Мир для Мирры

22. Рай

Сегодня нас посылают собирать странное растение. Передо мной- огромнейший прозрачный купол, внутри которого- большие поля, нет, целые плантации синевато-лазурных цветов. Они прекрасны, словно огромное небо под ногами, завораживают , манят своей яркостью и красотой.

На меня и других девушек одели в защитные костюмы и противогазы- такие я видела в нашем трущобном гетто на полуистлевших от времени плакатах с информацией об опасности заражения после взрыва. Под страхом смерти нам запрещено снимать с себя хоть что-нибудь. Жалко, стеклянный купол над плантацией создаёт парниковый эффект, липкий пот заливает брови, глаза, а вытереть его никак не получается. Все лишь время от времени как припадочные машут головами, чтобы сбить назойливые капли, так и норовящие затечь в глаза.

Я везу свою тележку, полную цветов, к выходу. Вдруг вижу в одном из домов лёгкое движение занавески- снова та маленькая девочка. Она наблюдает за нами- отсюда я вижу лишь ее маленькую головку, сосредоточенно пытающуюся что-то рассмотреть. Я улыбаюсь и, почти незаметно , машу ей рукой, а после тут же делаю вид, что прикрываю глаза от слепящего солнца. Вздрагивая, она замирает на минуту, а затем робко машет мне в ответ. Один из охранников, чье лицо скрыто под огромной кислородной маской, больно толкает меня автоматом в спину:

-Давай, пошла, чего встала?!

Я иду вперёд. Бросаю последний взгляд на домик- окно уже закрыто занавесью.

Этой ночью я долго думаю о той девочке- кто она? Почему она здесь? Неужели? Мне даже страшно это представить- она здесь в таком же плену, как и мы?! Она ведь- ребенок! Я невольно ассоциирую ее с Улей. Как она там? Что с ней? Я больше ничего не знаю о сестре.

Я даю себе слово разузнать об этой девочке хоть немного. Помочь ей ( горько усмехаюсь- какая помощь от той, кто не в силах помочь самой себе). Но в мозгу как заведенная звучит одна мысль " я сделаю, что смогу. Ради Ули. Может быть, кто-то сейчас рядом с ней поможет и ей в ответ?". Нет, вряд ли. Сейчас проявить доброту для многих равнозначно проявлению слабости. Страх владеет сердцами и умами людей, вынуждая их вести себя хуже, чем они есть на самом деле.

Я захожу обратно, толкая пустую тележку перед собой. И вижу, как девушки столпились вокруг одной из нас. Она лежит на полу, хохоча и смеясь, как безумная. Ее противогаз валяется неподалеку. Ее глаза....Они напоминают мне глаза отца, когда тот получал очередную порцию наркотика. И тут мой взгляд падает на лазурные лепестки, хаотично рассыпанные рядом с ней- так вот он, Рай! Вот из чего производят эту дрянь, что убила едва ли не больше людей, чем вспышка. Синтезируют из этих цветов! Окидывая глазами огромную плантацию, я понимаю теперь, что с ее помощью Дем может управлять всем миром. Зло во плоти, цветы так прекрасны, словно насмешка небес. Ибо кажется, что такая красота не может нести в себе смерть. Только жизнь- яркую и насыщенную красками как нежные лазурные лепестки рая.

Охранники выволакивают девушку на улицу, к ней уже спешит доктор. Он держит руку на ее пульсе, открывает уже почти закатившиеся глаза, затем пытается разжать ее сведенный судорогой рот, и лишь качает головой:

-Ей осталось пару часов. Она их ела.- он кивает на ее мертвенно-синий язык. Грудная клетка девушки опадает все с меньшей амплитудой. Она угасает на глазах. Ее безумный взгляд фокусируется на ее подруге ( " подруга"- громкое для этого места слово. Но я часто видела этих девушек вместе, помогающих друг другу, утешающих). И она из последних сил указывает той глазами в сторону купола, словно делая знак " вперёд, давай". И тут до меня доходит- она хотела умереть! Несчастная планировала это, зная, что лишь таким ужасным образом сможет освободиться. Ее подруга, еле заметно кивнув в ответ, испуганно всхлипывает, озираясь вокруг. Ее взгляд такой же пустой и безжизненный, как и у умирающей. Я понимаю, что и она решилась. Что она- следующая. Осталось лишь выждать время, когда нас вновь отправят собирать манящую сладковатым ароматом смерть. Понимаю...и не могу ничего сказать, возразить, разубедить. Я и сама в шаге от того, чтобы сдаться, опустить руки, пойти на дно. Только Уля- мой спасательный круг. Я должна жить. Жить ради нее.