Страница 276 из 572
— Вы двое должны прекратить это, — улыбнулся он, — мы все знаем, что вы смотрели бы на меня свысока, если бы я нарушил обещание с кем-то только потому, что вы пригласили меня на свидание."
Счастливые улыбки Риас и Соны сменились смущенными вскоре после того, как Джеймс указал на их истинные чувства. Однако счастье, которое приносили поглаживания по голове, все еще было заметно на их лицах.
— В любом случае, Мастер, не могли бы вы связаться с Подземным Миром и поинтересоваться, что они хотят сделать с этими трупами?" — спросил Джеймс, увидев изменение выражения на лицах своих невест.
Скатах кивком согласилась. Она отошла от шума всех болтающих людей и связалась с Подземным Миром с помощью магического круга связи. Вскоре после того, как Скатах дистанцировалась от группы, всеобщее внимание было привлечено в определенном направлении.
— Просто оставь меня в покое!" — Акено сердито закричала.
Услышав этот крик, выражения лиц Джеймса и Риас изменились к худшему. Даже у Соны появилось довольно несчастное выражение. И все трое бросились в направлении крика Акено.
Несколькими мгновениями ранее Баракиэль пытался вовлечь свою дочь в разговор. Не добившись успеха в светской беседе, он перешел к более агрессивному подходу.
— Я запрещаю тебе продолжать встречаться с этим парнем! Как такой плейбой может быть достаточно хорош для тебя?!"
— И на кой мне нужно твое разрешение?" — спросила Акено, наконец нарушив молчание.
Удивленный тем, что получил ответ, Баракиэль решил попробовать ковать железо, пока оно горячо.
— Потому что я твой отец. И ясно, что этот пацан плохо к тебе относится, — строго ответил Падший, — ты заслуживаешь того, кто будет любить тебя и только тебя."
Вместо ответа Акено просто закатила глаза и отвела взгляд. Она сочла аргумент Баракиэля бессмысленным. Она знала, что вначале Джеймс даже не хотел отношений ни с одной из девушек, которых он принимал. Однако, когда он наконец принял чувства тех, кто явно заботился о нем, он совершенно ясно дал понять, что у него будет больше одной женщины. И ни разу он никого не заставлял быть с ним и никого не просил мириться с этими гаремными отношениями.
Заметив, что Акено игнорирует его, Баракиэль разозлился. Даже если бы он не был рядом с ней, он все равно был ее отцом, она должна проявлять к нему уважение, которого он заслуживает.
— Почему ты не можешь понять, что этот пацан токсичен! Ты даже не принадлежишь к его Свите! У него должен быть скрытый мотив так хорошо к тебе относиться!"
Выражение незаинтересованности Акено медленно начало превращаться в презрение. Хотя она так и не простила своего отца, в глубине души она понимала, что тот факт, что его не было рядом, когда была убита ее мать, не был его виной. Что касается того, что он не пришел спасти ее после того, как она была в бегах, ее это давно перестало волновать. На самом деле, она счастлива, что он не появился тогда. Иначе она никогда бы не встретила людей, которые ей сейчас небезразличны. А то, как Баракиэль постоянно оскорбляет не только человека, которого она любит больше всех, но и того, кто спас ее, когда она была на самом дне, заставляет ее терпение иссякать.
В конце концов, ее терпение лопнуло.
*Хлоп!*
— Просто оставь меня в покое!" — Акено сердито закричала.
Баракиэль был ошеломлен пощечиной от своей дочери, но стоило его разуму осознать все, как он пришел в ярость. Однако, стоило ему встретится взглядом с Акено и увидеть неприкрытую ненависть и слезы, скопившиеся в ее глазах, он понятия не имел, что делать.
— Ты действительно думаешь, что имеешь право называть себя моим отцом?! — Химэдзима закричала во всю мощь своих легких. — Не смеши меня! Конечно, это не твоя вина, что тебя не было, когда появился клан Химэдзима, чтобы убить нас. И да, это не твоя вина, что мама пожертвовала собой, чтобы уберечь меня. Черт возьми, я перестала обвинять тебя в этом много лет назад. Но где, черт возьми, ты был, когда за мной охотились по всей Японии?!"
Видя выражение лица дочери и полные ненависти слова, которые она изрыгала в его адрес, Баракиэль не знал, что сказать. Тем не менее, он все еще верил, что Джеймс не подходит ей. Однако, прежде чем он смог что-то сказать дальше, Акено продолжила.
— И ты утверждаешь, что Джеймс использует меня в своих интересах? — спросила она с презрением в голосе. — Тогда позволь мне спросить тебя... Чего бы он этим добился?"
И снова ответа у него не было.
— Он богаче нас обоих, — продолжила она, — его социальный класс высок. Он ученик величайшего учителя героев в кельтских преданиях. Он сильнее всех в вашей организации. И у него есть множество женщин, которые так же красивы, если не красивее меня. Итак, еще раз, что он выигрывает, пользуясь мной?"
Акено, задав свой вопрос, скрестила руки под грудью и с отвращением уставилась на Баракиэля. А тот, увидев выражение глаз своей дочери, пришел в ярость. Однако он понимал, что сказанное ею было правдой. Вдобавок ко всему, он понимал, что ведет себя иррационально. Поэтому промолчал.
К сожалению, Акено была слишком зла, чтобы позволить всему так закончиться.
— Я дала тебе шанс объясниться и защититься, но ты ничего не сказал, — сказала девушка с еще большим презрением в голосе, — мы оба знаем, что то, что я сказала, было правдой. И мы оба знаем, что ты ведешь себя иррационально. Но ты даже не можешь извиниться, когда ты неправ."
Затем Акено покачала головой, прежде чем продолжить устрашающе спокойным тоном.
— Ты можешь быть образцовым солдатом и подчиненным, — произнесла она, прежде чем отвернуться, уходя, она холодно продолжила, — но как отец... ты дисквалифицировал себя много лет назад. И как мужчина, я не могу представить, почему мама вообще вышла за тебя замуж. Но я и рада, что она это сделала..."
После того, как Акено спросила, почему Шури вышла за него замуж, Баракиэль полностью потерял контроль над своим гневом. Он перестал слушать язвительные слова дочери и рванулся вперед. Схватив ее за руку, он развернул Акено лицом к себе.
— С меня хватит твоего неуважения!" — крикнул он, замахиваясь поднятой рукой на лицо дочери.
Не ожидая, что Баракиэль действительно нападет на нее, Акено не была готова защищаться. Поэтому она приготовилась принять атаку и закрыла глаза. Однако ожидаемой пощечины так и не последовало. В конце концов, она открыла глаза и была удивлена тем, что увидела.
Баракиэль был окружен тремя людьми, с которыми она была знакома. Правую руку Баракиэль удерживал на месте Джеймс. Выражение его глаз кричало, что ничто в этом мире не сделало бы его счастливее, чем убийство Падшего Ангела у него на глазах. Позади Баракиэля стояла Риас с [Силой Разрушения], сконцентрированной на кончике ее указательного пальца правой руки, который находился в опасной близости от задней части шеи Падшего. И последней была Конеко, которая была во взрослой форме, с показанными кошачьими ушами и хвостами, а перед ее ладонью плавал столб белого пламени, нацеленный в сердце мужчины.
— Баракиэль, не заставляй меня убивать тебя, — сказал Джеймс ледяным тоном, — я знаю, что ты злишься. Черт возьми, я знаю, что Акено зашла немного слишком далеко с последним комментарием. Но почему бы тебе не попробовать подумать с ее точки зрения? Ты бросил ее на восемь лет и пытаешься вернуться и контролировать ее. Ты действительно неудачник как отец."
После этого Баракиэль немного сдулся. Он высвободил силу в руке, которой пытался ударить Акено, и понял, что все, что сказали Джеймс и Акено, было правдой. Осознав это, он опустил голову с явной депрессией на лице.
— Теперь, я думаю, будет лучше, если ты уйдешь." — сказал Алаверус, как только намерение Баракиэля причинить вред Акено рассеялось.