Пиратки

Я натягиваю рубашку, избегая его взгляда.

— И у меня есть один, который часто прячется за бравадой, как Кейд, – говорит он мне. — Скрывался – ключевое слово здесь.

Я захлопываю дверь машины и встречаю его взгляд. — И что?

— То, что ты видишь и слышишь от него... Он удерживает мой взгляд. — Я гарантирую вам, это скрывать проблему, которая не имеет ничего общего с девушкой.

И что это значит?

Он использовал Дилан как способ причинить мне боль? Почему?

Я никогда не причинял ему вреда. У него прекрасная жизнь. Два замечательных родителя. Много друзей. Какие проблемы у Кейда?

Ной уходит, а я остаюсь стоять посреди всех машин, утопающих в тумане.

Все эти машины были на дороге, когда дамба рухнула во время шторма двадцать — два года назад. Движение было затруднено из-за эвакуации, и людям приходилось буквально выкарабкиваться и бежать. Когда вода отступила, они убрали машины с дороги и собирались убрать их позже, но так и не сделали этого. Многие люди так и не вернулись. Город забыл.

Во всех домах когда-то жили семьи, но большинство владельцев этих машин ушли в мир иной, их жизнь совершенно изменилась по сравнению с тем, когда они в последний раз садились в них.

Все может измениться очень быстро. В одну секунду у тебя есть жизнь, а в следующую – все, что тебе принадлежит, исчезло.

Весь прошлый год я исходил из того, что мы с Кейдом вернемся из этого. Как только я покажу ему, что я так же сильный на поле, он начнет меня уважать.

Что, если этого никогда не произойдет?

И что, если в процессе я причиню боль Дилан, лучшей подруге, которая у меня когда-либо была?

Я еду домой так быстро, как только могу, и вижу, что Нок-Хилл весь заставлен машинами.

На улице собираются люди, а в доме моего дедушки горят все фонари.

Я паркуюсь и поднимаюсь по ступенькам, мое сердце колотится от одной мысли, что я увижу ее внутри. Он сказал, что сегодня напоит ее.

Открыв входную дверь, я вхожу в дом, и мои уши наполняются музыкой, звучащей из колонок, которые Фэрроу расставил по всей гостиной. Я выхожу в фойе и оглядываю Кэлвина, Мейс, Арлет, Луку и Корал, сидящих за столом в столовой слева от меня.

Никто из них не пьет. Или улыбается.

Но справа от меня раздаются возбужденные разговоры и смех, и я смотрю на Фэрроу, сидящего на стуле с высокой спинкой, парней и еще нескольких учеников нашей школы, слоняющихся вокруг.

— Привет, Хантер, – щебечет какая-то девочка.

Я игнорирую ее, переводя взгляд на Фэрроу.

— Я не участвовал в этом, – говорит он.

— Я знаю.

Это Мейс и остальные сидят сейчас за столом. Фэрроу держит их в тайм-ауте.

— Где она? спрашиваю я.

— Пошла в душ. Он дергает подбородком в сторону ее дома по соседству. — Я дал ей бутылочку.

Я поднимаюсь в свою комнату, закрываю дверь и стою там около трех секунд, прежде чем достать ее вибратор из ящика стола.

Сегодня все еще ее день рождения.

Я выдергиваю шнур зарядки и заворачиваю его в полотенце для рук, спускаюсь вниз и выхожу через парадную дверь, пока никто не успел меня остановить. Проскользнув сквозь веселящихся на тротуаре Бунтарей , я захожу в ее дом и закрываю за собой дверь. Поднявшись наверх, я подхожу к белой двери и стучу.

Она открывается быстрым рывком, но не до конца. Дилан смотрит на меня сквозь щель, она все еще одета, а ее губы покраснели от нашего поцелуя.

— У меня есть твоя игрушка для купания, – говорю я ей.