Страница 4 из 100
— О, и, Амара, приступай к делу побыстрее. Портал сменит местоположение через пять дней.
Я отхлебнула воды со льдом и поморщилась, глотая в ожидании боли, которая, к счастью, не пришла.
— Рассматривал ли ты возможность того, что я не смогу войти, с солью или без соли?
— Да.
Почему, о, почему я позволила Джошуа Локлиру взять на себя вину за мою ошибку? Я нажала кнопку на столешнице, чтобы привлечь внимание барменши.
— Можно мне две порции текилы, пожалуйста?
— Текила? — Джош присвистнул. — Чёрт возьми, Принсиса. Опа, а я принял тебя за девушку с просекко.
— Я не люблю пузырьки.
Точно так же мне не нравилась идея заглянуть в сверхъестественную тюрьму.
— Что-нибудь ещё, что я должна знать об этом месте?
— Это тюрьма, так что не жди радуг и единорогов.
Я закатила глаза. Передо мной появились две рюмки, наполненные прозрачной жидкостью. Я подняла первую и опрокинула её в себя. Алкоголь обжёг язык и горло. Джош попытался схватить другую, но я поднесла рюмку ко рту, разбрызгивая немного виты, чтобы скрыть свой маленький магический трюк от людских глаз. Опрокинув её внутрь, я поставила рюмку обратно на стойку. Невидимый контроль над разумом, возможно, был одной из моих любимых способностей.
— Показуха.
Он подал знак официантке, чтобы она налила ещё.
Я жаждала, чтобы алкоголь ослабил страх, сковавший каждый орган моего тела. Сверхъестественная тюрьма. Блин. Я бы предпочла, чтобы он попросил меня поцеловать дайла, яд и всё такое.
— Я постараюсь сделать это сегодня вечером.
Я слизнула горько-сладкие остатки алкоголя со своих губ.
Джошуа закинул одну ногу на противоположное колено, и табурет из оргстекла заскрипел.
— Я почти жалею, что не могу забрать это обратно.
— Забрать что обратно?
— Гаджой.
Я хмыкнула.
— Ты хочешь сказать мне…
Он изобразил бесстыдную улыбку.
— Я должен был запереть тебя, чтобы ты провела со мной целую ночь, голая и в горизонтальном положении. Или вертикальном.
Тпру. Противно. Я сморщила нос.
— Ты не предложил это только что.
Он рассмеялся.
— Не выгляди такой потрясенной. Я очень хороший любовник.
— Ты отвратителен.
— Никогда не думал, что соглашусь с Tрифектой в чём-либо.
От знакомого голоса у меня напрягся позвоночник. Я закрыла глаза.
Как бы мне хотелось открыть портал и прыгнуть в него. Почему создание портала не могло быть частью моего арсенала сверхспособностей? Римо Фэрроу — он же мой злейший враг — присоединился к вечеринке. Эта ночь обещала стать худшей в моей жизни.
— Предложение в адрес твоей принцессы даёт мне основания для немедленного ареста.
Хотя мои глаза всё ещё были закрыты, я могла представить золотые глаза Римо, такие блестящие и самодовольные. Было только несколько человек, которых Римо не любил больше, чем меня, и Джош был одним из них. Моя мать была второй в его списке.
По сей день Римо был убеждён, что она убила его бабушку из-за её пыли. Мать Римо, Фейт, разделяла убеждения своего сына. Ни мать, ни сын не верили, что Стелла Сакар первой напала на мою мать — и даже не один раз, а дважды.
— Извините, что прерываю ваше маленькое свидание, — Римо буквально выплюнул эти слова, — но варифф и твой отец должны поговорить с тобой перед ужином, принсиса. Они поручили мне — поскольку твоя охрана оказалась чрезвычайно неэффективной — немедленно доставить тебя обратно в Неверру.
Мои глаза распахнулись. Сначала Джия, теперь Римо. Может быть, это было не просто очередное глупое веселье.
— Я могу вернуться сама.
Я попросила официантку подать мне счёт. После того, как я перевела деньги, отметив солидные чаевые, я встала, стараясь не задеть Римо и трёх лусионагов, которых он привёл с собой — двух мужчин с накачанными мышцами и женщину-охранника, которая, как я слышала, была смертельно опасна с клинками.
— Беспокоился, что тебе понадобиться подмога, чтобы доставить меня домой, Фэрроу?
Лицо Римо потемнело, приобретя тот же оттенок жжёной меди, что и его волосы.
— На самом деле, моё желание защитить женщин в твоей семье настолько слабое, что я подумал, что для тебя будет разумнее, если рядом будут другие, если с тобой что-нибудь случится.
— Больше похоже на то, что ты беспокоишься о своей собственной безопасности рядом с нашей принсисой, — добродушно вставил Джош.
— Осторожнее, Дэниели, — прорычал Римо.
Джош расправил плечи, сухожилия и суставы заиграли под его белой футболкой с короткими рукавами. Он прислонился к барной стойке, положив локти на чёрное стекло.
— Ты собираешься отравить меня гасом за то, что я озвучил то, что думают все остальные?
Несмотря на то, что мне не нравился Римо, издевательства мне не нравились ещё больше.
— Прекрати это, Джош.
— Я просто защищаю твою честь.
— Я сама могу защитить свою честь, — сказала я.
Римо сжал пальцы.
— Я тоже могу, Трифекта.
— Да по фиг.
Я начала уходить, когда Джош крикнул:
— Не забудь о нашем сегодняшнем свидании.
Мой желудок скрутило от напоминания — смесь нервов и магии. Нужно ли было ему использовать слово «свидание»? Вообще-то, наверное, было так лучше, чтобы все рассматривали мои встречи с Джошем подобным образом, чтобы не задавались вопросом о моих истинных мотивах.
Парень в джинсе, который всё ещё ошивался у входа в «Йорк-Хаус», смотрел, как мы уходили.
— Глаза прочь от её задницы. Она несовершеннолетняя, — прорычал Римо, прежде чем ускорил шаг, чтобы догнать меня.
Не то, чтобы его всерьёз волновало, что люди пялятся на меня. Ему просто нравилось разбрасываться своим могуществом и властью в Неверре и на Земле. Властью, которую он получил благодаря тому, что был любимым внуком Грегора и пасынком драки.
У меня было много разговоров с моим отцом о понижении Римо в должности, но он сказал, что, если сын Фейт не совершит серьёзной ошибки, он по закону не может выгнать его из охраны. Он даже посоветовал мне подготовиться к тому, что Римо станет следующим вариффом, а затем предупредил меня, что из некоторых врагов получаются отличные союзники в политике. Я не понимала, как он мирился с Грегором, и сказала ему, что если я когда-нибудь стану королевой — я не спешила занимать место своего отца — а Римо будет вариффом, я его уволю. Мой отец вздохнул и напомнил мне, что я молода и наивна, и мне ещё так многому нужно научиться о том, как управлять королевством. А я выбежала из его покоев.
Это было тридцать земных лет назад — мне было одиннадцать лет. С тех пор я никогда не вспоминала о Римо Фэрроу, хотя и наблюдала за лусионаги, как за куилой, ожидая, когда он поскользнётся. К сожалению, Римо был чрезвычайно осторожен, как будто знал, что я внимательно слежу за каждым его движением.
— Твой отец знает, с какими мужчинами ты встречаешься? — спросил Римо.
— Иба не касается, с кем я встречаюсь.
— Я позволю себе не согласиться. То, с кем ты встречаешься, отражается на короне.
Я искоса взглянула на него.