Цветник Амелии

Глава 24

Броктон-Бей, школа Аркадия

Встав рано утром и одевшись по–гражданке, мы с Вики отправились в Аркадию. Всем героям подросткам вменялось в обязанность посещать школу и отводилось время на школьные мероприятия. В экстренных случаях Стражи срывались с занятий и отправлялись на боевую операцию, для чего в школе были предусмотрены специальные помещения, хранилища для костюмов и амуниции. По этой причине до нападения Левиафана все Стражи учились исключительно в Аркадии.

Вся система функционирования организаций для взрослых и несовершеннолетних героев была создана на основе комиксов. Там, где фантазия авторов уходила слишком далеко, свои коррективы вносил родительский орган контроля. Молодёжная Гвардия осуществляла надзор за тем, в каких условиях Стражи несут службу. Протекторат был вынужден учитывать их замечания и, в общем, за парадетьми вёлся непрерывный надзор. Зато после окончания старшей школы и вступления в Протекторат, мало кто из героев поступал в колледж. Им и платили достаточно, и жизнь была крайне насыщена событиями и схватками. Высшие учебные заведения принимали паралюдей с неохотой: очень уж высока вероятность их гибели в противостоянии с Губителями.

Впереди показался вход в школу Аркадия. Перед тем, как войти, я подмигнула Вики и отпустила её руку. Империи 88 и Кайзера уже нет, но недобитки нацики ещё не исчезли. Кроме того, жаждущие славы подростки не прочь подняться в сети на потоке хейта.

– Мне не хотелось ходить в школу ещё год, – поделилась я своими сокровенными мыслями. – Вот и уцепилась за предложение «сапогов».

Виктория не разделяла моих предубеждений. Откуда детке знать про весёлую студенческую жизнь? Она покивала из вежливости и вошла через пропускную вслед за мной. Мы не носили оружия и наши героические личности были известны охранникам, так что нас впустили на территорию школы без задержки.

Внутри был тот ещё дурдом, но отношение к учащимся показалось мне довольно занимательным. Преподаватели вели себя с школотронами как с ветеранами, вернувшимися из горячих точек. Несколько конфликтов, которым мы стали свидетельницами, показали правильность нестандартного подхода. Однако по отношению к цивилам это выглядело нелепо.

Нас с Викторией узнавал каждый второй, но пялились в основном цивилы. Заметила, что сестре нравится находиться в центре внимания, и она вела себя как суперзвезда, я же отнеслась к этому безразлично. Сделала лицом образ лоли–химе и на удивление, он получился более выигрышным. Тем не менее, здоровалась со знакомыми по старой Аркадии непринуждённо, не считая возможным проявлять спесь.

Директор приняла нас хорошо, заявления взяла и предупредила, что на экзамены явка обязательна. Одновременно с нами будут проходить аттестацию подростки, находящиеся на домашнем обучении. Записав данные, мы отправились на выход и тут среди прочих учеников я заметила идущую по коридору Тейлор.

– Я отойду на минутку, – предупредила сестру. – Подожди меня, ок?

Догнав удалявшуюся девушку, дотронулась до её руки и тихо произнесла:

– Тейлор, что ты тут делаешь?

– Эми? – удивилась Тейлор испуганно обернувшись.

– Ты с ума сошла? Приходить сюда слишком опасно!

– Школа нейтральная территория.

– Но зачем ты так рискуешь?

– Знакомая девушка сообщила, что бывший одноклассник расспрашивает обо мне у входящих. Я решила проверить, что он знает.

– Пожалуйста, уходи отсюда как можно скорее. Школа под охраной героев Протектората. Если твой друг и не знает кто ты, твоё появление подтвердит его подозрения.

– Но я хочу поговорить с ним, – упрямо ответила девушка.

– Я не могу привлекать к тебе ещё больше внимания. Пожалуйста, не задерживайся здесь.

Я оставила Тейлор и вернулась к сестре, лицо которой было напряжено. Несколько школьников уже смотрели в нашу сторону. В руке Вики держала свой телефон, и я заметила, что его корпус треснул пополам.

– Ты снова ревнуешь? – спросила я, беря сестру за руку и уводя к выходу из здания.

– Это была она?

– От тебя ничего не утаить, – я почувствовала беспокойство за шебутную подругу. – Какого Тзинча она заявилась сюда в такое время?

– Она не раз уже доставляла тебе неприятности, я права?

– Возможно… – ответила я с неохотой.

– Тогда какой в этом смысл?

– Вики, ты ведь сама знаешь ответ на свой вопрос.

– Нет, я понимаю твои чувства, но мне не ясно, зачем тебе всё это в целом? Для чего столько мороки, почему тебе мало меня?

– А, вот ты о чём… – я на минуту задумалась, идя через проходную.

Виктория взглянула на меня вопросительно.

– Тут рядом китайский ресторанчик, давай пообедаем, – предложила я сестре.

Мы заняли столик на улице, взяли жареный рис и пирожки с адзуки.

– Неизвестно сколько жизней я прожила, прежде чем у меня появился такой шанс, – сказала я ожидающей ответа Виктории. – Биокинез даёт полную свободу быть такой как хочется. Вот что бы ты сделала, обладая этой силой?

– Я жила бы с тобой счастливо, надеясь, что это будет продолжаться вечно.

– И я! Я так и собираюсь поступить, вот только потенциально доступный срок жизни на порядки больше того, что мы можем выдержать.

– Как это?

– Я ищу для нас возможность прожить дольше нескольких сотен лет. Остановить старение для этого маловато.

– А в чём проблема?

– Даже при идеальном состоянии организма мы сможем прожить только несколько жизненных сроков. Потом начнём сходить с ума и в лучшем случае покончим с собой.

– Почему?

– Моногамия одна из причин. Я сама удивилась, когда провела расчёты.

– Мне нравится моногамия, что в этом плохого?

– Для короткоживущих видов моногамия благо. Она даёт огромные преимущества в естественном отборе.

– Тебе не кажется, что ты сама себе противоречишь?

– Нет. Замысел природы очень прост: когда особь оставляет потомство, её дальнейшее существование наносит вред виду. Моногамия сцеплена с деградацией разума – один из механизмов ограничивающих продолжительность жизни. Интересы вида и отдельной особи не одно и то же.

– Моногамия и правда настолько плоха?

– Моя суперсила считает её тупиковой эволюционной веткой. Плата за конкурентные преимущества – затухание креативности и прекращение ментального развития. Смена партнёров ни на что не влияет, ведь дефект в самом устройстве мозга.

– Почему я ничего о подобном не слышала? Ведь это должны были как-то заметить….

– В нашем обществе дефект ментального развития пугает меньше, чем падение котировок и безработица. К тому же он сопровождается старением и приписывается естественным процессам. Природе мина под долголетием просто служит дополнительной гарантией – эта сука заинтересована лишь в быстрой смене поколений.

– Допустим, ты придумала какое–то решение. Ведь придумала же?

– Придумала. По моим расчётам, если эта проблема решится, то продолжительность жизни увеличится в несколько раз.

– И только–то?

– Да, возникнут проблемы другого рода, но я над ними уже думаю.

– Никогда не слышала о таких сложностях. В книгах достаточно изобрести таблетку от старости и можно жить вечно.

– Как только таблетка появится, всем станет известно об ограничениях. Даже без суперсил решение проблемы старения было бы найдено в ближайшую сотню лет.

– Допустим, всё так и есть. Но ты не ответила на мой изначальный вопрос.

– Я собираюсь выйти за установленные рамки, изменив собственную эмоциональность. Полиамория – всего лишь побочный эффект.

– А по–другому нельзя?

– Можно попробовать с интервалом в несколько десятков лет стирать себе память, но это мало отличается от смерти. Ещё можно лишить себя способности испытывать эмоции став «роботом», это тоже на время купирует проблему.