Страница 8 из 46
— Ну я обычно людей в беде не бросаю. И уж тем более убивать мне тебя не хотелось. Хотя мысль такая была, врать не буду.
Богдан поднял голову. Уперся подбородком в мой живот и посмотрел в глаза. Взгляд был уставшим. Тревожным. Но добрым, не то, что тогда в кабинете начальника. Зеленые, даже изумрудные глаза с большими зрачками смотрели прямо на меня. Мокрые волосы свисали по лбу. Густая борода, недавно подстрижена и такой четкий контур на губах, мечта всех девушек. Я смотрела на него и не могла оторваться, не двигалась, не дышала.
Он резко подхватил меня за бедра и усадил на колени. Я не произвольно ахнула от неожиданности. Мне пришлось держаться за его шею, чтобы не упасть назад. Хотя я бы и не упала. Держал он крепко.
Глава 4
ОН
И что я тут забыл?
Домой надо ехать, дела решать, а я в этой хате сижу. Не хочется уезжать. С куклой хорошо. Смешит меня, дура наивная. В добро верит, а я не добро. Совсем наоборот.
Надо оставить девку в покое, пусть живет как хочет. Не могу. Интерес проснулся, который давно уже спал. А тут девчонка малолетняя разожгла.
К животу прижался. Теплая. Дышит часто.
Лицо серьезное было, когда меня перевязывала. Аккуратно, еле касается. Больно боится сделать. Через перчатки чувствую, какие пальцы холодные.
Сейчас в глаза смотрит. Не боится совсем. Думает я её не обижу. Так и есть. Сил нет совсем, но её хочу. Не трахнуть, так теплом её согреться. Ласку почувствовать. Не как от баб этих продажных, а настоящую.
На губы смотрю, жажду их. Так бы и зажал ее, но в обморок грохнется.
Попробую. Не захочет отстану, а если захочет…
На колени сажу. Руками хватается. Приятно. Руки ледяные просто. За шею держится, не дышит. Ждет, что дальше делать буду. Не настаиваю. Попу её в руках держу.
В глаза смотрит. К губам приближаюсь, останавливаюсь в сантиметре, дрожит немного. Крепче руки сжимаю, чтобы силу почувствовала, защиту. Больше никто ее не обидит. Я не позволю.
— Богдан, не надо, отпусти. — тихо говорит, боится меня разозлить.
А я не слушаю, только о губах её и думаю. Вкусные наверно. Никем не целованные.
— Разок поцелую. Обещаю. И спать.
Ответа ждать не стал, чтоб не было времени подумать. Губ касаюсь, а она пальцами крепче впивается в шею, напряглась вся. Еще касаюсь, пока в сознании, трясется, но без истерики. Не могу так. Медлить не могу. У меня стиль другой.
За шею рукой беру и как зверь впиваюсь. По началу никакой отдачи. Не сдаюсь. Она ротик свой приоткрыла. Отвечает. Поддается. Языком язык её трогаю. Возбуждаюсь. Попу ближе придвигаю. Прям в член упирается. Кровь закипает. Знаю же, что концовки не будет. Обещал.
Наплевать? Дожать девку? Не буду. Во сне ещё придушит. Руки так и тянутся в запретные места. Держусь. Губами наслаждаюсь.
Отстраняется. На меня смотрит. Испугано. Хватку ослабил. С колен соскочила и в ванну. Закрылась. Воду включила.
Дурак блядь. Зачем? Обещал же.
* * *
ОНА
Боже, что я творю? Даша! С бандитом целуешься. Первый поцелуй и с кем? Сердце как бьется, ударов сто двадцать не меньше. Щеки красные. Волнение внутри. А самое ужасное, что понравилось. Сильно понравилось. Богдан вроде бы злобный, опасный, но и нежным бывает, как сейчас.
Все равно нельзя. Мало тебе проблем, дура?
— Ты че закрылась? — За дверью стоит. А у меня щеки ещё краснее становятся. Руки трясутся, как у алкаша с утра. Кажется, еще чуть-чуть и сердце выскочит из груди.
— Я сейчас выйду. Иди спать.
Как выйти? Как в глаза смотреть?
На отражение свое уставилась. Отчитывать начинаю, за безрассудный поступок:
«Бери себя в руки. За тобой и раньше парни ухлестывали, ты же держалась. А это не парень. Взрослый мужик. Преступник. И ты с ним? Совсем с ума сошла? Прекращай мне такое творить. Хватит».
Минут через пять выхожу из ванной. Богдан лежит на диване. Щелкнула выключатель, в комнате совсем темно. Через ноги его перешагнула и легла. Одеялом укрылась. Тишина такая в комнате. Только дыхание наше слышно. Разворачиваюсь к нему, смотрю в глаза.
— Давай ты завтра домой к себе поедешь?
— Надоел?
— Я просто хочу и дальше жить своей обычной жизнью. Без…
— Без меня?
— Да я не знаю тебя, и не хочу узнавать. Участвовать в этих твоих разборках, перестрелках. Повезло, что все хорошо закончилось. Меня могли там убить.
— Ты преувеличиваешь.
— Преувеличиваю? Это я ещё преуменьшаю. Слушай, — я сделала паузу, глубокий вдох, — у меня было хреновое детство. Я очень много работала, чтобы иметь все, что сейчас имею. Мне нравится жизнь, которую я сама себе дала. У тебя жизнь другая — опасная. Она не для меня.
— Я понял. Один день дашь ещё отсидеться?
— Один день.
Я отвернулась к окну, а Богдан меня притянул к себе, крепко стиснув в своих теплых объятьях. Я не стала сопротивляться. В таком положении мне было спокойно, и я быстро уснула.
Просыпалась часто. Мужчина во сне стонал. Болит, наверное, рана? Укрою его и снова засыпаю.
Открыла глаза. Утро. На часах пол восьмого. Надо бы решить вопрос с работой, и я знаю как. Тихонько слезла с дивана и поспешила в ванную. Умылась, нанесла лёгкий макияж.
Уже доставала из шкафа одежду, хотела сбежать потихоньку, чтобы в глаза ему не смотреть с утра. Но мой временный сожитель проснулся.
— Куда намылилась?
— И тебе доброе утро.
— Доброе. Куда намылилась?
— На работу съездить хочу.
— На какую?
— В отель, «Милтон». Помнишь такой?
— И че ты там забыла?
— Я там работаю.
— Ты работать едешь?
— Нет. Я еду поговорить с начальником о том, что он просто обязан меня повысить и дать неделю отпуска, за доставленные неудобства.
— Я ща ему наберу, и ты его замом станешь.
— Не надо. Я сама справлюсь, а ты отдыхай. Телек посмотри.
— Так себе занятие.
— Книжку можешь почитать. Я видела у тебя дома много книг. У меня, конечно, выбор не велик, но что-нибудь подберешь.
— Давай я Антохе свистну, он тебя свозит.
— Я на такси.
— Ок. Надолго?
— Думаю пару часов. Продукты ещё нужно купить.
— Я все куплю. И обед нам организую.
— Хорошо. Тогда я пошла.
Я вышла из дома. На улице было тепло. Разгар лета. Впереди ждет жара. Завтра Богдан уедет, и я заживу как раньше. Буду работать, копить и может когда-то моя мечта исполнится.
Я хочу жить у моря. Там, где лето теплее, где зимы не такие холодные. Подальше от этого города, от воспоминаний о детстве, да обо всем, что меня расстраивает.
— Доброе утро Дмитрий Григорьевич, я зайду? — сказала я и зашла в кабинет начальника, не дожидаясь приглашения.
— Доброе утро, Дашенька. — сказал начальник. Он был удивлен моему приходу. Еще бы.
— Давайте поговорим с вами прямо? Хорошо?
— Давай.
— То как вы поступили, подарив меня Богдану, то есть Майору, меня немного огорчило. Он хотел было вам сегодня позвонить, но я попросила его, этого не делать. Я думаю вы человек умный и сами сможете во всём разобраться. Ведь так? — На лице начальника был виден страх, когда я упомянула Богдана. Надеюсь он простит меня за эту шалость.