Страница 12 из 27
А является ли опрос устройств, производимый BIOS или операционной системой при загрузке, аналогом рефлексии? Нет. Из него не следуют малопредсказуемые реакции на недостатки и достоинства, осознаваемые программной средой. А слабо вставить в ОС блок, который при загрузке машины будет оценивать ее конфигурацию, сравнивать ее с чем-то, чему-то радоваться, чему-то огорчаться? Если такой блок будет выпрашивать у пользователя апгрейд, он порадует производителей железа. Еще он сможет обеспечить сбой при обращении к слабым функциям… А как обеспечить гиперкомпенсацию? Задействовать Интернет? С сетевой лотереей недостающего железа (в ходе которой, как всегда, в выигрыше останутся организаторы)? Ну что, тяга к азартным играм – тоже одна из человеческих особенностей, пока не присущих компьютерам. Какие еще есть идеи?
Иррациональность человека проявляется в том, что его недостатки (как действительные, так и мнимые) сильнее определяют его сущность, нежели его достоинства. Компьютеры до убожества рациональны. Исправим?
ТЕМА НОМЕРА: Колхоз – дело добровольное…
Автор: Юрий Романов
Говорят, первые самородки на Клондайке находили прямо на берегах ручьев. Старатели особо даже не 'старались' – увидел, нагнулся, поднял. Поэтому, во избежание лишних жертв и расхода дефицитных боеприпасов, считалось нормальным бродить в одиночку. В крайнем случае, вдвоем – пока один собирает, другой сторожит.
Правда, все это быстро закончилось. Все самородки перекочевали в заплечные мешки первопроходцев, а тащить на себе даже 'малый джентльменский набор': кирку, пару лопат, сито, чайник, брезентовую палатку, меховой спальник, еду и, разумеется, 'винчестер' – удовольствие сомнительное. Стали ходить бригадами…
Этому периоду американской истории мы обязаны появлением не столько аляскинских миллионеров (как выяснилось вскоре, золота там было не так уж много), сколько нескольким замечательным книгам, посвященным дружбе, взаимопомощи, командному духу и… злобному эгоизму, амбициям одиночек да комплексам неполноценности неудачников-индивидуалов. В общем, мы кое-что узнали о себе.
Когда золотая мелочь закончилась, понадобились драги. Драгу на себе не унесешь. Да она и не всякой артели по карману. Наступал скучный период промышленной добычи, время консорциумов, синдикатов, ценных бумаг, но и… добычи такого количества металла, о котором любой старатель и мечтать не смел.
В общем-то, в других областях нашей деятельности происходит то же самое. Два-три первых блестящих результата – всегда добыча первопроходца. И в науке. И в технологии. Дальше начинает чего-то не хватать. Или способностей, или денег, или даже времени жизни отдельно взятого человека… Здесь-то все и начинается. С одной стороны, надо бы объединяться в команду, в колхоз, но… Неохота делиться, вот в чем проблема.
Один из самых беспроигрышных сюжетов голливудского кинематографа – история сколачивания команд: 'обтесывание' успешных зазнаек, воодушевление комплексующих скромников, энтузиазм коллективного труда и огромная радость общей, командной победы.
Сегодняшняя тема номера – о командной работе в науке и высоких технологиях. Следует ясно понимать: мы живем в эпоху, когда почти все сколько-нибудь значимые продукты научного или инженерного труда не по силам, не по знаниям и не по карману никому из нас [Бьет по самолюбию? Но это правда], составляющих огромную команду под названием Человечество. Чувствовать ли себя членом этой команды, быть ли им – вопрос отдельный.
Что и зачем?
Автор: Потребеников Юрий
Вкратце расскажу о нашем участии в цикле экспериментов под общим индексом NA48 в ЦЕРНе, нацеленном на поиск прямого нарушения пространственно-зарядовой четности (CP-нарушения) в распадах каонов.
Начало сотрудничеству в этой чрезвычайно важной программе положил случай. На одном из международных совещаний, проведенном в 1991 году в Протвино, на обеде за одним столом оказались блестящий специалист по управлению пучками частиц из ЦЕРНа Нильс Добл и советский физик из ОИЯИ Владимир Кекелидзе. Разговор зашел о том, что группа высококвалифицированных специалистов из различных институтов Западной Европы готовит в ЦЕРНе интереснейший эксперимент, призванный дать ответ на один из фундаментальных вопросов современной физики и объяснить отсутствие в видимой вселенной антимиров. Одним из важнейших элементов эксперимента должен был стать уникальный по характеристикам электромагнитный калориметр, для создания которого требуется огромное количество (сопоставимое с годовым объемом выпуска в мире) сверхчистого жидкого криптона. Заинтересовавшись поставленной задачей, Владимир Кекелидзе предложил попробовать произвести криптон в России. Ценой огромных усилий, вылившихся в создание специализированного завода под Екатеринбургом с полной технологической цепочкой производства сверхчистого криптона, под контролем специалистов из ОИЯИ за два года было изготовлено и доставлено в ЦЕРН 23 тонны жидкого криптона сверхвысокой чистоты.
Научно-методическое сотрудничество двух международных физических организаций на этом, к счастью, не закончилось. Оказалось, что на Западе не так-то просто изготовить для разрабатываемого калориметра криостат – большую алюминиевую бочку диаметром более 3,5 м со сложной системой вваренных в нее фланцев. И за эту задачу взялись специалисты из ОИЯИ под руководством Кекелидзе, параллельно включившись и в работы по моделированию будущего эксперимента. Впервые к научному проекту, предусматривающему участие в разработке и производстве криостата таких организаций, как НИКИЭТ и завод им. Хруничева, были привлечены средства созданного к тому времени Международного научно-технического центра. Полученный на эту работу грант был использован с чрезвычайно высокой эффективностью и позволил поставить в ЦЕРН требуемый криостат в определенный проектом срок с точностью до одного дня.
Кроме того, сотрудники ОИЯИ провели ряд методических работ, связанных с исследованием возможностей калориметра, с его калибровкой и реконструкцией зарегистрированных в нем событий. Объем и высокий уровень выполненных исследований к моменту начала эксперимента, а также вышеупомянутый материальный вклад, послуживший как бы входным билетом, позволили специалистам ОИЯИ войти в международный коллектив экспериментаторов из семи стран и приступить к анализу накопленных в эксперименте данных одновременно с другими, уже сформировавшимися группами. Благодаря этому, одной из шести групп, получивших главный результат эксперимента NA48, оказалась и группа физиков из ОИЯИ. Важно было и то, что опосредованно – через ОИЯИ – в этом престижнейшем эксперименте смогли участвовать не только российские, но и грузинские, казахские и болгарские физики. Опыт совместных работ в дальнейшем позволил физикам из ОИЯИ совместно с итальянскими учеными предложить и довести до эксперимента NA48/2 новую программу исследований зарядовых асимметрий в трехпионных распадах заряженных каонов. Лидером этого эксперимента организованная коллаборация избрала сотрудника ОИЯИ Владимира Кекелидзе, а на ряд важных и ответственных позиций назначила специалистов из Дубненской группы.
Очевидно, что в настоящий момент главными в физике частиц являются готовящиеся исследования на большом адронном коллайдере (LHC) в ЦЕРНе. И прежде всего – эксперименты ATLAS и CMS, основной задачей которых считается поиск бозона Хиггса, ответственного за один из механизмов передачи электрослабого взаимодействия в общепринятой в этой области науки Стандартной Модели строения вещества. В этих экспериментах (стоимость которых приближается к миллиарду швейцарских франков) на специально построенном для них ускорителе стоимостью более $10 млрд. планируют участвовать около пяти тысяч физиков не только из Европы, но и Америки, Азии и даже из Австралии.