Страница 59 из 86
И вот, начиная с конца декабря, бродяги появляются на улицах. Одинокие и нежеланные, не имеющие корней, они становятся идеальными жертвами случайного насилия. Кайл и его приятели-школьники выяснили это в первый же раз. Кайл поспорил с Коулом на пять долларов, что отделает бродягу под мостом. Мальчики убежали, и ничего не случилось. Конечно, жертва и не сообщила о нападении – если бы она это сделала, местные копы расхохотались бы ей в лицо. Через неделю подростки повторили это развлечение, найдя на площадке для гольфа в Бока Ратон спящего длинноволосого старого бродягу. На этот раз забаву начали Джефф и Коул, а Кайл только добавил несколько ударов. Убегая, мальчишки смеялись.
Скоро «охота на бродяг» стала непременной частью их еженедельных развлечений: в этом был азарт и вкус опасности. Мальчишкам все скоро надоедало. И, конечно, не все разделяли это их увлечение: были и такие, кто предпочитал занятия спортом, курение марихуаны или серфинг. Итак, когда Кайлу удавалось раздобыть машину и свистнуть немного денег на пиво, Джефф и Коул были рады его сопровождать. Стрельба из ружья всегда приводила их в нужное настроение.
Как только мальчишки отъехали от свалки, они начали высматривать бродяг, подходящих для этого вида «спорта». Именно Джефф углядел парня, свернувшегося калачиком под переездом, где расположен пункт сбора дорожной пошлины. Кайл тотчас же проехал мимо него, потом сделал поворот и проехал мимо еще раз. На этот раз он припарковал машину в пятидесяти ярдах вниз по дороге. Трое подростков вышли и направились к своей цели. Кайлу нравилось, как все складывалось, – темный участок дороги и практически никакого транспорта.
Скинк почти спал, растянувшись на середине бетонной облицовки и отвернувшись от дороги. Он услышал, что кто-то идет, но решил, что это могли быть только Декер и кубинец-полицейский. Когда люди подошли ближе, его встревожили не столько их шаги, сколько шепот. Он повернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Кайл несется к нему, чтобы изо всей силы лягнуть его в голову.
Скинк скатился с облицовки и лежал тихо, лицом вниз.
– Эй, мистер, – сказал Кайл. – Жаль, что повредил ваши очки.
Он поднял сломанные очки, чтобы товарищи могли ими полюбоваться.
Джефф и Коул по очереди лягнули Скинка под ребра.
– Мне нравится его прикид, – сказал Джефф.
Это был костистый подросток с лицом, покрытым гнойничковыми прыщами, похожими на кратеры вулканов.
– Для охоты это потрясающе, – сказал он, ощупывая дождевик.
– Так возьми его, – сказал Кайл.
– Действуй, – сказал Коул – даже, если он на десять размеров больше.
– Ты похож на лужу оранжевой мочи, – поддразнил Кайл.
Джефф встал на колени и попытался перекатить Скинка на спину.
– Большой, сукин сын, – сказал он. – Помоги мне.
Они перевернули и раздели Скинка.
– Похоже, он мертв, – заметил Коул.
– Проверь его косичку, – сказал Джефф. Он влез в огромный дождевик Скинка. Капюшон хлопал его по глазам, а рукава и штанины были слишком длинны. Другие мальчишки хохотали, когда Джефф начал прыгать под мостом.
– Я мистер Хобо! – запел он. – Мертвый мистер Хобо. Выпей каплю – будет рай, выпей каплю – завоняй...
Джефф перестал петь, когда увидел незнакомца. Человек бежал к нему через дорогу. Джефф попытался предупредить Кайла, но было уже поздно.
Человек пригнул головы Кайла и Коула вниз к коленям мощным захватом. На земле началось нечто безумное. Человек ударил Коула три раза, расквасив ему нос и раздробив правую скулу со звуком, похожим на треск яичной скорлупы. От этого Джеффа затошнило. Пока это продолжалось, Кайл, который был выше незнакомца, ухитрился встать на ноги и ухватить противника за шею сзади. Но незнакомец, все еще стоя на коленях, только сделал движение локтями, попав Кайлу в пах. Испытывая тошноту, Джефф наблюдал, как свалился его другой товарищ. Потом человек оказался сидящим верхом на Кайле и стал наносить ему сокрушительные удары в мягкую часть шеи.
Джефф отвернулся от этой сцены, чтобы убежать, но споткнулся в мешковатом дождевике, поднялся, снова потерял равновесие. Чья-то рука схватила его сзади за шею и что-то холодное прикоснулось к основанию его черепа. Пистолет.
– Не двигайся, ты, маленькая мразь, – сказал крепкий смуглый человек с усами.
Он потащил Джеффа назад, к переезду, где высокий незнакомец все еще сидел верхом на Кайле и, не говоря ни слова, перекраивал лицо молодого человека.
– Прекрати это! – закричал смуглый человек с пистолетом. – Декер, остановись!
Но Р. Дж. Декер не мог остановиться, он даже не слышал.
Голос Эла Гарсии отдавался эхом от моста, но слова не достигали ушей Декера. Все, что отмечало его сознание, было лицо перед ним и потребность наказать преступника. Декер работал механически, кожа на его суставах была содрана до мяса, и они кровоточили. Он уже их не чувствовал: они онемели. Он перестал молотить свою жертву, только когда тяжелые влажные руки обвились вокруг его груди и его подняли на воздух, как если бы он был невесомым, и подержали так в течение времени, которое показалось ему вечностью. Опустившись на землю, он наконец стал приходить в себя, но не услышал ничего, кроме яростного звука собственного дыхания. Второе, что он услышал от чудовища с огромными руками, был усталый голос, сказавший:
– Ладно, Майами, я впечатлен.
23
Бесчувственный Скинк соскользнул на заднее сиденье. Его голова упала на плечо Р. Дж. Декера и дыхание с хрипом вырывалось сквозь переломанные ребра. Декер чувствовал, как теплые капли просачивались сквозь его рубашку.
– Он потерял глаз, – сказал мрачно Эл Гарсия из-за руля, жуя сигарету.
Декер тоже это видел. Левый глаз Скинка превратился в желеобразную массу – Кайл, самый большой из ребят, носил техасские сапоги, подбитые гвоздями. Беловатая жидкость стекала по щеке Скинка.
– Ему нужен врач, – сказал Декер.
Несовершеннолетним головорезам тоже был нужен врач, подумал Гарсия, но они будут жить, хоть за это и не приходится благодарить Декера. Он бы убил их всех голыми руками, если бы Скинк не остановил его. Гарсия был уверен, что мальчишки ничего не скажут полиции об избиении – Джефф, эта мразь с прыщами, был единственным среди них, кто мог проболтаться, но остальные промолчат. Все вместе они придумают какую-нибудь мелодраматическую историю о том, что с ними случилось под мостом, что-нибудь, что можно будет хорошо обыграть в школе. Однако Гарсия был почти уверен, что двое из них проведут остаток семестра в больнице.
Декер чувствовал себя измученным и подавленным. Его руки болели, а суставы на пальцах саднило. Он коснулся лица Скинка и ощутил корку высохшей крови на бороде великана.
– Может, мне следует все бросить? – спросил Декер.
– Не будь идиотом.
– Как только мы отвезем его к доктору, ссади меня где-нибудь на шоссе и жарь в округ Дейд. Никто ничего не узнает.
– Пошел ты, – сказал Гарсия.
– Эл, право, не стоит того.
– Говори только за себя. – Это был голос Скинка. Он поднял голову и вытер лицо рукавом дождевика. Указательным пальцем пощупал разбитую глазницу и сказал:
– Потрясающе.
– Здесь есть больница недалеко от выезда из Сейнт-Люси, – сказал Гарсия.
Скинк сказал:
– Нет, поезжай дальше.
– Мне жаль, капитан, – сказал Декер. – Нам не следовало оставлять тебя одного.
– Мне нравится быть одному.
Он соскользнул в угол заднего сиденья. Его лицо утонуло в тени. Гарсия миновал пункт сбора дорожной пошлины в Форт Пирсе и остановился у магазина Пик-н-Пэй («Выбирай и плати»). Декер вышел, чтобы позвонить. Пока его не было, Скинк снова пошевелился и выпрямился. В размытом свете его лицо казалось распухшим и ассиметричным. Гарсия мог заметить, что он страдает от боли. Он сказал:
– Держитесь, Губернатор.
Скинк уставился на него.
– Что? Вы нашли отпечатки пальцев?
Гарсия кивнул.