Страница 17 из 20
– Это не я! Наверное, был какой-то сбой, вот и всё.
– Ах, какой-то сбой? – Мой голос уже ощутимо так дорожал, отдавая неприятной вибрацией в гортани. Но я изо всех сил пыталась себя контролировать, чтобы не срываться на мужчин в присутствии дочки.
Не собираясь участвовать в этом цирке и не слушая лепет охранников, я вызвала полицию, в надежде, что хотя бы они прояснят ситуацию. Но нет, у них не получилось ни восстановить записи с камер, ни добиться правды от Егора и Кости. Мне просто пообещали взяться за это дело и найти виновника моей аварии. Но это были слова, а я нуждалась в действиях.
После этого происшествия я уже не чувствовала себя в безопасности. Мне всё время казалось, что за мной кто-то следит, и дело было не только в паранойе.
– Алина, а тебе не кажется, что ты уже сходишь с ума? Ну какая личная охрана? Ты что, какая-то звезда или политик? – с осуждением спросила мама, когда мы с ней созвонились спустя четыре дня.
И честно, я ожидала от неё больше отдачи после моего рассказа. Ах, ну да, ей же не понравились мои подозрения насчёт Дмитрия Сергеевича. Зачем слушать собственного ребёнка, когда у тебя появился такой «шикарный» мужчина?
Бред какой-то! Это точно моя мама? А то я её совсем не узнаю.
– Мама, я же тебе уже сказала, что…
– Только не приплетай сюда Диму! Я тебе скажу по секрету, у него большие проблемы со здоровьем, поэтому ему сейчас не до коварных махинаций. А то ты уже придумала себе не пойми что, сделав его каким-то бандитом.
– Мам, а как ему удалось так быстро промыть тебе мозги? Ты что, и правда веришь, что он стал белым и пушистым?
– Алина, подбирай слова, когда разговариваешь с матерью! И что это за тон?
– Вот именно, ты моя мама, но почему-то тебя совсем не заботит моя безопасность!
– Ты из-за какой-то случайности…
– Случайности? Ты серьёзно? Шиноколы так просто на дороге не валяются, а люди, проклинавшие тебя год назад, не меняются по щелчку пальцев. Болен он, видишь ли! Не удивлюсь, что именно болезнь заставила его соблазнить тебя, превратив мою мать в слепую дуру, ради быстрых денег! Или он просто удачно надавил на жалость?
– Ну уж нет, это уже слишком!
В тот вечер мы с мамой окончательно разругались, а я потом больше часа проплакала в своей спальне, чувствуя себя совершенно разбитой и одинокой. Одно дело, когда тебя предают подруги и мужчины, и совсем другое, когда от тебя отворачивается мама.
Дмитрий, конечно, хорошо подвешен на язык, я помню его выступления в суде и перед нотариусом, но не настолько же, чтобы забрать у дочери мать.
Почему именно он?
У мамы в жизни были достойные мужчины, но она после моего последнего отчима никому не доверила своё сердце. И тут на тебе!
Это из-за комплиментов и лести? Уверена, ей, как женщине, хотелось снова почувствовать себя любимой, но купиться на слова этого негодяя? Это уже слишком!
У Дмитрия же ничего нет за душой. Он привык жить на широкую ногу, быстро растратив всё состояние, оставленное его родителями. Так что ни о каких подарках не может идти и речи. Значит, он охмурил её ложью и комплиментами.
С трудом успокоившись, я пошла в ванную и умылась, когда раздался дверной звонок.
Ну а это кто? Снова какой-то менеджер охранного агентства, пришедший с целью уболтать меня и убедить забрать заявление? Ох, как же они мне все надоели! Сначала названивали, а теперь таскаются ко мне домой.
Не горя особым желанием с кем-либо разговаривать, я всё же подошла к входной двери и посмотрела в глазок.
Глава 17
Просто курьер?
Странно.
В моей жизни в последнее время происходит столько всего плохого, что я уже везде ищу подвох. Поэтому я бы скорее поверила, если бы за дверью оказался Витя или Дмитрий, с целью снова подействовать мне на нервы.
К слову сказать, бывший меня больше не донимал, что приятно радовало. Но кто знает, вдруг он просто готовит ещё какой-то трюк в надежде растопить моё сердце.
Курьер продолжал нетерпеливо названивать, что дало понять, что он обязан передать посылку прямо в руки. Вот только я ничего не заказывала.
Немного подумав, я всё же открыла дверь, внимательно осмотрев невысокого, чуть полноватого мужчину, довольно грубого на вид. В свою очередь он также внимательно осмотрел меня, что вызвало у меня недовольство. А если быть точнее, то мне совсем не понравился его колючий взгляд. Такое ощущение, будто это я несколько минут пыталась заставить его открыть дверь, постоянно нажимая на звонок, а не наоборот.
– Добрый вечер. Вы Алина Константиновна? – с небольшой паузой спросил мужчина, за всё это время ни разу не моргнув.
Так, что-то он мне совсем не нравится. Про таких обычно говорят – мутный тип. Ещё и курьерская форма у него странная. Что-то я не помню такой доставки.
– Всё верно. А вы из какой…
– Это вам, – быстро произнёс мужчина, не дав мне договорить и сунув мне в руки чёрный пакет.
Не говоря мне больше ни слова, курьер развернулся и уже собирался уйти, но я, озадаченная его поведением, не могла позволить оставить меня без ответов.
– Постойте! Да стойте вы, я не кусаюсь! От кого это? Мужчина!
М-да, ситуация глупая. Мне ещё никогда не доводилось бегать за доставщиками, прося поговорить со мной.
В результате мужчина сбежал, никак на меня не отреагировав, что только сильнее укрепило мои подозрения на его счёт.
Вернувшись в квартиру, закрывшись на два замка, я осторожно открыла чёрный пакет, в котором оказалась прозрачная коробка с тортом. Он был небольшим, покрытым белым кремом и с розовой надписью посередине «Для Самой Лучшей Женщины».
Это от Вити? Хотя всё как-то странно. По крайней мере, до этого его курьеры были адекватными. Да и с учётом того, что кто-то спровоцировал мою аварию, мне стоит быть осторожной.
Возможно, в деле дилетант, который никогда не убивал людей. Просто случай с «кнопкой» странный, я же могла её заметить и объехать, или просто проехать мимо неё. Доставщик вызывает только подозрения и кучу вопросов. Надо быть дураком, чтобы ничего не заподозрить.
На следующий день я отнесла торт на экспертизу, вскоре узнав, что в составе его крема были размельчённые таблетки пентобарбитала, сильного снотворного, которое в большом количестве может привести к летальному исходу. И, вроде бы, ситуация не такая уж и сложная. Ну что может быть проще, чем в наше время выследить курьера и добраться до заказчика? Но нет, мне снова не повезло. Этот гад успешно исчез с камер недалеко от ближайшего метро, а его поиски пока не увенчались успехом.
Я злилась, психовала, не понимая, почему полиция работает спустя рукава, когда у них есть много возможностей, чтобы выследить моего потенциального убийцу. Были моменты, когда в голове крутились мысли, что все работники органов куплены и только делают вид, что занимаются расследованием. Но я успокаивала себя, убеждая, что это не так.
Кто бы ни хотел избавиться от меня, ясно одно – у него недостаточно средств и влияния, чтобы подкупить такое большое количество людей. И это понятно по его попыткам избавиться от меня. И всё же мне от этого было не легче.
Также я не упускала возможности выразить свои догадки, советуя присмотреться к Дмитрию Сергеевичу. Но так как у старика не было никаких проблем с законом, следователи не особо горели желанием выдвигать против него какие-то обвинения, снова и снова кормя меня обещаниями.
Не знаю, может я просто себя накручивала, слишком остро реагируя на происходящее, из-за чего мне казалось, что все настроены против меня, но я ничего не могла с этим сделать.
За последнюю неделю я несколько раз разговаривала с мамой, хотя разговоры у нас были всегда напряжёнными и довольно короткими. Я чувствовала, что она всё ещё обижается на меня, не воспринимая мои опасения всерьёз, с головой уйдя в роман с Дмитрием. И да, она открыто призналась, что их отношения вышли на новый уровень, предприняв ещё одну попытку убедить меня, что он исправился и хочет подружиться со мной. Как будто это не она убеждала меня, что люди не меняются.