к другу.
Я улыбнулась своим мыслям, наблюдая за воркованием пары. Люблю к ним приходить в гости, тут всегда по-особенному уютно, дом наполнен светом и теплом.
— Зоран, Герда вам передала лекарства, — с этими словами я начала выгружать обозначенное на стол, попутно рассказывая что, для чего, и как пользоваться. — Я сегодня отправлюсь на заставу, потом, скорее всего в Империю, так что в следующий раз наставница сама все принесет. Вы ей когда корзинку с овощами собирать будете, кладите побольше репки, она ее очень любит, а сама не скажет, постесняется, — продолжала напутствовать я.
— И чегой-то ты в такую даль собралась? Ужель у нас плохо живется? — спросила Мирта и присела на скамью.
Расстроилась.
— Чего к девке привязалась? Правильно, пусть едет, мир посмотрит. Я когда служил, много чего хорошего про Империю слышал. Не каждый так о нашем княжестве будет отзываться, как они о своей Империи, — рассказывал Зоран, ласково поглаживая ручку своей жены на своем плече. — Езжай, девочка, обязательно напиши нам потом, правду ли говорят.
— Напишу, — улыбнулась я. — Обязательно напишу!
Взяв с блюда несколько пирожков и приняв от Мирты кружку молока, я вышла на улицу и устроилась перед их домом на лавочке у забора. Пирожки были вкусные, молоко холодное, солнышко припекало, а ветерок слегка шевелил волосы. Красота!
Так я и сидела, наслаждаясь каждым мигом, как произошло это знаменательное событие. На главную дорогу, неподалеку от моей отдыхательной лавочки, спикировали драконы. И саблезубый тигр. И эльф.
— Фууух, упарился, пока тащил эту пушистую задницу сюда! И кто придумал это дурацкое правило, что путешествовать в чужом государстве можно только стационарными порталами или пешком?! — спросил мужчина, который еще секунду назад был огромной красной ящерицей с крыльями.
— Сам знаешь, внутренняя безопасность страны. Настолько тяжелый? Потолстел за зиму? — поинтересовалась черная крылатая ящерица, через секунду приняв человеческий вид.
— Полегче, друг мой! Вообще, мог бы и поровнее лететь, меня почти укачало, — мурлыкнула в ответ «пушистая задница».
На дороге остались стоять пять двуногих представителей долгоживущих рас.
— В следующий раз пешком за нами побежишь, точно не укачает.
— Тебе будет скучно без моих веселых походных историй.
— Вот из-за твоих историй нас и мотнуло пару раз. Как ты только умудрился застать графиню одну? От нее ж муж не отходит ни на шаг.
— Сердце подсказало, — подмигнул бывший большой кот.
— Твое «прозорливое» сердце приведет к тому, что половина будущих имперцев будет щеголять на четырех лапах и с хвостами, — поддержал второй ездовой дракон первого.
— А разве это плохо? Все любят пушистиков! — патетично заметил оборотень.
— Хорош представление устраивать, вы какое впечатление от нашего отряда производите? — вмешался главный, тот, что черный.
— Успокаивающее, безобидное и располагающее к беседе, в отличие от хмурой физиономии Лафа, — подметил ответственный за популяцию пушистиков.
— Хмурая или нет, а графине приглянулась раньше, чем твоя, — подмигнут «хмурый» эльф, который летел на втором красном драконе.
«Близнецы», — подумала я, разглядывая двух почти одинаковых мужчин, которые еще недавно были почти одинаковыми драконами.
— О, и этот отметился. Бедный граф! А вдруг впадет в депрессию, работать не сможет? Кто будет ловить взяточников и казнокрадов?
— Не такой уж и бедный. Тем более такой генофонд ему обеспечили. Оборотни, эльфы…драконы.
— Командир, а ты-то когда успел?! И не стыдно? — возмутился второй близнец.
Так, весело переговариваясь, эта разношерстная компания стала подходить к дому старосты.
Главная боевая пятерка Империи, во главе с самим Рэйнером Де’Сарро. Об этом драконе не знают разве что младенцы. Но это не точно. Красивый, богатый, знатный и совершенно возмутительно неженатый. Он и его команда постоянно мелькают в газетах, причем не только имперских. Совершают подвиги на границе, защищая ее пределы в Империи, предотвращая заговоры и в делах любовных, покоряя девичьи сердечки. Разве что кроме двух красных драконов. Там подвиги исключительно боевые, так как они давно и прочно женаты. И вся эта красота буквально свалилась мне на голову.
Я никогда не разговаривала со столь сиятельными особами, а все пятеро были именно аристократами. Мне вставать нужно, чтобы их поприветствовать или смогут пройти без моего заполошного вскакивания? Пробел, однако, в знаниях. Да и зачем они мне были нужны, в деревне-то? И чего сюда притащились? Вон, солнышко мне все загородили, аппетит испортили.
— Красавица, а где такие вкусные пирожки взяла? Нам бы тоже с дороги перекусить, — обратился ко мне главдракон.
— Мирта, жена старосты печет, — махнула на дом рукой, — только вам может и не достаться, Зоран крепко охраняет это сокровище от посторонних, насилу несколько урвала.
С места я так и не встала, но на это, вроде, не обратили особого внимания. Дракон отправил своих в дом добывать пропитание, а сам зачем-то пристроился рядом со мной на лавочку. И стянул с платочка последний пирожок. МОЙ ПИРОЖОК! Сказать, что мой взгляд был полон негодования — это ничего не сказать. Очень хотелось возмутиться, но у меня даже слов не находилось!
А тем временем, этот негодяй одним укусом отхватил половину добычи и блаженно зажмурился.
— Действительно сокровище, очень вкусно! — невинно сообщил мне этот воришка, доедая мой обед.
Кружку с оставшимся молоком я отодвинула подальше, на всякий случай. Маневр не остался незамеченным.
— Жадина, — констатировал Де’Сарро.
— О вас забочусь, я же уже пила из этой кружки! — опровергла я обвинение.
— Я не брезгливый.
— А вдруг я болею?
— Болеющая ведьма? С трудом верится.
Двое сидели рядом друг с другом и разглядывали каждый своего собеседника. Он прямо, она украдкой. Он видел перед собой молоденькую девушку с длинными светлыми волосами, заплетенными в косу, которые скрывала косынка, и серыми, наглыми, хоть и пыталась это скрыть, мерцающими глазами на конопатом личике. В цветастом платье. На руках было множество браслетов из пестрых бусинок. Наряд чем-то напоминал традиционные одежды кочевых народов степи. Стройная, но не хрупкая. Высокая, но по человеческим меркам. Носом ему в грудь упрется. И очень подвижная, где-то даже суетливая. Занятная.