Страница 64 из 86
– Деннис не очень-то одобрял твой роман с Бобби Клинчем, верно? Я хочу сказать, что такая сексуальная штучка высокого класса, как ты, не могла, с его точки зрения, путаться с таким деревенщиной, ловцом окуней.
– Что? – Лэни уже выглядела удрученной, а не наглой, как раньше.
Джим Тайл сказал:
– Твой брат убил Роберта Клинча. Он нанял для этого двоих. Они поджидали его на Енотовом Болоте в то утро, набросились на него, потом потопили лодку, чтобы все считали это катастрофой. Деннис хотел, чтобы все думали, что за этим стоит Дики.
– Нет, – сказала Лэни. Ее глаза остекленели.
«Она действительно не знает, – подумал Декер. – Если это игра, то это лучший спектакль в ее жизни.»
– Бобби не мог поймать людей Дики на мошенничестве, – сказала она неуверенно. – Люди Дики были слишком ловки для него. Деннис был нетерпелив, он слишком сильно понукал Бобби. Потом... ну вот...
– Он узнал, что у тебя роман с Бобби.
Лэни слабо рассмеялась.
– Он ничего не имел против моих романов ради спортивного интереса. Каждую ночь другой партнер – пожалуйста, он не сказал бы ни единого слова. Но когда доходило до чего-нибудь серьезного, он всегда вел себя странно. Как и в том случае, когда Бобби сказал, что хочет расстаться с женой и уехать со мной. Деннис разъярился. Но он никогда бы не сделал того, о чем ты говоришь. Никогда!
Декер сказал:
– Лэни, ты была ему больше нужна, чем Бобби.
– Для чего, Декер? Нужна для чего?
– Чтобы подцепить меня, – Декер постучал по груди.
Теперь Лэни уже плакала. Это были не самые лучшие слезы, какие доводилось видеть Декеру, но все-таки они выглядели достаточно убедительно.
– Что ты говоришь? – слышалось вперемежку с рыданьями. – Ты думаешь, я занималась блядством ради брата? Я была небезразлична к Бобби, ты мне не веришь, но это правда.
Джим Тайл не двинулся с места. За те годы, что он прокалывал талоны водителей, он наслушался множество всевозможных рассказов о несчастьях. Со своей обычной невозмутимостью он спросил:
– Когда вы разговаривали с ним в последний раз?
– С Бобби? Я видела его в вечер накануне смерти. Мы с ним зашли выпить в одно местечко возле Вабассо. Там еще подают креветки.
– Он говорил вам, что собирается на озеро?
– Конечно сказал. Он был так возбужден. Он получил сведения о месте, где Дики прячет свои клетки для рыбы на Енотовом Болоте. Бобби был очень заинтригован. Ему не терпелось найти окуней и позвонить Деннису.
Декер сказал:
– Откуда поступили такие сведения?
– От какого-то парня. Он позвонил Бобби, но не назвал своего имени.
– Это было подстроено, – сказал Джим Тайл. – Этот телефонный звонок.
– Нет, стойте, – сказала Лэни. Она все еще продолжала смотреть вниз, на магнитофон. Самое время, подумал Декер. Он сел рядом с Лэни и сказал:
– Можешь считать меня дотошным, но я хочу знать, почему ты меня подставила.
Лэни не отвечала. Декер взял ее руку и очень нежно подержал в своей, как если бы это был детеныш какого-то зверька и он боялся сжать его. Лэни казалось напуганной.
– Это была мысль твоего брата, правда?
– Сначала речь шла о шантаже, – сказала она. – Он спросил, не знаю ли я хорошего фотографа, который мог бы последовать за Дики, выследить его и сделать фотографии так, чтобы Дики ничего не заметил. Я подумала о тебе, и Деннис сказал: прекрасно. Он просил поддерживать твой интерес. Я сказала, хорошо, за то, что Дики сделал, он получит по заслугам.
– За то, что, как ты думала, он сделал, – вмешался Декер.
– Деннис сказал, что это Дики убил Бобби. Я поверила ему, а почему я не должна была ему верить? В этом был смысл.
– Ну, Дики убит, и что происходит после этого? – сказал Джим Таил.
– Деннис позвонил мне в Новый Орлеан.
– Кстати, какого черта ты там делала? – спросил Декер.
– Он меня послал, – ответила Лэни. – Убедиться, что ты не наделал глупостей. Так он сказал. Он бесился, потому что ты не очень-то много сказал ему по телефону.
– Поэтому ты затащила меня в постель, а потом стянула мои пленки?
– Кто кого затащил? – сказала Лэни резко. – Что касается пленок, прошу прощения. Это было гнусно. Деннис сказал, что ему страсть хочется видеть, что ты раздобыл. Сказал, что в любом случае эти снимки принадлежат ему.
Декер сжал ее руку чуть крепче.
– И ты действительно этому поверила? – спросил он возбужденно. – Эти его поручения не показались тебе немножко странними? В твоем прелестном мозгу четвертого размера не вспыхнула сигнальная лампочка?
– Нет, – отпарироваа Лэни, – не было никаких лампочек.
Джим Тайл сказал:
– К вопросу об убийстве Дики...
– Да, – сказала Лэни, переводя глаза на полицейского. – В то утро Деннис позвонил мне в Новый Орлеан. Он был очень расстроен. Сказал, что Декер пошел и убил Локхарта. Деннис испугался.
Джим Тайл спросил:
– Он сказал вам, что его могут заподозрить?
– Да, он сказал, что Декер пытается его втянуть в это дело и подставить и просил меня сходить в полицию.
– И солгать?
– Он мой брат, ради Бога. Я не хотела, чтобы его посадили в тюрьму из-за этого безумного убийства, из-за рыбы. Смерть Бобби уже была достаточно большим несчастьем. Я не хотела потерять и Денниса тоже. Поэтому я пошла и сделала очень краткое заявление.
Она снова посмотрела на Декера.
– Я сказала, что ты высадил меня, когда ехал повидаться с Дики Локхартом. И все.
– И этого было много, – сказал Декер. – Спасибо за помощь.
– У Денниса был отчаянный голос.
– И были к тому все основания.
– Я все еще не верю тебе, – сказала Лэни.
– Нет, вы верите, – сказал Джим Тайл.
Все, что мог сделать Декер, это сдержать свое бешенство.
– Деннис еще оказал нам какие-нибудь мелкие знаки внимания, о которых нам следовало бы знать?
Лэни сказала:
– Вы не можете выключить эту штуку?
Джим Тайл остановил магнитофон.
Лэни встала и повела их через всю квартиру во вторую спальню. Она открыла дверь очень тихо, с величайшими предосторожностями. Комната была совершенно темной. Шторы были не только задернуты, но даже щели заклеены лентой, используемой во время ураганов. Лэни повернула выключатель и на потолке зажегся плафон.
В постели лежала молодая длинноволосая женщина, розовое ситцевое одеяло было натянуто до подбородка. Ее голубоватые веки были полузакрыты и она дышала тяжело. Рот ее был открыт. На ночном столике лежало несколько пилюль и стоял флакончик Девара.
Джим Тайл посмотрел на Р. Дж. Декера, который сказал:
– Я ее уже видел. На турнире в Новом Орлеане.
– Ее зовут Эллен О'Лири, – сказала Лэни тусклым голосом.
– Она неважно себя чувствует.
Вне себя от ярости Декер толкнул Лэни Голт к стене и схватил ее за руки.
– Хватит игр, – сказал он. – Кто эта девушка?
– Не знаю, – закричала Лэни.
– Ты просто вернулась домой однажды вечером и оказалось, что она у тебя в кровати и без сознания?
– Нет, ее привел один человек. Деннис попросил меня присмотреть за ней.
– Ты очень тяжело больна, Илэйн, – сказал Декер.
– Полегче, парень, – сказал Джим Тайл.
Он сел на постели рядом с Эллен О'Лири и стал рассматривать ярлычки на флаконах с пилюлями.:
– Нембутал, – сказал он Декеру.
– Прекрасно, коктейль Нормы Джин[2].
– Просто, чтобы она спала, – упорствовала Лзни. – С ней будет все в порядке, Р. Дж., каждый, вечер я даю ей суп. Пожалуйста, отпусти меня.
Декер схватил Лэни за руку и вытащил ее из спальни. Джим Тайл выбросил пилюли в унитаз и смыл их. Потом он пошел на кухню приготовить кофе для женщины по имени Эллен. Он думал о том, насколько все осложнилось.
Декер был измучен. Лэни оказалась невозможной.
– Что твой брат сказал об этой женщине? – спросил он.
– Он просил присматривать за ней, и это все. Следить, чтобы она спала и не причиняла неприятностей. Он сказал, что она источник опасности для себя самой и для других.
2
Норма Джин – настоящее имя знаменитой американской киноактрисы Мэрлнн Монро, умершей от отравления принятой сверхдозы снотворного.