Страница 52 из 160
Ребекка сделала паузу, чтобы выпить из стакана воды, а я еле сдерживался чтобы не начать взламывать муниципальные базы данных где мог бы добыть свой новый расстрельный список. И не важно, будут ли там воспитатели-пофигисты или потенциальные насильники-педофилы. Я уже был готов идти и убивать всех. Лишь только вес девушки у меня на коленях мешал мне пойти заняться этим прямо сейчас, а также напоминал, что история все еще не закончена.
— Через полтора года после того случая, мы с Пиларом были назначены дежурными по столовой после ужина. К тому времени, те двое уже год как покинули приют, да и нам там осталось пару месяцев до дня рождения брательника. Я уже начала уборку, даже не надеясь, что этот кретин придёт раньше, чем я все закончу, как услышала в коридоре звуки шагов, которых было явно много для одного моего брата. Я уж было обрадовалась, что он кого из наших помогать позвал, но реальность оказалась куда хуже. Те двое вернулись. Вернулись со знаками шестой улицы на одежде и оружием, которое было направлено на меня. Они не забыли. Не простили. Захотели отомстить. И я очень четко понимала, что ни спрятанная в носке заточка сделанная из зубной щетки, ни ржавый, но острый кухонный нож в рукаве в этот раз меня не спасут. Даже если застану врасплох одного, второй меня просто пристрелит. Не могла я тогда от пуль уклонятся. Да даже сейчас без активированного Санди с расстояния в три метра, я навряд ли смогу достаточно быстро уйти с линии прицела. И все это я достаточно четко понимала. Как и понимала, что раз у них оружие без глушителя, то персонал либо куплен, либо запуган, а потому кричать смысла нет. Пока они понемногу приближались ко мне, я в том же темпе начала отходить в сторону окна. Хоть третий этаж и не то, чего бы мне хотелось, но в тот момент выбора просто не было. Когда я уже почти решилась прыгать прямо в окно, дверь в столовую неожиданно открылась и на пороге появился Пилар. Сука, я никогда не была так рада видеть моего долбанного брата, как в тот момент! Пока уроды отвлеклись, я успела переместиться так, чтобы один из них собой закрыл меня от другого и, достав из рукава нож, по рукоять вогнала его в горло ближайшему дебилу. На булькающие звуки обернулся его напарник и увидев, как из горла его дружка хлещет кровь, с диким то ли криком, то ли визгом начал в меня палить из своего пистолетика. Но так как я прикрылась его дружком, у которого был полицейский бронежилет, то все его выстрелы ушли в молоко. Пилар тогда также показал себя во всей красе. Я-то думала, что он с кулаками на него накинется, чем отвлечет и я смогу со своей заточкой к мрази на расстояние удара подойти, но нет. Этот долбанный кретин все же оказался гением и в кое-то веки склепал что-то полезное! Достав из кармана небольшой шарик, он бросил его в гандона с пистолетом. Попав в цель шарик разлетелся и высвободил смесь, которая сначала вела себя как сильнейшая кислота, а затем воспламенилась, как смесь из зажигательной гранаты! Ох, как визжала эта свинья, пока зажаривалась заживо! В это время, я подобрала выпавший из рук первого урода пистолет, нашла в карманах две обоймы и вместе с этим добром, мы с Пиларом начали уматывать из приюта, ибо его смесь оказалась уж слишком ядреной. Она в какой-то момент бетонный пол начала плавить! По дороге, мне пришлось отстреливать нескольких «воспитателей», в чьих глазах было немалое удивление при виде живой и целой меня. Явно были в курсе того, что там должно было произойти. Приют, в результате сгорел почти полностью и был закрыт. А мы с Пиларом поселились на улице.
На какое-то время она замолчала, а я, все же не сдержавшись, уже просматривал скачанную информацию о том самом приюте. Боюсь данные о разгоревшемся пожаре, Ребекка несколько приуменьшила. Либо просто не придала этому значения, либо сама не знала. Тогда в огне сгорели не только воспитатели, а вообще вся администрация, вместе с несколькими главарями из Шестой улицы. Видимо, они там какие-то свои дела решали, пока новобранцы пошли свою мстю мстить. А после того, как пожарные дали заключение о намеренном поджоге, так вообще небольшая война банд началась, ибо Шестые «патриоты» были свято уверены, что их «любимого» босса, кто-то из Когтей обнулил. Хотя скорее, там просто новый «начальник» должен был свою «удаль» показать и для этого начал врагов из Тигров выкашивать под соусом «праведной мести». У них там всегда, при смене боссов, горы трупов вокруг образовываться начинают.
Так или иначе, а Ребекка наконец собралась с мыслями и продолжила.
— Жизнь на улице также не была сахаром, — с опущенной головой продолжила она. — Нам пришлось делать много чего, чем я не горжусь. Того, что ты называешь «чернухой». Продавать наркотики в школах. Убивать и калечить за деньги лишь потому, что кто-то на кого-то не так посмотрел. Похищать бомжей на улице, чтобы их потом никто и никогда не нашел… Много чего чем я совсем не горжусь. Тогда же, после того как мне начали настойчиво предлагать поторговать «телом», я начала носить безразмерную куртку. Гораздо позже я сообразила, что под ней можно очень удобно, а главное незаметно, дробовик носить. И несколько выдранных из бронежилетов кевларовых пластин изнутри прикрепить. И связку гранат на себя нацепить. Однажды даже пояс со взрывчаткой, в стиле камикадзе, как последний аргумент в предстоящих переговорах решилась надеть. Хорошо, что все прошло нормально и вместо того, чтобы уйти громко и с помпой, те переговоры закончились нашим с Пиларом присоединением к команде Мейна. Ты бы видел его лицо, когда он узрел, что эта мелкая пигалица у себя под курткой держит, — с искренней улыбкой на лице произнесла она. А затем резко посмурнела. — Теперь ты знаешь обо мне всё, — и затем, робко (!) посмотрела на меня глазами, в которых искорка надежды отчаянно пряталась за смирением со своей участью.
И что я только могу на это ответить? У всех есть нелицеприятные моменты в биографии…
— Мне тоже есть что тебе рассказать…
И теперь исповедовался уже я. Я рассказал ей всё. Вот буквально абсолютно всё. И про предыдущую жизнь, и как я узнал там о мире киберпанка, вместе с судьбой его героев, и про жизнь в этом мире, и про болезнь, и про лечение, и про работу, и про свои цели и мечты… Вот так. Маски сняты, карты выложены, а игроки смотрят друг другу в глаза в ожидании вердикта другой стороны.
Она ничего не говорила и не спрашивала. Потянувшись ко мне, она заключила мои губы в поцелуй, на который я с облегчением ответил. Меня приняли. Со всеми тайнами и недостатками. И единственное чем я могу ответить на такое — принять её в ответ.
Последующий секс был одновременно обычный и исключительный. Обычно он у нас как бушующий штормовой океан и извержение вулкана страсти, а в этот раз был сравним с ровным светом солнца. Вот только если бы оно светило с интенсивностью как где-то перед Меркурием. Необычайные ощущения. Не столько физические, как более тонкие.
Но понежится и полностью отойти от утраты нам не дали. Под вечер того же дня мне позвонила Люси со словами:
— У Мейна был приступ киберпсихоза и он, вместе с Дорио, обнулился об Макс-так. Помогите.