Взята

Ткань из мягчайшего хлопка. Взглянув в зеркало понимаю, что оно не прозрачное. Я надеваю сандалии, и вижу, что мой взгляд мягкий. Очень женственный. Бирюза дополняет мою кожу и волосы.

Я заглядываю под салфетку в поисках нижнего белья, но, похоже, там его нет. Что, вероятно, к лучшему, так как я все равно не думаю, что смогла бы надеть что-нибудь сегодня.

Вернувшись в ванную, я расчесываю волосы и укладываю их на плечи. Мне нужно попросить у него несколько заколок, резинок для волос или что-то в этом роде. Я привыкла, что мои волосы убраны с лица и шеи, особенно летом.

Предполагая, что я потратила чуть больше пяти минут, которые мне были отведены, я открываю дверь и впервые выхожу в коридор. Я смотрю направо, налево и вверх. В доме есть еще один уровень, и на этом этаже, насколько я вижу, семь комнат. Я не уверен, что это шкаф для белья или ванная комната, может быть, прачечная. Все двери закрыты.

Наш дом на родине тоже большой. Это было в семье на протяжении многих поколений. Но напротив этого дома он старый и нуждается в ремонте, целые секции закрыты, и зимой там всегда слишком холодно, а летом слишком жарко.

Я делаю несколько шагов и оказываюсь на вершине широкой, роскошной лестницы. Себастьян внизу. Я вижу его в том, что, как я предполагаю, является гостиной, и он разговаривает по телефону. Я спускаюсь вниз. Он смотрит на меня, когда слышит, как мои каблуки стучат по лестнице.

Когда я добираюсь до первого этажа, оглядываюсь. Он заканчивает свой звонок. Большая гостиная находится с одной стороны, большая столовая с другой с длинным прямоугольным столом, который выглядит так, как будто на нем может разместиться более дюжины человек.

Французские двери ведут наружу из каждой комнаты, делая пространство светлым.

Парадные двери роскошные, дерево светлого цвета, резьба замысловатая, каждая дверь составляет половину нарисованного на ней гигантского символа с двумя меньшими в каждом нижнем углу.

Себастьян подходит ко мне, и я наблюдаю, как он оглядывает меня и одобрительно кивает. Он одет небрежно, в джинсы и футболку, как и вчера. И снова я вижу татуировки. Мне требуется минута, чтобы отвести свой взгляд.

Я прочищаю горло в неловкий момент.

— Что это такое? - спрашиваю я, указывая на дверь.

— Фамильный герб Скафони.

— Ух ты. Это на случай, если ты случайно подойдешь не к тому дому?

Он улыбается, кладет руку мне на поясницу, и от соприкосновения кожи с кожей во мне пробегает небольшой электрический ток. Это происходит мгновенно и быстро, и мне интересно, чувствует ли он это вообще.

— Этого никогда не будет. Мы - единственный дом на острове.

Остров. Вау. Они владеют долбаным островом.

— Я думал, мы в Венеции.

— Так и есть. Это Изола Анабель, один из островов Венеции.

— Ой, - я знаю, это звучит глупо, но, честно говоря, я никогда не думал ни о чем, кроме собственно Венеции, когда думал о ней.

— Это гостиная. Тебе здесь рады в любое время. Столовая, то же самое. Хотя я советую тебе оставаться в своей комнате, когда меня нет в доме.

— Потому что ты мой единственный союзник?

Он прищуривает глаза, одаривая меня улыбкой, которая предупреждает меня следить за собой, и продолжает: — Любые двери, которые закрыты на любом этаже, запрещены. Не позволяй мне поймать тебя ни в одной из этих комнат.

Я поворачиваюсь к нему лицом, встречаю его угольный взгляд. Должно быть, он побрился сегодня утром, потому что я впервые вижу его без щетины на подбородке.

— Или ты пошлешь свою мамочку выпороть меня? - я не могу не спросить, хотя знаю, что не должна этого делать.

— Не-а, - говорит он, наклоняясь ближе, заправляя прядь волос мне за ухо. Он изучает меня так же пристально, как и я его. Интересно, что он видит? - Я сам тебя выпорю.

Его рука на моем локте, пальцы сжимаются вокруг него.

Дрожь пробегает по мне, и я не знаю, его ли это дыхание на моей шее или сами слова: сделай это. Я смотрю на него, сглатываю, моя улыбка исчезает по мере того, как его растет.

— Ты не выиграешь со мной, Хелена.

— Я не сдамся без боя, Себастьян.

— Тогда выбирай свои сражения с умом, иначе ты измотаешь себя еще до того, как мы прибудем на поле боя.

— Мы прибыли на поле боя в тот момент, когда меня заставили встать на плаху, чтобы меня тыкали и подталкивали, как будто я была скотом.

— Если ты не будешь осторожна, это не будет препятствием, на которое я тебя поставлю.

Я останавливаюсь, ответа нет, его вчерашние слова слишком свежи в моей памяти.

Он имеет в виду столб для битья.

Кто-то прочищает горло, и рука Себастьяна сжимает мой локоть.

— Хелена, это Реми. Он что-то вроде дворецкого. Если тебе что-то понадобится и ты не сможешь найти меня, ты найдешь его, понятно?

Я поворачиваюсь к Себастьяну и чувствую, что он имеет в виду больше, чем говорит.

— Он тоже мой союзник? - я спрашиваю.

— Надейся на меня, - говорит он, представляя меня Реми, который улыбается и кланяется.

Затем он ведет меня к вращающейся двери, которая ведет в очень большую кухню. Бело-голубая плитка очень хорошо выглядит, и есть дровяная печь, где лепешки пыхтят по мере необходимости.

Прилавки выглядят бетонными и очень современными, как и бытовая техника. Есть огромный остров, где повар стоит над варочной панелью, помешивая в кастрюле. От исходящего от него запаха у меня слюнки текут.

Она старше, и ее седые волосы собраны сзади в пучок. Ей нравится держать руки на фартуке вокруг яблочных чипсов, и она нуждается в приветствии.

— Это Мириам. Она наш повар.

— Приятно познакомиться, - говорю я, подходя ближе, чтобы заглянуть в кастрюлю.

— Что это? - я спрашиваю, хотя я не хочу казаться заинтересованной в чем-либо, что он должен мне показать.

Она отвечает по-итальянски и, пока он переводит, опускает ложку в бульон и протягивает мне, чтобы я попробовала. Она делает движение, чтобы я подула на нее, и, я понимаю, она мне уже нравится.

— Запас для сегодняшнего супа, - говорит Себастьян, - Это вегетарианское блюдо. Ты ведь вегетарианка, верно?

Я бросаю на него ошеломленный взгляд.

— Да. И это восхитительно, - говорю я, адресуя последнюю часть Мириам, которая гордо улыбается. Я не благодарю его за то, что он согласился с моей диетой.

— Я дам тебе знать, где ты будешь обедать каждый день. Если ты пропустишь прием пищи, ты ждёшь до следующего. Запомни это.

— Не пропускать прием пищи, иначе меня отправят спать без ужина. Поняла.

Он улыбается, и его рука сжимает мою руку немного крепче. Я следую за ним через открытую дверь на яркий солнечный свет. Стою с минуту, наслаждаясь его лучами, его теплом. Отсюда я могу видеть на расстоянии, что одна из трех лодок исчезла. Он следит за моим взглядом.