Страница 55 из 198
– Ты, – его палец упёрся в женщину средних лет, – Кто такая, какую работы выполняла здесь?
Тотчас кляп, что вязал ей рот, сверкнул, лопнул, и упал на пол.
– Руки‑и… развяжите руки! Я пальцев не чувствую, – тотчас заканючила женщина, дёргая плечами.
– Ответь на вопросы, – остался барон совершенно безучастным.
– Служанка я! Спальная! Его благородиям постели убирала, стиркой занималась и прочими делами. Развяжите, Истока ради!
– Ты‑то мне и нужна. Вставай, пойдём со мной, – подхватив её за подмышку, Вальтер резко вздёрнул женщину вверх, после чего путы на её руках точно также рассыпались, лопнули, и опали на пол.
– О‑ох… Хорошо‑то как… – потёрла она кисти рук, с трудом двигающимися пальцами.
– Идём.
Вытолкав служанку за дверь, Вальтер быстро описал суть проблемы, после чего они оба оказались в спальне Курта на третьем этаже. Верхнюю часть тоже чуть не сдуло взрывом, из‑за чего стены были сильно покорёжены, мебель лопнула, придавленная потолком, а полы жутко скрипели под ногами, покачиваясь в такт шагам. Ещё и вода капала с потолка от начавшегося дождя. Однако в гардеробной старшего баронета всё же нашлось немало одежды приемлемого качества, кроя и фасона. Многие платья пусть и выглядели словно гайские наряды (всё как любили во Франции века пятнадцатого‑шестнадцатого) с рюшечками, чулками и кружевами, но некоторые их части были весьма приличного вида. Тем более всё, что отталкивала его ранимая мужская душа, он моментально забраковал, сбросав в отдельную кучу.
Одевшись при помощи служанки в смесь походно‑охотничьего костюма и официального выходного наряда, с высокими кожаными сапогами, грубыми охотничьими штанами, шёлковой рубашкой яркого синего цвета, с весьма добротным чёрным камзолом, расшитым серебром, поверх всего этого великолепия, барон Кёнинг вновь стал походить на человека. Ещё бы и пальцы на руках и ногах отрасли назад, и было бы совсем хорошо! А то даже сапоги было больно носить.
– Собери всё, что может пригодиться мне из одежды. Мои вкусы ты уже услышала. Свяжи в тюки, и спускай на первый этаж.
– Ваша светлость… – попыталась польстить служанка жуткому магу, только что разгромившему её господ, обратившись как к аристократу более высокого положения, – А что…?
– Что с вами будет?
– Да… – кивнула она, тиская в руках засаленный фартук.
– Жить будешь точно, – улыбнулся, или скорей оскалился Вальтер, – Как потопаешь, так и полопаешь. Будешь стараться, ещё и денег подкину.
И надо сказать, что улыбка его была сейчас весьма жуткой. Весь лысый, без бровей, с зачатками ресниц. Со шрамами от ожогов и коростами на лице Вальтер производил очень сильное впечатление на неподготовленного человека. И женщина действительно прониклась.
– Я буду! Буду стараться! – тотчас закивала она, принявшись за порученную работу. Авось что из тканей дорогих прихватить ещё удастся в неразберихе? Продаст их, скотину какую‑нибудь в дом купят! С Хасельхофами‑то похоже всё.
Вернувшись вниз, Вальтер приказал развязать всех пленников. Они и так слишком долго просидели в связанном виде – могло начаться отмирание тканей. А когда все пленники наконец размялись, поменяли положение в пространстве несколько раз, наохались всласть, и наконец‑то были готовы слушать, он заговорил.
– Итак, начну с самого начала. Меня зовут Вальтер Кёнинг – извергнут из графского рода Кёнингов. Ношу титул барона, данный мне дедом. Месяц назад Курт Хасельхоф напал на мою деревню, вырезав всех мужчин и нескольких детей. Двух девушек снасильничали, в том числе мою подругу. За что и поплатились жизнью. Все поплатились, кто был с ним! А потому мой приход сюда лишь следствие того беспредела, что творил владелец этих земель. К слугам у меня претензий нет. Сделаете для меня работу, и уйдёте восвояси. Но Ты! – Вальтер придавил молодую девушку, одетую в дорожное платье, своим взглядом словно горой, – Ты так или иначе пойдёшь со мной. Нора, не так ли?
– Да, – хмуро процедила девушка, поджав колени к самому подбородку. Её было легко отличить по более высокому качеству одежды. Пусть она была одета в основном в чёрное, без изысков платье, но качество материала было видно невооружённым глазом. Да и вид девица шестнадцати лет имела горделивый, будто она не в плену, а сама сюда села – отдохнуть.
– Где ваша казна? В глаза мне смотри!
– Не знаю… – нахмурилась она ещё больше, не понимая, что ждать от этого сумасшедшего парня. Да и с кем он вообще бился здесь в особняке? Отец, этот старый ублюдок, уехал, и похоже давно погиб от рук этого красного дьявола. А он был сильнейшим в семье! С кем же была битва, что их особняк чуть не сдуло?
Почему красного? Так волосы и брови у Вальтера на голове теперь росли красного цвета. Яркие словно помидор! Или даже кровь… Вот только сам Вальтер их ещё не видел и не знал, какой вид имеет.
– Не врёшь, – легко ухмыльнулся барон, – Значит будем искать. А куда делась твоя мамка со старшей сестрой? Тоже не знаешь?
– Подземный ход. Ведёт к реке Симерке. Они скорей всего уже далеко вниз по течению.
– Почему вниз?
– Там баронство Нойманн, центр герцогства Нойманн. Мы их вассалы, – пожала девушка плечиками.
– Странная ты, Нора. Почти не боишься меня, да и из‑за смерти братьев не переживаешь. Про мать с сестрой вот так просто рассказала… В чём причина?
Та лишь промолчала, уткнувшись в колени. Но взглядом окружение своё обвела. Мол, «не здесь, не при людях посторонних».
«Почему бы и нет?» – подумал Вальтер.
После чего начал раздавать указания. Потребовал накормить всех дружинников и собрать всё самое ценное здесь же, в обеденной зале. Столов здесь хватало для сортировки! Самой дружине приказал стрелять в людей при попытке к бегству насмерть. А слугам, дабы те были более мотивированными, пообещал отдать двадцатую часть всех найденных ценностей. Чему все были немало удивлены.
После чего он увёл Нору в одну из многочисленных комнат, усадив на диван с резными подлокотниками. Пришло время поговорить наедине.
– Рассказывай. Почему ты себя так странно ведёшь?
– Я… Меня… – неожиданно из глаз девушки начали капать слёзы, но продолжалось это недолго. Нора взяла себя в руки, вдохнула поглубже, после чего её голос вернулся к спокойному состоянию, и она продолжила, – Меня хотели продать, выдав замуж за старого ублюдка. Насколько знаю, я была бы уже двенадцатой его женой. Все остальные умерли при неизвестных обстоятельствах.
– И никого это не заинтересовало? Даже на слух это воспринимается странно.
– Даже если и заинтересовало, никто ничего не делает. Я обещана главному банкиру страны – Эммануэлю Эсквайру. У него в долгах полстраны и сам император! А ещё ходят слухи, что он любит мучить до смерти молоденьких девочек и мальчиков. И даже жён своих истязает до смерти, от того и не живут они больше трёх лет с ним… А мой… Эта скотина, что звалась моим отцом, буквально продала меня за восемьдесят тысяч кун! Ещё и… и…! – спрятав лицо в ладошках, симпатичная по сути девочка разрыдалась в голос, не желая больше вспоминать произошедшее.
Но Вальтер и сам видел о чём она. Курт был старшим ребёнком, Шири и Нора – средние дочери. И Эрих – младший сын. Всего четверо. И в памяти души убитого им барона как раз была его младшая дочь, кою он называл средней. По старшинству всех детей. Старый ублюдок, продав собственную плоть и кровь мяснику‑извращенцу, и сам решил попользовать проданный товар перед её смертью. Вальтеру даже представить было сложно при всей его фантазии, через что прошла эта красавица. А ведь Нора и правда была красива… Блондинка с зелёными глазами, тонкими чертами лица, невысокого роста (чуть больше метра шестидесяти), с оформившимися широкими бёдрами и крепкой грудью в форме идеальной полусферы, просматривающейся даже через её мешковатое платье. Тонкая шея, изящные ручки… Если и ноги стройные, то совсем хорошо! Жаль, не разглядеть под длинным подолом.