Страница 28 из 36
Секунды тишины тянутся, как вечность. Я встаю с кресла и подхожу к окну, наблюдая за людьми снаружи, как они суетятся внизу. Я вспоминаю десять лет брака. Она знает меня слишком хорошо, знает мои слабости, все трещины в броне, которые может использовать. Я молчу. Мысли проносятся через голову, как стремительные вспышки света.
— Нет, Кристен, — твердо говорю я. — Все давно закончилось.
Связь прерывается.
Я кладу телефон на стол, чувствуя, как внутреннее напряжение растекается по телу, словно выброшенная пружина. Слишком многое произошло в последнее время. А теперь еще и Кристен, которая, похоже, не остановится, пока не получит своего.
48
Ключ медленно вращается в замке, и я слышу, как дверь открывается. Блейк проходит внутрь спокойно, не торопясь, будто его движения рассчитаны до мелочей. Его поведение настолько сосредоточено, что на миг мне кажется, что это обычный вечер, будто между нами нет всех этих недоразумений и натянутых разговоров, и никогда не было. Я смотрю, как он заходит, осматривает комнату, на мгновение задерживается у окна, а потом возвращается ко мне.
— Ты готова? — его голос ровный, как всегда, но что-то в нем сегодня по-другому.
— Да, готова, — отвечаю я, и это правда. Блейк мне позвонил заранее, и я успела подготовиться.
Тут на пороге кухни появляется Сара с чашкой в руках. За последнее время, похоже, это уже стало ее ритуалом — она часто пьет чай, словно этот простой жест дает ей чувство контроля и покоя. Она лениво смотрит в нашу сторону, уводя взгляд.
— Уже едете? — спрашивает она, и ее тон настолько обычный и спокойный, что на сотую долю секунды я сама верю в то, что так оно и есть на самом деле.
— Да, а ты хочешь с нами? — говорю я, сверкнув в ее сторону осторожной улыбкой.
— Нет, спасибо, — отвечает она с той же безмятежностью, ответив такой же едва уловимой улыбкой и сворачивая в направлении своей комнаты. — Па, купишь мне что-нибудь по дороге?
Ее тон неожиданно спокойный, как и в целом поведение, и это похоже сбивает с толку не только меня. Блейк приподнимает брови, удивленно переводя взгляд то на меня, то на Сару.
— Вы, я смотрю, уже помирились? — спрашивает он, скептически прищурившись, явно не ожидая такого развития событий.
Сара лишь слегка пожимает плечами и бросает что-то невнятное с легким румянцем на щеках, в следующее мгновение исчезая за дверью комнаты.
Блейк молчит, будто анализирует ситуацию, а потом смотрит на меня. Я коротко киваю, подтверждая:
— Да, мы поговорили, — говорю я, стараясь не показать, что придаю этому слишком большое значение. Но кажется мне, для него это не менее важно, чем для меня.
— Хорошо, — тихо говорит он, больше обращаясь к себе, чем ко мне, а потом снова смотрит на меня. — Ты точно готова?
Этот вопрос звучит так, будто он хочет убедиться, что я не передумаю. Я ловлю его взгляд, в котором мелькает что-то неуловимое. На мгновение меня одолевает чувство, что теперь все будет по-другому.
— Да, я готова, — говорю я, мягко пожимая плечами, хотя внутри у меня все еще есть сомнения.
Сара молча ушла в свою комнату, оставив нас вдвоем. Блейк оборачивается на меня снова, потом медленно выходит из дома. Я медлю секунду вторую, позволяя себе впитать очертания его силуэта, а потом иду вслед. Я выхожу.
49
— Привет, дочь. — Я стою перед открытой дверью квартиры, которую только любезно открыла мне мать. — Ну, наконец!то, то мы уже забыли, как ты выглядишь.
Я закатываю глаза, слегка цокая языком. Всего лишь один день не была дома, а она уже успела сделать из этого событие.
— Мам, меня не было всего один день, — отвечаю ей, поправляя лямку сумки на плече.
Я делаю шаг, но прежде чем успеваю войти в квартиру, чувствую на спине теплую руку. Вслед за этим слышу низкий, мягкий голос, словно прорастающий из ниоткуда, парализуя меня:
— Добрый вечер. Прошу прощения, это из-за меня.
Я резко вскидываю голову, расширив глаза от неожиданности. Блейк стоит позади, приобняв меня за талию, его спокойная улыбка и тот же взгляд, сдержанный, но проницательный, как всегда выбивают меня из равновесия. Я почти перестаю дышать. Мы ведь договорились, что он подождет меня внизу.
— Я думала, ты подождешь меня в машине? — Мои слова звучат как вопросы, но больше напоминают упрек. Блейк слегка пожимает плечами, его тон остается непринужденным:
— Не могу позволить тебе таскать тяжелые чемоданы, — как ни в чем не бывало отвечает он, после чего обращает внимание на маму. — Простите, я Блейк. Блейк Морис, — он вежливо протягивает руку матери для рукопожатия.
Мама, явно удивленная его появлением, быстро приходит в себя, коротко кивая:
— Тот самый?.. — немного смущенно произносит она, но уже через секунду приходит в себя, с улыбкой пропуская нас внутрь. — Проходите, что ж это я.
Суета, неловкие передвижения, знакомство с отцом и никому не нужны заботы. В конце концов мы все-таки оказываемся на кухне, где уже раздаются тиканье приборов о тарелки, оживленные разговоры и изредка смех моего отца. Блейк ему понравился, это очевидно. Я молча ковыряю вилкой еду, думая о том, как мне быть. Ведь придется как-то объяснить происходящее родителям. Они у меня конечно понимающие и любящие, но так сразу раскрывать все карты пожалуй я не готова. Да, я предупреждала, что вернусь сегодня домой, но не говорила ни слова о Блейке. У меня был четкий план и расчет на то, что я с этим справлюсь сама. Возможно, так было бы легче. Но он нарушил все мои планы. И как, спрашивается, я должна на такое реагировать? Ведь придется как-то объяснить.
— Элайна, ты вообще слушаешь? — вдруг звучит голос отца, который до этого весело что-то обсуждал с Блейком.
— Что? — я моргаю, выныривая из своих мыслей. — Простите, я…
Тут Блейк аккуратно обнимает меня за плечи, прерывая:
— Простите, она просто немного нервничает.
Я с удивлением смотрю на него, не понимая, что он имеет в виду. На его губах легкая вежливая улыбка, не сползающая с его лица почти весь вечер, как и легкая, непринужденная забота обо мне.
— Элайна переезжает, — говорит он спокойно, и за столом сразу застывает такая мертвая тишина, которой в этом доме наверняка еще не было со времен моего появления на свет. Все умолкают и резвые звуки приборов резко останавливаются.
— Ко мне, — добавляет Блейк, будто ему недостаточно того ошеломления, которое он привнес, окутывая весь воздух.
Это длинная, очень длинная пауза.
Мама тихонько охает, а отец смотрит на Блейка с легким налетом удивления, немного приподняв брови.
— Вот как, — начинает он и его голос мгновенно снова звучит серьезно, даже где-то настороженно, не оставив ни следа от той легкой беззаботности, которой был покрыт весь вечер. — Так у вас… Все серьезно? — спрашивает отец, и кажется, будто воздух постепенно отмирает, возвращая все на круги своя. Снова становится слышно лязг приборов о тарелки, и дышать, кажется уже немного легче.
Блейк спокойно поправляет узел галстука, кивая:
— Я думаю, интересное положение вашей дочери говорит само за себя.
Мои родители пересматриваются, и что-то в их взглядах заставляет меня напрячься. Мгновенно воздух проникается таким напряжением, что я почти чувствую его на себе. На мгновение в комнате повисает двусмысленная тишина. Отец коротко прочищает горло.