Страница 37 из 63
- Но тогда кристалл мог бы лежать в забвении до тех пор, пока Кранор-Рилл не поглотил бы наконец эти затерянные руины! - изумленно воскликнула Терес. - Что за безумие заставило тебя пробудить это древнее зло!
- Ты называешь его злом? - насмешливо переспросил Кейн. - Гелиотроп существует по ту сторону понятия добра и зла. Чужой кристалл - средоточие космической энергии, ключ к непостижимой человеческому восприятию силе. Я намерен освободить эту силу, использовать ее для собственных целей, и это стремление ставит меня вровень с любым завоевателем - я хочу быть дьяволом для врагов и богом для соратников.
- Но кто пойдет за тобой, Кейн? - В ее тоне слышалось отвращение.
Его голос сохранил уверенность:
- Сильный человек последует за сильным предводителем. Когда власть Гелиотропа покорит Южные Земли, многие пойдут за победителем. Несравнимо лучше присоединиться к войску завоевателя, нежели быть растоптанным его поступью! Моя власть не ограничится побережьями Южных Земель!
- Внушительные замыслы для одинокого искателя приключений, прячущегося среди жаб в гниющем владении! - возразила она с ледяным презрением. - Дважды предатель мечтает править континентом!
Ее насмешки задели его. Постепенно Кейн разгорячился:
- Я просто выжидаю здесь! Сейчас у Гелиотропа лишь крошечная частица прежней силы. Мои рабы трудятся, восстанавливая былую мощь! Крелран так и не закончил Арелларти - враги уничтожили его прежде, чем город был построен. Если бы они успели закончить работу, а древний повелитель Гелиотропа не усыпил каким-то образом кристалл, Арелларти сохранил бы свое величие до сей поры!
Я собираюсь закончить труд затерянных тысячелетий - возродить былую мощь Гелиотропа! Признаю, что сейчас я беззащитен. Открыв мою цель, можно победить меня общим усилием, но кто узнает о моих планах? Соседние государства воюют друг с другом. Они продолжат сражаться, пока я не добьюсь своей цели, ни о чем не подозревая и истощая силы в жалких стычках! Я намерен основать мою империю здесь, в Южных Землях, и найду преданных подданных среди оставшихся в живых. И тогда никто не посмеет объявить себя моим врагом. Как только Арелларти будет завершен согласно первоначальному проекту, сила Гелиотропа станет силой космоса! И тогда ничто на свете не способно будет остановить меня!
- Так бахвалились и другие! - бросила Терес.
Его глаза загорелись леденящим пламенем.
- Да, и некоторые из них основали империи, стоящие доныне!
* * *
В ту ночь ее сон был отравлен пугающими кошмарами, освободиться от которых Терес не смогла, даже проснувшись. Призрачные силуэты скалили на нее зубы в темноте медленно исчезали, едва она устремляла на них лихорадочный взор, прикусив костяшки пальцев и подавляя рвущийся с губ крик. Она покрылась потом, лоб горел под прикосновением холодных пальцев, и меховые покрывала не могли избавить ее от ледяного озноба. Терес то ускользала в забытье, то приходила в себя, от слабости не способная утолить мучительную жажду.
Поздно утром заметивший ее отсутствие Кейн постучался к ней. Хриплый голос девушки отозвался на его робкий стук, и он вошел в комнату. При виде метавшейся в лихорадке Терес он нахмурился.
- Отправляйся к своим жабам, дай мне умереть спокойно! - жалобно простонала Терес. Она оттолкнула его влажными руками, но в них не было силы.
- Голова у тебя горяча, как вареное яйцо, - заметил Кейн, отнимая ладонь от ее лба. Он принялся участливо расспрашивать ее, но девушка почти не отвечала.
- Оставь меня в покое, Кейн! - рычала она и вяло отталкивала его, когда он стянул с нее меха и прижался щекой к ее обнаженной спине.
- Черт побери, угомонись! - рявкнул он. - Я пытаюсь понять, что с тобой случилось. - Он начал осторожно простукивать ей спину пальцами обеих рук.
- Ведь ты не врач... Хотя лишь проклятому Тоэму известно, кем еще ты можешь быть!
- Откуда тебе знать, на что я способен, а на что нет! Я старше, чем тебе кажется, а тот, кто хочет бросить вызов смерти и скуке, знает дорогу к своей цели.
Терес чувствовала себя в эту минуту слишком плохо, чтобы продолжать перепалку. Пальцы Кейна были нежны, манеры заботливы, и, хотя она подозревала, что он лишь играл ее доверием, его внимание доставляло ей удовольствие. В эту минуту она сомневалась, что на свете есть муки, способные довести ее до более жалкого состояния.
- Похоже, легкие у тебя чистые, - объявил Кейн. - Не думаю, что это воспаление, по крайней мере пока. Скорее всего ты подхватила лихорадку, путешествуя по болоту, либо надышалась вредными болотными испарениями дыхание Кранор-Рилл почти всюду отравлено.
Кейн перебрал находящийся в спальне скудный запас медикаментов, бормоча что-то под нос, затем пояснил:
- Я перевез в Арелларти лишь самую необходимую провизию, но у меня есть кое-какие полезные лекарства. - Он отмерил серовато-белый порошок в чашу с вином и размешал его.
- Если есть выбор, я предпочту отраве меч.
- Теперь я понял, почему Малхион выглядит на десять лет старше своего возраста, - раздраженно проворчал Кейн. - Твои выводы опрометчивы, а логика просто отсутствует. Мне известны яды, способные отправить тебя в ад, но этот порошок сломит твою лихорадку. Это хитроумная смесь коры, плесеней, корней и прочих ингредиентов, незнакомых отсталым врачам Воллендана. Выпей ее с улыбкой или сгорай от лихорадки. Время, которое я могу провести вне Селонари, ограничено, и мне не хочется оставлять больную девушку одну в Жабьем Приюте.
Зелье было горьким, с примесью снотворного, и поэтому Терес вскоре уснула с мыслями о колдовских снадобьях Кейна.
Он несколько раз проведывал ее в течение суток и последующего дня. Лекарство оказалось полезным, поскольку лихорадка вскоре отступила и пульсирующая головная боль покинула девушку. Она подолгу спала, ее продолжали мучить причудливые сны, которые она с трудом вспоминала при пробуждении. Терес смутно ощущала холодное прикосновение Кейна на своей пышущей жаром коже, будто наблюдая со стороны за мечущейся в ознобе девушкой в могучих объятиях незнакомца, подносящего чашу с лекарством к ее бескровным губам. Он говорил с ней, но она почти не отвечала: долгий монолог, смысла которого не улавливал ее затуманенный разум. Осталось лишь воспоминание об именах, землях и городах далеких континентов минувших столетий. Когда они позже вспоминались ей, Терес уже не была уверена, во сне она их слышала или наяву.
* * *
Однажды утром лихорадка покинула ее, по крайней мере на время. Депрессия исчезла после того, как спал жар, хотя осталась некоторая слабость. Атмосфера в комнате действовала на Терес угнетающе, и она решила насладиться утренним воздухом. Хотя она недолюбливала Кейна, что-то влекло ее к нему, вот и сейчас Терес решила отыскать хозяина Арелларти.
Очевидно, неуклюжие стражи догадались о ее намерении или действовали по приказу Кейна, ибо не успела она покинуть спальню, как бдительные риллити указали ей путь. Держась подальше от уродливых существ, она последовала за ними к низенькой постройке, выходящей фасадом на двор.
Кейн был там, он сидел на корточках возле глубокой трещины, рассекшей стену и пол засыпанного обломками здания. В полумраке Терес не сразу поняла, чем был занят Кейн. Когда она подошла ближе, ей показалось, что ее все еще лихорадит.
От трещины в полу поднималась наискось над горкой странных обломков огромная, неровно сплетенная паутина. На ней висел гигантский паук, превосходивший величиной любого из тарантулов Кранор-Рилл. Между концами его толстых черных лап могла поместиться огромная рука Кейна; раздутое, несоразмерно огромное тело достигало величиной пары мужских кулаков, а поросший редкой щетиной хитиновый панцирь блестел, подобно капле черной крови.
Сосредоточась на мерзкой твари, Кейн даже не поднял глаза на вошедшую Терес. Завороженной девушке показалось, будто он шепчется с тварью - она расслышала тихие щебечущие звуки, - видно, над ней подшутило гуляющее в постройке эхо.