Буря в Кловерфилде

Гиль расхохотался.

— А он всегда такой дотошный! Закапывается в детали как крот и может вечно изучать любую вещь с миллиона сторон. Не волнуйся, госпожа, мы найдем эту душу и обо всем расспросим. И не через годы, а намного раньше. А ты отыщешь похитителя, и он понесет наказание.

— Спасибо, Гиль. Что бы я без тебя делала?

— Скучала и тосковала бы. Спеть тебе песню?

— Спой. Хоть немного отвлекусь. Эйне, ты ведь не обиделся на меня?

Тот покачал головой.

— Нет, моя госпожа. Меня трудно обидеть.

— У тебя и правда очень милые веснушки, — мягко добавила Беата, — и спасибо, что продолжаешь служить мне даже после смерти. Такая преданность воистину бесценна. Хорошо, что я встретила тебя.

Васильковые глаза Эйне вспыхнули как эльмовы огни. Он положил руку на зеркало, и Беата тут же прижала свою поверх. Но ощутила лишь холод стекла вместо теплой ладони.

Ее охватила тоска от невозможности обнять Эйне. Проклятье, даже не прикоснешься к нему! И не воскресишь! Ну почему магия могла дать многое, но никогда не давала того, что по-настоящему нужно?!

Джеральду можно было не волноваться насчет измен: никто, кроме ее кецалей, Беате был не нужен, а размениваться на интрижки с другими мужчинами она не станет. Среди них просто не найдется ни одного, способного затмить Эйне и Гиля. Все остальные вечно будут проигрывать в сравнении с ними: красивыми, любящими, верными и безнадежно мертвыми.

К концу мая уже стало совсем тепло, и Беата поручила Джеральду купить пару садовых кресел, небольшой стол и зонт от солнца, а после их установки принялась проводить время на улице, наслаждаясь чаем и прекрасной погодой. Сейчас она разложила на столе гриву ночных кобылиц и заплетала ею кости восставших из мертвых, создавая костяной оберег с посмертной росой. Эва, Дана и Лили стояли перед ней и с любопытством смотрели на это.

— Наставница, а что вы делаете? — спросила Лили.

— Оберег для посещения загробного мира.

— Вы туда собираетесь?

— Нет. Просто хочу сделать его, пока есть время.

Эва вскинулась.

— Давайте я вам помогу!

— Не нужно. Сегодня у вас всех практический урок, девочки. Как морочить людей, каждая из вас уже знает. Как снимать морок — тоже. Сегодня будете учиться определять замороченных жертв по их поведению. Итак, слушайте условия задания: в Хисшире десять человек заколдованы мною. Они об этом не знают, но вам нужно их расколдовать. Они будут бродить по улицам, могут быть в общественных местах: магазинах, трактире, на почте и даже уйти в лес или вересковые пустоши. Я даю вам три часа на то, чтобы обнаружить их всех, расколдовать и сообщить мне их имена. Время пошло.

— А можно использовать фамильяров? — спросила Лили.

— Можно, но они тебе не помогут.

— А мы всех этих людей знаем? — уточнила Эва.

— Нет.

— Но как тогда нам понять, что они заморочены, без знания их обычного поведения?

— Придется использовать мозги. Но можно подглядеть в книгу заклинаний: вы записывали теорию на эту тему.

— А если мы не справимся? — спросила Дана.

Беата оглядела их.

— Вы — будущие жрицы Калунны и когда окончите обучение, будете служить ей. Где и как — решать буду я. Те из вас, кто покажет себя с лучшей стороны, получат хорошую службу: денежную, с интересными заданиями и полной свободой. Если вы окажетесь достаточно умны, то сможете сами предлагать, как будете служить культу: например, Голди — умная, ответственная и талантливая ведьма. Я отправила ее управлять Морландом, и она справилась, но он ей надоел, и она предложила сделать ее помощницей мэра Кловерфилда. И она станет ею, когда эти земли перейдут под покровительство вересковой богини.

Беата помолчала, давая им время понять ее слова.

— Сейчас ваш проигрыш не будет иметь последствий. Но если к концу обучения кто-то предпочтет остаться глупой, бесталанной и бесполезной… что ж, воля ваша. Лавке зелий всегда будет нужен продавец.

Эва побледнела и вонзила ногти в ладонь. Кажется, она ярко представила, как торгует зельями до самой старости, в то время как другие ведьмы правят городами. Такого унижения она явно не перенесла бы.

— Мне нравится работать в лавке, и я была бы не против остаться там, — безмятежно сообщила Лили, — но мне нравятся и другие задания: ритуалы, участие в праздниках Калунны, сбор редких ингредиентов и разное интересное колдовство. Так что я бы лучше выполняла разные поручения, а не только одно.

— Нам надо расколдовать по три человека каждой, а та, что отыщет четвертого, покажет лучший результат. Давайте разделимся, — уверенно предложила Дана. — Наставница, мы пошли.

— Удачи.

Беата вернулась к созданию оберега. Время текло лениво и незаметно. Денек был просто чудесный, Пуховка мурчала у нее на коленях, и Беата совершенно расслабилась.

В сад вошел Джеральд.

— Беата, что происходит? Девочки бегают по деревне, за кем-то следят, на кого-то колдуют, а когда встречаются, начинают спорить и шушукаться. Кстати, мой коллега, Гарри Ли, сегодня тоже странно себя ведет. Он обожает мясо, но вдруг начал требовать, чтобы мы всем участком перешли на вегетарианскую диету. Выкинул свой стейк в помойку и отнял колбасу у Трэвиса, подсунув ему огурец. Шеф в шоке, думает, Гарри перегрелся на солнце.

Беата хмыкнула.

— А ты наблюдательный. Девочки на него что-нибудь колдовали?

— Вроде, нет.

— Тогда жди, они должны его расколдовать. Или я сама это сделаю через час.

— Постой, ты что, заколдовала жителей Хисшира?

— За деньги и зелья они согласились мне помочь. Просто сейчас этого не помнят, чтобы не испортить урок колдовства.

Джеральд покачал головой.

— Не слишком ли это?

— Нет. Милый, сходи в трактир за едой, а? Я голодна, но должна остаться здесь. Испытание подходит к концу.

— Хорошо.

Беата закончила оберег с посмертной росой, убрала остатки ингредиентов, пообедала, почитала книгу и прогулялась по саду, лаская пальцами кусты вереска, защищающие дом от нечисти и людей, желающих причинить вред ее семье. Время вышло, но ученицы не появлялись. Беата потянулась, зевнула и вновь устроилась в кресле с книгой.

Эва, Лили и Дана вернулись только к вечеру, потрепанные и пришибленные. У Эвы были неровно срезаны волосы, у Лили наливался синяк на скуле, а вся одежда Даны была испачкана так, словно ее валяли по земле.

— Итак? — спросила Беата. — Называйте имена тех, кого нашли и расколдовали вы лично.

— Гарри Ли и Дэвид Боссом, — хмуро сообщила Дана.

— Мэри Дженкинс, Джон Левис, Анна Миртл, — Лили шмыгнула носом.

— Джипси Браун, Молли Блэк, Джеймс Кирби, Эшли Лейк, — отчеканила Эва, — а десятой была Дана, и мы расколдовали ее вместе с Лили.

— Кто обнаружил на ней морок? — с улыбкой спросила Беата.

— Я. Но только когда она стала драться с нами, — Эва стиснула зубы, — она все время вела себя адекватно, но когда мы нашли девять человек, вдруг сказала, что не будет искать десятого, и ушла играть с Мак на вересковые пустоши! Мы ее там два часа искали, хотя Друг взял ее след без проблем! Она от нас пряталась под невидимостью и убегала!

— А потом заявила, что никуда не пойдет, пока мы не отыщем десятого замороченного сами! — возмутилась Лили. — Мы поняли, что с ней что-то не так, и попытались отвести к вам, так она стала защищаться колдовством! Как вы могли велеть ей нам вредить?!

Дана молчала, но ее глаза были полны обиды.