Страница 72 из 196
Есть ещё парочка тайн, о которой знают лишь директор и родители: «потеря памяти» и «тренировка в Запретном Лесу». Именно так, в кавычках. Эти тайны не имеют никакого отношения к объективной действительности, это всё ложь. Ложь, которая, на удивление Кинга, пока ещё работала.
Как долго он сможет сохранять столько тайн — хороший вопрос. Но одно дело — хранить личные или общие тайны, и совсем другое — чужие.
«Должен ли я говорить Дамблдору о том, что увидел в покоях Грюма?» — мысленно прикидывал Кинг.
Недавно посетив директорский кабинет с Уоррингтонами, он бы никак не смог об этом поведать старику, ибо тогда присутствовали лишние уши.
Что же до Грюма… возможно, он невольно стал свидетелем какой-то жутковатой загадки? Или он просто себя накручивает, и на деле никаких тайн у профессора ЗОТИ нет? Дьявол, отсутствие детальной информации порой может сыграть злую шутку с человеческим восприятием. Ведь мы склонны видеть то, что хотим видеть. И часто не замечаем очевидного, довольствуясь поверхностными впечатлениями о различных явлениях и событиях.
Кинг погрузился в «Архив Воспоминаний», чтобы хорошенько во всём разобраться.
***
Личные покои Аластора Грюма не отличались какими-то изысками: картин не было вовсе, низкая кровать с балдахином под потолком, рабочий стол со стопками пергаментов, тёмные стены да огромный сундук. Свет в комнату практически не проникал из-за тяжёлых штор, закрывающих витражные окна.
— Да… будет сделано, мой Лорд, — хрипло шептал профессор ЗОТИ, сидя за столом. Его посох и протез ноги были поставлены около кровати. — Разумеется… Всё идёт по плану…
«Наблюдатель» в лице Кинга парил за спиной чокнутого профессора и с недоумением следил за происходящим.
Грюм говорит сам с собой? Ну, по слухам, он тот ещё псих. Ему везде мерещится опасность и своим студентам он вечно твердит о постоянной бдительности. Потому разговоры с самим собой не самая удивительная штука, если так посудить. Вот только какого хрена он называет себя «Мой Лорд»? У этого мракоборца в отставке мания величия, что ли?
— Да, старик ни о чём не подозревает… Нет, мой Лорд, я пока не смог… но я работаю над этим…
Спустя десяток вздохов Грюм ещё раз проговорил «Конечно, мой лорд» и закрыл что-то, оставив на столе.
Наблюдатель в воспоминании уже хотел было повернуться и улететь прочь, однако тело Аластора выгнулось дугой, из горла вырвался сиплый стон.
«Может, ему нужна помощь?» — спросил Наблюдатель.
И тут начались странности. Тело Грюма пошло не то буграми, не то волнами, будто под кожу ему залезли какие-то существа и лихо двигались туда-сюда.
«Ну и хренотень», — сглотнул Наблюдатель. По имеющейся у Кинга информации, Аластор имел серьёзные проблемы со здоровьем из-за темномагических проклятий и постоянно лакал зелья собственного приготовления, что поддерживали его и помогали бороться с недугом.
Прошипев ругательства и поминая Мордреда, профессор допрыгал на одной ноге до вешалки и вытащил флягу из кармана коричневого пальто.
Хлебнув несколько глотков, он остановил непонятные метаморфозы.
Грюм вздохнул с облегчением, улёгшись на кровать.
Воспоминание на этом обрывалось. Столкнушись с Уоррингтонами, Кинг тогда отменил навык…
***
— Это очень странно, — рассуждал он, прокрутив события короткой сцены к началу и поставил «ролик» на паузу.
Второй Кинг вышел из фигуры Наблюдателя, чтобы получить другой угол обзора.
Стоило ему вблизи заглянуть в лицо мракоборца, как он, выругавшись, отшатнулся. У самого Кинга внешность была не из приятных после получения ожога от драконьего пламени, но Аластору Грюму путь на конкурс красоты от «Ведьмополитена» однозначно был заказан. Если бы Кинг не привык к своей жуткой роже в зеркале, то, увидев это чудовище, если и не упал бы в обморок, то точно бы обосрался.
Один глаз — антрацитово-карий, прожигающий твоё нутро неудержимым безумным огнём. Второй — лазурный, сияющий мистическим светом и выпирающий из глазницы, будто огромный фурункул. Почти всё лицо испещрено глубокими шрамами, половина носа отсутствует. И довершала образ копна растрёпанных седых волос, торчащих в разные стороны.
— Ебать же ты стрёмный, — покачал головой Кинг и сухо сглотнул.
Переборов отвращение, он продолжил просмотр воспоминания.
[-100 МП]
В руках у Грюма было зеркальце. Серебристое раскладное зеркальце, в которое он смотрел и разговаривал сам с собой.
Кинга осенило:
— А может… это связной артефакт?
Он кое-что слышал о сквозных зеркалах, зачарованных по принципу Протеевых чар. По имеющейся информации, они представляли собой что-то вроде магических смартфонов с весьма ограниченным функционалом. Это парный артефакт, и магическая связь имелась только между элементами пары. В некоторых случаях связь и вовсе могла быть односторонней, то есть «звонить» мог лишь один «абонент».
Но не суть. Если Аластор с кем-то разговаривал, тогда в этом есть смысл. Кинг постарался вглядеться в того, кто находился на другом конце провода. Однако в зеркальце лишь клубилась тьма.
Он наклонился, чтобы хорошенько всмотреться в силуэт.
[-300 МП]
— Чёрт бы вас всех побрал, чего ж так дорого-то? — сетовал Кинг. — Целых триста маны, блять, серьезно?
— Да, старик ни о чём не подозревает… — говорил Аластор. — Нет, мой Лорд, я пока не смог… но я работаю…
— Стоп! — по команде Грюм замер с открытым ртом.
Тьма с зеркала частично рассеялась. Теперь Кинг видел тёмную комнату с пыльными гобеленами на заднем фоне. И… чёрную люльку? Люльку, куда кладут младенцев? Что за фигня?
Прищурившись, Кинг обнаружил свёрток в той люльке. Но как ни вглядывался, большего разглядеть не удалось.
Промотав воспоминание чуть назад, он решил зайти с другой стороны и приложить ухо к зеркалу, дабы услышать, что говорит таинственный собеседник профессора.
[-200 МП]
Как ни вслушивался, Кинг не смог различить ни звука. Почти. Лишь фоном на краткий миг раздалось змеиное шипение, но на этом всё.
— Блять… только зря ману потратил! — выйдя из Архива Воспоминаний, Кинг помассировал виски. Голова сильно разболелась.
«Ну… хоть кровь на этот раз из носа не текла. И на том спасибо!»
Лёжа на кровати в личной комнате в Хогвартсе, он пытался переварить то, чему невольно стал свидетелем. Аластор Грюм — мракоборец в отставке, которого Дамблдор пригласил для преподавания ЗОТИ. По слухам, эта должность проклята, однако Амос Диггори говорил, что проклясть должность невозможно, по крайней мере, он о таком никогда не слышал.
Но не в этом суть. Если этого жуткого парня пригласил сам Дамблдор, значит, он отвечает за него. Кинг верил в директора. Это был маг с большой буквы и человек, который неоднократно помогал ему. Следовательно, Дамблдор в курсе того, кто это такой и что он в общих чертах из себя представляет.