Мокруха

— Блядь.

— Именно. В любом случае — она не хотела много об этом говорить. Просто сидела на футон, поджав ноги...

— Она всегда так сидела, если место было.

— ...и глядела в ящик. Не мигая. Она посмотрела подряд четыре ситкома, но ни единой шутке не улыбнулась. Когда я уходил на встречу следующим утром, она всё ещё была там, на футон. Заснула. Я потом позвонил. Митч сказал, что она ушла. — Джефф сделал паузу, хрустя коленными суставами и глядя в никуда. — Я... наверное, у меня настроение было хреновое, потому что я наорал на Митча по телефону, сказал ему, чтоб искал себе работу и какую-то профессию. Или пускай-де проваливает назад в школу. А когда я вернулся, его тоже не было. Он даже записки не оставил. Ничего не сказал. Я не связываю его исчезновение с пропажей Эми. Может, и вправду нет связи. Наверное, нет...

— Как это так вышло, что я об этом только сейчас узнаю?

— Потому что Эми просила меня не говорить. И потому что я знаю, что ты иррациональный ревнивец. Я хотел сказать, что в жизни пальцем её не коснулся, но если бы рассказал тебе, что она была у меня, ты бы меня всё равно изжарил на медленном огне. Ты можешь развестись с женой или расстаться с подружкой, а три года спустя всё ещё будешь её ревновать. Даже если это ты бросил её. как обычно и происходит.

Прентис сморгнул.

— Это касается друзей. Не выношу, когда кто-то из моих друзей спит с моими бывшими. Не знаю, отчего меня это так беспокоит, всё-таки экс есть экс, должна быть, но...

Телефон звякнул, Джефф подскочил и рванулся к столу.

— Алло?

Пауза. Он навис над телефоном, как гриф над падалью, совсем рядом с Прентисом.

— Где? Центр для несовершеннолетних? Господи. А какой? Он полез за карандашом и жёлтым отрывным блокнотом.

— Ясно. Спасибо. Спасибо, офицер, я...

Повесив трубку, он пожал плечами.

— Лос-анджелесская полиция не тратит время на телячьи нежности. Они просто вешают трубку, когда болтать больше не о чем. Кажется, Митч в ЦСН. При нём обнаружили препарат, оборот которого ограничен, и бла-бла-бла.

— По крайней мере, мы знаем, где он...

— Хочешь со мной? Посмотрим, удастся ли нам до него добраться. Может, я добьюсь, чтоб мне его выдали на поруки.

Джефф, казалось, расслабился и был даже счастлив, что брат в ЦСН.

Он уже выходил за дверь, когда телефон снова зазвенел. Оказалось, тот самый коп, с которым Джефф только что общался. Джефф выслушал и сказал:

— А какого чёрта вы не... Алло? Бля.

Джефф снова переключился в режим замедленного повтора: он вешал трубку, садился в кресло и принимался рыться в бородке медленно, точно его смолой залили.

— Ну что стряслось? — поинтересовался Прентис.

— Его увезли в госпиталь. А потом он из этого ёбаного госпиталя сбежал. Никто не знает, где он сейчас.