Пиратки

9

Дилан

Кажется, я совершила ошибку.

Я хватаюсь за оба руля, увеличивая обороты двигателя. — Здесь можем быть только ты и я, – говорю я Хантеру. — Не все должны приехать.

Он бросает вещи в багажник своей машины, Фэрроу и Констин бегут вниз по ступенькам дома Хантера, и все они готовы совершить полномасштабное вторжение.

— Это неделя соперничества, – говорит он, как будто это все объясняет.

Я стискиваю зубы и снимаю шлем с заднего сиденья своего мотцикла. Или мотоцикла, который мне подарил Фэрроу. К счастью, он забрал его из Глотки Фелана.

Когда Хантер сказал «мы будем пробираться...», я подумала, что он имеет в виду нас с ним. Нас, вместе. Я думала, что мы ненадолго останемся одни.

Но он решил не рисковать и не сталкиваться с Кейдом без прикрытия.

Конечно, они будут драться. И, наверное, они еще дюжину раз поругаются, но в конце концов крики прекратятся, и они поговорят. Я просто знаю, что ничего не изменится, если они не будут видеть друг друга.

Мейс и Корал забираются на мотоциклы, причем Мейс едет на своем. Арлет задерживается по другую сторону от машины Хантера.

— Может, подождем до десяти или еще чего-нибудь? Я нажимаю. — Люди все еще будут на улицах.

— Это неделя соперничества, – повторяет он.

Он не думает, что Кейд будет дома. Сейчас только семь, а после ужина Кейд часто уходит с друзьями или с теми, с кем встречается.

Хантер сможет проскользнуть в дом вместе со мной, взять ожерелье и уйти, пока никто не догадался. Но на всякий случай он прихватит с собой всю разношерстную команду, и они смогут сделать несколько снимков или видео, чтобы выложить их в интернет и похвастаться, что пробрались в дом мэра Шелбурн-Фоллз, а я им в этом помогла .

Арлет бросает на меня взгляд, а затем подходит к Хантеру. — Я поеду с тобой, – говорит она ему.

Он захлопывает багажник и кивает, не глядя на нее. Именно она была рядом с ним в обеденном зале в понедельник. Неужели они вместе?

Она запрыгивает в машину, а он перебирается на водительское место. Он смотрит на меня через капот, но я говорю, прежде чем он успевает сказать мне, что делать. — Встретимся там, – говорю я.

Он подставляет мне подбородок, и все уезжают, а Хантер забирается в свою машину. Я вижу, как он поправляет зеркало заднего вида, пока я надеваю шлем.

Он мчится по улице вслед за своими друзьями, а я хватаюсь за руль и поднимаю подставку.

Но как только он огибает угол и скрывается из виду, я глушу двигатель и снимаю шлем. Достав телефон, я набираю номер Кейда.

— Ты в порядке? спрашивает он.

— Они направляются к твоему дому.

Он замолкает на мгновение, и я слышу музыку и десяток разговоров на заднем плане. Похоже, он в Ривертауне.

— Они... – бормочет он. — Хантер с ними?

— Да.

— Хорошо.

Он кладет трубку, а я снова убираю телефон и надеваю шлем. Возможно, это был не самый приятный поступок, но у плана Хантера был предсказуемый результат. Теперь – нет.

И Бунтари забывают... Я все еще Пират.

Сжимая рукоятки, я сбрасываю скорость, и мой двигатель гулко разносится по Нок-Хиллу, а затем спускается в район мельниц. Я сворачиваю на Ривер-роуд, проносясь мимо рыбаков и разрушающихся эллингов. Когда я сворачиваю налево, на тот самый мост, который я пересекала в воскресенье вечером, я колеблюсь лишь мгновение, прежде чем нащупать в кармане монету и бросить ее на обочину, к затонувшему автомобилю. Платите за проезд.

Интересно, кто-нибудь когда-нибудь нырял вниз, чтобы ограбить ее призрак? Там должно быть несколько сотен долларов, учитывая, что я никогда не видела, чтобы кто-то платил копейками. Как будто чем больше заплатишь, тем больше благодати купишь. Но это бессмысленно. Оказывать пиратской девушке такое почтение. Интересно, как вообще возникла эта традиция.

Съехав с моста, я поворачиваю налево и снова бегу параллельно реке, не снижая скорости, поскольку прав у меня с собой нет.

К тому же я хочу опередить Бунтарей настолько, чтобы они свернули направо с Хай-стрит, к дому Карутерсов, прежде чем увидят, что я направилась в противоположную сторону. Мое ожерелье никогда не было в доме Хантера и Кейда. Я просто хотела свести их вместе, но раз уж Хантер решил взять с собой всех, он может отправиться в засаду, которая, я не сомневаюсь, будет ждать Кейда.

Направляясь в город, я немного замедлила шаг, высматривая машины родителей. Миновав Ривертаун, я не вижу ни грузовика Кейда, ни его друзей, что означает, что они уже скрылись в его доме, чтобы уехать от Хантера.

Я мчусь мимо ничем не примечательной площади из красного кирпича между Ривертауном и «Фростедом», пекарней Куинн, и только я и еще несколько человек знаем, что между этими двумя заведениями скрывается старинный подпольный бар. Квинн пока не знает. Владелец «Ривертауна» не знает. Хантер не знает.

Доехав до знака «Стоп», я не вижу Бунтарей и сворачиваю влево, включив передачу, а затем еще одну. Я быстро сворачиваю направо на пустую школьную парковку.

Луна отражается от окон второго этажа, и я мчусь по стадиону, останавливаясь перед той самой дверью, в которую мы с Аро вломились в воскресенье вечером.

Припарковавшись, я спрыгиваю с мотоцикла и роюсь в кармане в поисках набора отмычек. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста... Достигнув двери, я вставляю отмычки, нахожу рычаг и, затаив дыхание, толкаю его. Поворачиваю ручку, дверь открывается, и я улыбаюсь, представляя, как гордилась бы Аро.

Сунув инструменты обратно в карман, я с силой распахиваю дверь и, слегка повернув, делаю шаг внутрь, закрывая ее за собой. Я бегу по коридору, открываю фонарик на телефоне и протискиваюсь в раздевалку. Я двигаюсь к шкафчику Аро и своему шкафчику, набираю комбинацию и открываю черную стальную дверь. Я свечу фонариком на зеленую ленту и хватаю ожерелье с ископаемым отпечатком большого пальца моей мамы, которое на самом деле никто никогда не носит. Я засовываю его в карман джинсов и, захлопнув дверцу шкафчика, бегу обратно тем же путем, каким вошла.

Я хватаюсь за ручку двери раздевалки и дергаю.

Но она не открывается.

Мое сердце замирает.

Я дергаю сильнее. — Какого черта? шепчу я.

Я дергаю снова и снова, но дверь в раздевалку, через которую я только что вошла , теперь заперта.

Я прижимаю ухо к двери и слышу скрип чьих-то ботинок по полу с другой стороны.

— Эй! – окликаю я. — Привет!

Уборщик еще здесь? Может, они просто закрываются?

Я хватаюсь за ручку обеими руками и рычу, пытаясь освободить дверь. — Пожалуйста...

Мой телефон начинает звенеть уведомлениями. Потом жужжание.

— Алло? Я кричу, колотя кулаком по двери. — Выпустите меня!

Раздается низкий, далекий вой, за которым следует смех отдельного голоса.

— Кто там? кричу я. — Что происходит?

Мой телефон разражается одним гудком за другим, и я достаю его, пролистывая.

Я нажимаю на фотографию, на которой я бегу по школе несколько минут назад, и хотя она размыта, ее можно узнать. Надпись гласит: B&E.

Взлом и проникновение. Фотография опубликована с неизвестного мне аккаунта. Место действия: Средняя школа Шелбурн Фоллз.

Я выдыхаю весь воздух и на мгновение закрываю глаза. — Черт.

Крутясь на месте, я бегу в другой конец раздевалки, проскакиваю через дверь в спортзал и бегу через баскетбольную площадку.

Я проскакиваю через дверь в школьный коридор и проношусь мимо витрин с вещами выпускников, воспоминаниями и шкафчиками для одежды.